Охота в темноте - Даррен Шэн

Я с радостью вернулся к странствиям. Скоро мы должны были пройти через ад, наш клан пострадает, если мы потерпим неудачу, но все это — заботы будущего. В течение первых нескольких недель я мог думать только о том, как вытянуть уставшие ноги, вдохнуть свежий воздух, не загаженный множеством потных, вонючих вампиров.

Я был весьма воодушевлен нашей ночной прогулкой через горы. Хоркат был необычайно тих, долго думал о словах мистера Карлиус. Мистер Джутинг выглядел как всегда мрачно, но я знал, что он так же как и я был рад вырваться на волю.

Мы держали высокий темп, проходя каждую ночь большие расстояния и отсыпаясь днем в пещерах, кустах или среди деревьев. Сначала холод был невыносимым, но как только мы сошли с горной тропы, погода изменилась к лучшему. К тому времени, как мы достигли низменности, мы чувствовали себя, как человек чувствует себя ветреным осенним днем.

У нас были бутылочки с человеческой кровью, мы питались животными. Прошло много времени с тех пор, как я в последний раз охотился, и мне трудно было начинать снова охотиться самостоятельно, но скоро я освоился.

— Вот это жизнь, — сказал я однажды утром, жуя кусок жареного оленя. Мы не разжигали костер уже много дней — мясо мы ели сырым — но так приятно было расслабиться вокруг костра.

— Да, — согласился мистер Джутинг.

— Жаль, что мы не можем так жить всегда.

Вампир улыбнулся. — Ты не торопишься вернуться на Гору Вампиров?

Я опустил голову. — Быть Князем не так уж и приятно.

— У тебя было не самое приятное Посвящение, — сказал он сочувственно. — Если бы не было войны, у тебя было бы время на приключения. Многие Князи в течении десятилетий бродят по свету прежде чем становятся Князьями. Ты стал Князем в неудачное время.

— Я не могу жаловаться, — сказал я бодро. — Зато теперь я свободен.

Хоркат потушил костер и придвинулся поближе к нам. Он мало говорил с тех пор, как мы покинули Гору Вампиров, однако сейчас он снял свою маску и заговорил. — Я любил Гору. Там я чувствовал себя как дома. Раньше я никогда не чувствовал себя так непринужденно, даже когда… путешествовал с цирком уродов. Когда все закончится, и если у меня будет выбор… я обязательно вернусь.

— В тебе есть кровь вампира, — сказал мистер Джутинг. Он шутил, но Хоркат воспринял его слова совершенно серьезно.

— Может быть, — сказал он. — Я часто задавал себе вопрос, был ли я вампиром в… своей прошлой жизни. Это объяснило бы, почему именно меня отправили с вами на Гору вампиров… и почему я так хорошо освоился там… и это также могло бы объяснить те ямы в моих кошмарах.

Во сне Хоркат часто видел какие-то ямы. Он падал в них, или его преследовали теневые мужчины, которые внушали ему страх.

— Ты вспомнил что-нибудь? Встреча с мистером Карлиус напомнили тебе что-то? Кем ты был? — спросил я.

Хоркат тряхнул маленькой уродливой головой. — Никаких воспоминаний.

— Почему мистер Карлиус не сказал тебе правду о твоей прошлой жизни, если сам же сказал, что пришло время узнать? — спросил мистер Джутинг.

— Я думаю все… не так просто, — ответил Хоркат. — Я должен заслужить эту правду. Это часть нашего дела.

— Нет ничего странного в том, что возможно, Хоркат был вампиром, — заметил я. — А что, если он был Князем? Он мог бы сейчас открыть двери Тронного зала.

— Я не думаю, что был Князем, — хихикнул Хоркат, уголки его широкого рта приподнялись, обнажая острые зубы.

— Эй, — сказал я. — Если я смог стать Князем, любой мог бы достичь этого.

— Это верно, — пробормотал мистер Джутинг. И тут же стремительно увернулся от ноги оленя, которую я бросил в него.

Оставив горы позади, мы пошли на юго-восток и скоро достигли людских селений. Так странно было снова видеть электричество, автомобили и самолеты. Мне показалось, что я попал в будущее с помощью машины времени.

— Тут так шумно, — пожаловался я, когда мы ночью проходили по городу. Мы пошли через город, чтобы попить крови людей. Когда они спали, мы делали небольшие надрезы с помощью наших ногтей, пили немного крови, и затем заживляли порезы слюной мистера Джутинга. Потом мы уезжали, а люди даже не подозревали, что их кровь пили вампиры. — Так много музыки, смеха и крика, — в ушах у меня звенело от чересчур сильного шума.

— Люди всегда шумят, как обезьяны, — сказал мистер Джутинг. — Такова их природа.

Раньше я возражал ему, когда он говорил подобные вещи. Но теперь все изменилось. Когда я только стал помощником мистера Джутинга, я цеплялся за мысль о возвращении к прежней жизни. Я мечтал о том, что когда-нибудь снова стану человеком и смогу вернуться к семье и друзьям. Теперь я уже не надеялся на это. Годы, проведенные в Горе вампиров, избавили меня от моих человеческих желаний. Теперь я — существо ночи, и ничто не в силах изменить это.

Мой зуд усилился. Перед отъездом из города я нашел аптеку и купил несколько порошков и лосьонов, которые я усиленно втирал. Однако они никак не помогли мне. Ничто не могло остановить зуд, и я продолжал расцарапывать себя, пока мы шли к Леди Эванне.

Мистер Джутинг ничего не сказал мне об этой женщине, ни где она жили, ни была она человеком или вампиром, ни почему мы должны встретиться с ней.

— Вы должны сказать мне это, — ворчал я как-то утром, пока мы сворачивали лагерь. — Что, если с вами что-нибудь случится? Как мы с Хоркатом найдем ее?

Мистер Джутинг потер шрам, который пересекал его левую щеку — за все проведенные вместе годы, он так и не сказал как получил этот шрам — и глубокомысленно кивнул. — Ты прав. Еще до наступления ночи я покажу вам карту.