Молчание мертвых - Бренда Новак

Грейс смутилась, хотя и не подала виду. Она уже несколько раз убеждала мать прекратить встречи с шефом полиции, пока никто еще не сообразил, что происходит. Айрин обещала, что так и сделает, но, судя по всему, парочка не угомонилась, и свидания продолжались. Грейс знала — мать надеется, что Маккормик рано или поздно бросит супругу и женится на ней. Сама же Грейс надеялась, что этого не случится. Разумеется, он хотела видеть Айрин счастливой, но не за счет другой женщины. Уводить мужа у жены — с этим она согласиться не могла. А еще она понимала, какой будет скандал, если о романе проведают Джо Винчелли и его родственники. Разумеется, они сразу же заявят, что Маккормик умышленно не замечал улик при проведении обыска на ферме, и тогда Монтгомери снова обеспечено самое пристальное внимание всего города.

— Вы имеете какое-то отношение к начальнику полиции Маккормику? — спросила Грейс, постаравшись скрыть за вопросом беспокойство.

— Да, я его дочь. Помню вас по школе, хотя вы и учились раньше.

Грейс ее не помнила, но в этом не было ничего удивительного — она сознательно гнала от себя воспоминания о тех не самых приятных для себя годах.

— Рада познакомиться.

Элли посмотрела на дом, хозяйкой которого Грейс не позволяла себе быть даже в мечтах.

— Особняк Баумгартеров всегда был украшением Стилуотера, но вы прекрасно с ним поработали.

— Спасибо. — Грейс лишь теперь заметила у гостьи полицейский значок. — Вижу, вы у отца работаете.

Элли улыбнулась:

— Бороться с преступностью — это у нас семейное. Дедушка до самого выхода на пенсию был детективом в Нэшвилле. Дядя служил в дорожной полиции в Калифорнии. А брат — шериф во Флориде.

Зачем Элли рассказывает все это? Грейс почувствовала, как Кеннеди взял ее за руку, и поняла, что его интересует то же самое.

— Мы можем сделать что-то для вас? — вежливо осведомился он.

Она вернула на место очки.

— Нет. Просто решила, раз уж я здесь, загляну, оставлю карточку. Живу я сейчас в большом городе, работаю на Управление полиции Чикаго и занимаюсь по большей части старыми делами, так что…

— Старыми делами? — Грейс из последних сил надеялась, что голос не дрогнул и не выдал ее состояния.

— Да. Работа тяжелая, но мне нравится. Приятно сознавать, что ты сумела решить задачку, которой десять, двадцать, а то и тридцать лет.

— Конечно. — Грейс погладила по головке Тедди, который пожирал глазами висевшую на бедре у Элли кобуру.

— Слышала, вы вроде бы работали помощником окружного прокурора.

— Верно.

— Тогда вы меня понимаете. Уверена, вам ведь тоже не дает покоя этот вопрос: что случилось с вашим отчимом.

— Да, с этим… трудно жить, — ответил за Грейс Кеннеди.

— Вообще-то я именно поэтому и приехала. Хотела проинформировать, что намерена делать, чтобы найти ответ на этот вопрос.

— Как мило, — едва слыша себя, сказала Грейс. Элли убрала за уши выбившиеся из хвостика прядки.

— К нам Мэдлин заходила. Спрашивала, могу ли я что-то сделать.

— Так вы начинаете новое следствие? — поинтересовался Кеннеди.

Внутри у Грейс все сжалось.

— Официально — нет. Думаю, поработаю немного в свободное время.

— Боюсь, вы потратите его без особой пользы, — сказала Грейс.

— Ничего. Знаете, некоторые навыки без применения ржавеют. Иногда в таких делах может помочь любая мелочь, на первый взгляд совсем даже незначительная. — Элли опустила руку в карман. — Вот моя карточка. Здесь номер, по которому можете позвонить, если вспомните что-нибудь о той ночи, когда пропал преподобный Ли Баркер.

Грейс ничего не оставалось, как взять карточку.

— С тех пор прошло восемнадцать лет. Почему вы думаете, что я могу вспомнить что-то сейчас?

— А почему бы и нет? Всякое бывает. — Элли добродушно улыбнулась, и Грейс подумала, что она, пожалуй, ничего не знает о связи своего отца с Айрин. — Кроме того, уж больно интересная загадка — ну как тут откажешься. Вы ведь тоже не смогли бы, верно?