Холли - Стивен Кинг

— Это было в торговом центре? Сезонная подработка?

— Нет, на рождественской вечеринке. Вечеринка была через Зум из-за ковида, но эльфы — я не знаю, сколько их было, помимо Бонни, может, дюжина — обходили гостей вечеринки с закусками и упаковками пива. А может, некоторые из них получали шампанское. Факультет, понимаете, нужно соответствовать.

Холли чувствует, как что-то теплое поднимается по ее спине от основания позвоночника к затылку. Пока она еще не видит ничего реального, но редко когда у нее бывает такое сильное предчувствие.

— А чья это была вечеринка, вы не знаете?

— Этих старых профессоров на пенсии. Он — с факультета естественных наук, она — с английского. Харрисы.

2

Холли закуривает еще одну сигарету и идет по парковке "Дэйз Инн", слишком погруженная в свои мысли, чтобы подобрать окурок предыдущей сигареты. Она просто наступает на него и продолжает идти, опустив голову и нахмурив брови. Она с трудом справляется с потоком нахлынувших предположений и вынуждена напоминать себе, что это всего лишь предположения. Билл говорил о том, что дело похоже на яйцо. Он также говорил о синдроме голубого "Шевроле": как только вы купили голубой "Шевроле", вам везде мерещатся голубые "Шевроле".

Предположение, твердит она себе, закуривая очередную сигарету. Не факт, только предположение. Похожее на правду.

Но.

Кэри Дресслер работал в клубе "Вышибала"; Родди Харрис, он же Смолл-Болл, играл в боулинг в "Вышибале". Мало того, Кэри иногда играл в команде Родди. Бонни Даль работала у Харрисов на Рождество, хотя — не спеши, девочка! — это была всего лишь разовая подработка. Что касается Эллен Краслоу...

Она перезванивает Кейше.

— Снова я. Извините, что побеспокоила, если вы готовились ко сну.

Кейша смеется.

— Только не я, я люблю читать допоздна, когда в доме тихо. А в чем дело, киса?

— Вы не знаете, была ли Бонни еще как-то связана с Харрисами? После рождественской вечеринки, имею в виду.

— Вообще-то да. В начале этого года Бонни некоторое время работала на миссис Профессор, писала благодарственные письма и приводила в порядок ее контакты. Хрень всякую. Показывала ей компьютерные хитрости, хотя ей показалось, что миссис Профессор знает о компьютерах немного больше, чем дает понять. — Кейша колеблется. — Она сказала, что, может, старушка к ней немного неравнодушна. Почему вы спрашиваете?

— Я просто пытаюсь отследить ее контакты и то, чем она занималась с конца 2020 года до момента исчезновения, — говорит Холли. Это всего лишь отдаленное подобие правды. — Могу я задать вам еще один вопрос, но не о Бонни, а о другой женщине, которую вы упоминали? Эллен Краслоу?

— Конечно.

— Вы сказали, что с подругами общались с ней в «Колокольне», но не говорили ли вы, что она также работала в здании факультета естественных наук?

— Да. Оно находится совсем рядом с «Юнионом». Это имеет значение?

— Наверное, нет. — А, возможно, имеет. Возможно, у Родни Харриса всё еще есть кабинет там. Профессора колледжей никогда по-настоящему не уходят на пенсию, не так ли? Даже если сейчас нет, у него мог быть там кабинет, когда пропала Эллен.

3

У Холли закончились сигареты, но рядом с мотелем есть магазин "7-Eleven"[136]. Она направляется туда по служебной дороге, как звонит ее телефон. Это Таня Робинсон. Холли здоровается и садится на скамейку у магазина. Выпала роса, и сиденье ее брюк намокает. Обычно ее это очень напрягает, так как другой пары у нее нет. Сейчас она почти не замечает этого.

— Я хотела рассказать вам о Барбаре, — говорит Таня.

Холли выпрямляется.

— С ней всё в порядке?

— Она в порядке. Она рассказала вам свои новости? Я думаю, у нее сегодня столько всего произошло, что она не успела.

Холли делает краткую паузу, но если Таня знает, то, наверное, можно сказать, что и она знает.

— Она не успела, но Джером рассказал. Это замечательно. В поэтических кругах премия Пенли — это очень большое событие.

Таня смеется.

— Теперь у нас в семье два писателя! В это трудно поверить. Мой родной дед вообще едва умел читать. Что касается прадедушки Джима... ну, вы о нем знаете.

Холли знает. Пресловутый чикагский гангстер Алтон Робинсон, о котором Джером написал книгу, готовящуюся к публикации.

— Барбара встречалась с местной поэтессой по имени Оливия Кингсбери...

— Я знаю ее, — говорит Холли. Она не ставит в известность Таню, что Кингсбери — это гораздо больше, чем просто местная поэтесса. — Джером говорит, что она наставляет Барбару.

— Уже несколько месяцев, и сегодня я впервые узнала об этом. Полагаю, ей показалось, что ее обвинят в подражании брату, если она расскажет, но это просто смешно. Но это же Барбара. Как бы то ни было, они стали очень близки, и сегодня миссис Кингсбери пришлось лечь в больницу. Фибрилляция. Вы знаете, что это такое?

— Да. Очень жаль, но в ее возрасте со здоровьем возникают серьезные проблемы. Оливии Кингсбери почти сто лет.

— Им удалось стабилизировать ее состояние, но бедняжка страдает еще и от рака — Барбара сказала, что он у нее много лет, но теперь распространился на легкие и мозг. Она говорила еще что-то, но было трудно разобрать, потому что она плакала.

— Мне очень жаль.

— Она попросила меня обзвонить всех ее друзей. Она возвращается в дом миссис Кингсбери с сиделкой, которая так же расстроена, как и Барби. Они вдвоем останутся там на ночь, а завтра, наверное, привезут миссис Кингсбери домой. Старушка сказала им, что не хочет умирать в больнице, и я ее понимаю.

— Это очень по-взрослому со стороны Барбары, — говорит Холли.

— Она хорошая девочка. Ответственная девочка. — Таня уже сама слегка плачет. — Она планирует остаться там до конца недели и на выходные, но, возможно, это будет не так долго. Барбара сказала, что миссис Кингсбери ясно дала понять, что если фибрилляция повторится, она не хочет возвращаться в больницу.

— Понятно. — Холли вспоминает свою мать, которая умерла в больнице. Одна. — Передайте Барбаре всю мою любовь. А насчет премии Пенли — поздравьте ее с попаданием в шорт-лист.

— Обязательно, Холли, но не думаю, что ей сейчас есть до этого дело. Я предложила прийти, но Барбара отказалась. Думаю, она и Мари — так зовут сиделку — хотят остаться наедине с миссис Кингсбери.