Рисунки на крови - Поппи З. Брайт

— О… да… — он почувствовал, как тело Заха совершенно расслабилось, — …люблю тебя, Трев…

— Я тоже тебя люблю, — прошептал он в прохладную тишину комнаты.

И это была правда, все это было правдой, и они могут быть живы и верить в это. Эта мысль не переставала поражать его.

Ты можешь убить кого-то потому, что слишком его любишь, сознавал он теперь, по к искусству это не имеет никакого отношения. Искусство в том, чтобы научиться, как провести с кем-то свою жизнь, набраться смелости творить с кем-то рядом, расплавить души обоих до температуры лавы и слить их в сплав, который устоит против всего мира. Они с Захом воспользовались каждый своим пристрастием, своим врубом, чтобы катапультироваться в Птичью страну. Но пристрастия способны подпитывать таланты, а таланты, конечно, подпитывают любовь. А что еще, если не любовь, привело их назад?

Дыхание Заха было медленным и мерным: здоровый мирный звук. Интересно, удастся ли ему тоже заснуть? Тревор пристроил свое тело возле Заха, подстроил дыхание и сердцебиение под За-ховы.

Несколько минут спустя он уже как никогда глубоко спал, и никакие сны его не посещали.

Древний микроавтобус Дугала притормозил у дома Кинси. Когда Эдди увидела на подъездной дорожке черный «мустанг», сердце у нее екнуло.

— Это тачка Заха!

Терри и Дугал едва поспевали за ней по тропинке к входной двери. Терри постучал, подождал, постучал громче. Эдди не могла заставить себя стоять спокойно. Через несколько минут мучительного ожидания дверь слегка приоткрылась, и на них уставился ярко-голубой глаз. Потом дверь распахнулась совершенно, и из дверного проема им близоруко улыбнулся очень высокий, очень худой человек в мятой пижаме.

— Доброе утро, Терри, — пробормотал он. Кивнув Эдди и Дугалу, он так и остался стоять с видом вежливого замешательства, потирая длинный худой подбородок.

— Утро, — без тени иронии отозвался Терри, хотя времени было больше трех пополудни. — Кинси, похоже, у нас неприятности. Это — друзья Заха из Нового Орлеана, и его враги не сильно от них отстали.

— Ну ладно, входите, садитесь. Зах спит. Тревор тоже. — Кинси замахал — мол, проходите.

Познакомив Кинси с новоприбывшими, Терри рассказал о своем разговоре с агентами. Эдди оглядывала уютную гостиную. Мысли ее неслись вскачь: Зах в доме, я его увижу, я его спасу…

— Что вы вообще делали после вчерашнего концерта? — сонно спросил Кинси.

— Закинулись грибами и сели смотреть кино. Тревор и Зах поехали домой, но Кальвин дал грибов и им. — Терри нахмурился. — А в чем дело?

— Ну, с ними произошел какой-то несчастный случай.

— С машиной с виду все в порядке.

— Что-то произошло в доме.

— Так я и знал! — . Терри хлопнул себя по лбу. — В этом чертовом доме — привидения! Я там был однажды, мы все там были — и я, и Стиви, и Эр Джи. Ты даже не поверишь, что мы там видели…

— Что? — тихо спросил новый голос. — Что вы там видели?

Все разом повернулись. У двери в коридор стоял молодой человек со светло-рыжим хайером, распущенным по плечам. Правая рука у него была в гипсе и замотана бинтами. Рубашки на нем не было. А трикотажные штаны сидели так низко на бедрах, как будто он только что натянул их одной рукой. Напряженный взгляд светлых глаз ненадолго остановился на Эдди и Дугале, потом снова сместился к Терри.

— Привет, Тревор. — Терри выглядел смущенным. — Я, а… если ты не против, мне бы не хотелось говорить тебе, что я там видел. Мне вообще не следовало об этом говорить.

— Все в порядке, — отозвался Тревор. Он снова поглядел на новоприбывших. — Кто это?

— Ну…

— Мы из Нового Орлеана, — вмешалась Эдди. — Мы друзья Заха. Если он и твой друг, нам нужна твоя помощь.

Глаза Тревора сузились. Он поглядел на Кинси, который только пожал плечами.

— Что вам надо?

По тому, как он это сказал, Эдди заключила, что он переспал с Захом. Подумать только, какой сюрприз.

— Что тебе известно? — спросила она его.

— Все.

— Докажи.

— Теперь я вспоминаю. Ты — Эдди. Он оставил тебе десять тысяч долларов в качестве прощального подарка. — Он перевел взгляд на Дугала. — А ты парень с Французского рынка. Извини, я не помню, как тебя зовут.

Ну, он хотя бы упомянул обо мне, безрадостно подумала Эдди. Но что-то здесь не так: Тревор не походил на одноразовых партнеров Заха. Он казался умным и говорил так, словно у него есть мозги. И Зах, судя по всему, ему доверяет.

— С ним все в порядке? — спросила она.

— Будет. — Тревор не сводил с нее светлых глаз. — Скажи мне, что тебе нужно.

— Трев? Что тут происходит?

Две худые руки обняли Тревора сзади. Мгновение спустя Зах выглянул из-за его плеча. Лицо у него было заспанным и без очков каким-то голым. Судя по тому, что видно было Эдди, на нем не было ничего, кроме черных трусов. Он прищурился на людей в комнате. Когда он разглядел Эдди и Дугала, глаза его почти комически расширились.

— Ну надо же! У меня снова глюки!

— Никаких глюков. Они действительно здесь. — Тревор подвел Заха к кушетке, и усадив рядом с Кинси, сел по другую его сторону и, словно защищая, обнял за плечи. — Они, правда, не сказали, зачем они здесь.

— Мы хотим, чтобы ты поехал с нами, — сказала Эдди, глядя на одного только Заха, хотя она и не могла сказать, видит ли он ее на самом деле. Зах как будто не мог сосредоточиться, как будто был слегка не в себе. — Копы обыскали твою квартиру. Кроме того, они арестовали твоего друга Стефана, который поспешил выболтать им все, что о тебе знал. Теперь они в Потерянной Миле. Мы можем помочь тебе бежать.

— Привет, Эд. Привет, Дугал. Рад вас снова видеть. М-м-м…куда вы собираетесь нас везти?

— Нас?

Зах поглядел в пол, потом снова на Эдди. Туман в зеленых глазах словно развеялся, и она увидела в них прежнюю насмешливую искорку. Значит, он все же в порядке.

— Да, Эд. Нас, Нас с Тревором. Если у вас с этим проблема, думаю, нам придется выбираться отсюда на свой страх и риск.

Он положил руку на ногу Тревора, на внутреннюю сторону бедра, и преспокойно уставился на нее. На его лице не было и следа вины. Вина, решила Эдди, просто не запрограммирована в его генах.

— Только скажи, как ты мог? — выдавила она.

— Как я мог что?

— Влюбиться за пару дней после того, как отказывался делать это все девятнадцать лет, ты, сволочь!

Зах только покачал головой. Эдди видела, что этот вопрос действительно поставил его в тупик, и это было больнее всего, поскольку она точно знала, что он чувствует.

— Не знаю, — ответил Зах. — Я просто нашел нужного человека.