Мертвое море - Тим Каррэн

— Не сможет, — сказал Джордж.

Все знали, что это ложь. Только Кушингу удалось как следует рассмотреть тварь. Кальмар был минимум пару сотен футов в длину, может и больше, одни щупальца казались намного длиннее сотни. Если тварь захочет, она с легкостью раздавит самолет или разорвет его на куски, чтобы добраться до людей. Кушинг в этом не сомневался. Щупальца достанут их даже в кабине пилотов.

— Смотрите, — пробормотал Джордж. — Господи Иисусе, смотрите…

Водоросли и туман засветились: кальмар все еще был рядом. Раздался всплеск, и из моря выскользнуло щупальце с дубинкой на конце. Гладкая, блестящая «палица» отражала свет висящего наверху фонаря. На взгляд Кушинга, самая широкая часть щупальца достигала шести-семи футов, в длину же конечность была все двадцать, а не шестнадцать, как Кушингу сперва показалось. Лишенное присосок щупальце в той части, что уходила под воду, оказалось шириной со ствол векового дуба.

Джордж издал глухой звук.

— Что за черт? — прошептал он.

Кушинг не мог произнести и слова.

«Палица» встала вертикально, как и в первый раз, на краю грузового отсека, открыв розовую нижнюю часть, покрытую острыми шипами. Влажная плоть разошлась, обнажив гигантскую вогнутую пасть и черные скрежещущие зубы. Троица увидела красные глаза, и каждый был уверен, что наблюдают они именно за ним. Из пасти сгустками капала на пол розовая слизь.

— Не шевелитесь, — сказал Кушинг, похолодев от ужаса.

Все замерли, выглядывая из-за «Хамви». События принимали кошмарный оборот. Дюйм за дюймом «палица» пробиралась вглубь грузового отсека. Внутри щупальце замерло, а «палица» слегка повернулась влево, затем вправо, будто человеческая голова. Кушинг внезапно вспомнил «Войну миров», тот эпизод, где пара застряла в фермерском доме, над которым нависла марсианская боевая машина, а сенсорный зод проник внутрь через окно, пытаясь найти героев. Ситуации были чертовски похожи. Кушинг не сомневался, что «палица» высматривает их.

«Не высматривает, а пытается почувствовать», — пришло ему в голову. Тварь не могла видеть: несмотря на то, что красные штуковины походили на глаза, они ими не являлись. Это были скорее светочувствительные органы, как на куполах медуз. В случае этой твари они, похоже, реагировали на температуру, как ямки гремучих змей.

Всего лишь предположение, поспешный вывод, в лучшем случае основанный на верном понимании физиологии органов чувств, но все же похожий на правду.

Хотя сложно было поверить в то, что шары не являлись глазами. Когда тварь развернулась, они засверкали, словно драгоценные камни, в которых сияли искры сознания.

Кушинг догадывался, что чудовищный цефалопод уйдет прочь, как только поймет, что пища сбежала, но проверить догадку не удалось. Поллард занервничал и затрясся, словно у него началась тропическая лихорадка. Пот ручьями хлынул по его лицу.

— Я не могу… — забормотал он себе под нос. — Не могу…

Резко вскочив, он бросился бежать к кабине пилотов. «Палица» резко дернулась, словно испуганная кобра, и встревоженно зашипела. Тварь поняла, где находится Поллард, уловив тепло или вибрацию от движения, а может, и то и другое. Море у трапа вскипело, и десятки щупалец вырвались из-под водорослей, спугнув туман. Они напоминали змей, выглядывающих из корзины заклинателя.

Джордж и Кушинг бросились к остальным. В испуганных, остекленевших глазах людей они прочли немой вопрос: «Что делать дальше? Обороняться или отступать?». Вот только Джордж и Кушинг не знали ответа. Борьба подходила к концу.

Чудовище поняло, где они находятся, и направлялось за ними.

Джордж увидел, как первое щупальце выскользнуло из-за крыши «Хамви», а еще три — из-под машины и стали раскачиваться из стороны в сторону.

— В кабину, — скомандовал Кушинг. — Быстро.

Джордж и Поллард подняли Гослинга и принялись затаскивать его в кабину пилотов.

Чесбро побледнел и замер, будто парализованный.

— Двигай, черт тебя дери! — крикнул Кушинг. Их окатило звериным смрадом. Чесбро не пошевелился, и Кушингу пришлось влепить ему пощечину.

— Двигай, тупица, если не хочешь, чтобы чудовище тебя нашло.

Эти слова привели Чесбро в чувство. Он запрыгнул в кабину. Кушинг задумался, как долго тонкая сталь продержится под натиском щупалец.

Возможно, он гадал бы и дальше, если бы не увидел снаружи, в тумане, проблеск света, мерцающий желто-оранжевый всполох, словно от костра. Что бы то ни было, щупальца и их хозяин тоже заметили свет. Они замерли на полу, в воздухе, на потолке, зацепившись присосками и слегка подрагивая, словно кошка, следящая за птичкой. Свет мигнул. Очень близко.

Огонь.

Это был огонь.

Откуда он взялся?

Язык пламени лизнул самолет, отбросив жирные, беспокойные тени. Гослинг посмотрел в сторону пассажирского люка и отчетливо увидел пламя. Водоросли полыхали: либо они воспламенились сами, либо кто-то их поджег.

— Что за чертовщина?! — воскликнул кто-то.

Кушинг подумал о том же самом. В пламени возникла тень. Она пригнулась и прыгнула в дверной проем. Кушинг упал навзничь, ожидая худшего.

Но увидел он человеческое существо.

Это был человек с канистрой в одной руке и горящим сигнальным факелом в другой. Канистра полетела в щупальца, а вслед за ней и факел. Огонь вспыхнул яростным облаком. Щупальца съежились, почернели, словно черви на сковороде, и исчезли в воронке дыма.

И вот тут-то Кушинг и рассмотрел их спасителя.

Точнее спасительницу.