Темная половина - Стивен Кинг

Это было огромное и молчаливое кладбище детройтскихсозданий, и оно привело Тада в содрогание.

Он повернул направо, а затем налево. Вдруг он увидел повсюдуворобьев, усеявших крыши и корпуса автомобилей, а также выброшенные двигатели.Тад увидел трио воробьев, плескавшихся во втулке колеса, заполненной водой. Онине улетели, когда он приблизился, но прекратили свое умывание и следили за нимблестящими черными глазами. Другие воробьи сидели на верхней кромке ветровогостекла, прислоненного к старому «Плимуту». Тад проезжал всего в трех милях отних. Они чуть нервозно задвигали крылышками, но, тем не менее, остались насвоем месте, пока он ехал.

«Провожатые оживших мертвых», – подумал Тад. Его рукакоснулась белого шрама на лбу и начала нервно потирать его.

Глядя на огромную дыру в ветровом стекле «Датсуна», мимокоторого сейчас проезжал Тад, можно было подумать, что здесь не обошлось безметеорита. Однако Тад вдруг заметил широкое пятно высохшей крови на щиткеуправления.

«Эту дыру сделал не метеорит», – подумал Тад, и его желудокстал медленно выворачиваться наизнанку.

На переднем сидении «Датсуна» восседала целая колонияворобьев.

– Что вы хотите от меня? – хрипло спросил Тад. – Что, во имяГоспода, вам нужно?

И своим сознанием Тад, казалось, уловил чей-то тонкий голос,единственный и отвечающий за всех присутствующих:

– Нет, Тад – что ты хочешь от нас? Ты хозяин. Ты посредник.Ты знаешь.

– Я не знаю ничего в этом бредовом дерьме, – пробормотал он.И в конце этого ряда был свободен небольшой участок перед последней моделью«Катлас сьюприм», у которой кто-то словно срезал весь передок. Тад поставилздесь свой «Субурбан» и вышел из него. Глядя то в одну, то в другую сторонуузкого прохода, Тад ощутил себя, словно крысой, заблудившейся в лабиринте. Весьучасток пропах маслом и еще более сильным и резким ароматом трансмиссионнойжидкости. Не было слышно никаких звуков, кроме отдаленного шелеста автомашин надороге N_ 2.

Воробьи глазели на Тада отовсюду – молчаливое собраниемаленьких коричнево-черных птах.

Затем, неожиданно и резко, они все сразу взлетели – сотни, аможет и тысяча. В какой-то момент воздух наполнился шелестом их крыльев. Онипересекли небо и направились на запад – в сторону, где располагался Кастл-Рок.И внезапно Тад начал снова ощущать какое-то движение по своему телу... нестолько снаружи, на коже, сколько где-то внутри ее.

Мы снова пытаемся немножко подглядывать, Джордж?

Тад вдруг стал напевать шлягер Боба Дилана: «Джон УэслиХардинг... был другом бедных... он путешествовал с револьвером в каждойруке...»

То же самое ощущение какого-то шевеления и зуда начало ещеболее возрастать. Центром его была рана на левой руке. Вполне возможно, чтоТаду все это казалось или он выдавал желаемое за действительность, но он считалэто проявлением чьей-то злости... и расстройства.

«И вдоль всех телеграфных линий... звучало его имя...» –продолжал вполголоса напевать Тад. Впереди на грязной маслянистой земле валялсягрязный искореженный корпус мотора, подобно некой модернистской металлическойстатуе, на которую так и никто не посмотрел с самого начала ее экспонирования.Тад подобрал его и пошел назад к «Субурбану», по-прежнему напевая куплеты из«Джона Уэлси Харринга» и вспоминая незабвенного енота, нареченного им тем жеименем. Если он сможет закамуфлировать свой «Субурбан» немного его покорежив,если он сумеет выиграть себе хотя бы пару часов, это будет означать выбор междужизнью и смертью для Лиз и близнецов.

«И повсюду в округе... извини, большой парень, – это большеогорчает меня, чем тебя... он открывал много дверей...» Тад ударил корпусоммотора по дверце водителя «Субурбана», сделав там изрядную вмятину, словнованночку для воды. Затем он, снова поднял свое металлическое орудие, подошел кмашине спереди и ударил изо всех сил по решетке. Пластик растрескался ипосыпался. Тад раскрыл капот двигателя и приподнял его, придавая «Субурбану»очаровательную улыбку мертвого крокодила, которая казалась прямо-таки визитнойкарточкой для всего автомобильного царства «Гоулд».

«...Но он никогда не обижал честных людей»...

Тад снова поднял металлический таран, заметив, что на левойруке у него появилась просочившаяся через бинт кровь из незажившей раны. Онничего сейчас тут не мог с ней поделать.

«...Со своей леди бок о бок... он стойко держался...»

Он ударил напоследок корпусом мотора по ветровому стеклу«Субурбана», что – как это ни странно – отозвалось болью в сердце Тада.

Он подумал, что ныне «Субурбан» мало чем, если вообще,отличается от всех прочих здешних экспонатов.

Тад отправился пешком по проходу между машинами. Он повернулнаправо на первом пересечении, двинувшись обратно к воротам и оставляя позадимагазин запчастей. Около его двери Тад увидел платный телефон-автомат, ещекогда въезжал сюда на «Субурбане». Сейчас он вдруг остановился на полпути иперестал петь. Он выглядел словно человек, пытающийся уловить очень тихий ислабый звук. На самом деле ли прислушивался к своему телу, проверяя его.

Зуд и какие-то перемещения под кожей исчезли.

Воробьи ушли, а с ними и Джордж Старк, по крайней мере, наданное время.

Чуть улыбнувшись, Тад зашагал быстрее.

После двух звонков Тад начал потеть. Если Роули еще наместе, он бы уже снял трубку. Служебные комнаты на факультете не столь ужвелики. Кому еще мог позвонить Тад? Кто, черт возьми, мог еще там находиться.Никто более не приходит в голову.

Однако посреди третьего звонка Роули снял трубку.

– Хэллоу, Делессепс.

Тад закрыл глаза при звуке этого всегда прокуренного голосаи на мгновение прижался спиной к холодной металлической стене магазиназапчастей.

– Хэллоу?

– Хэй, Роули. Это Тад.

– Хэллоу, Тад. – Роули не слишком удивился, услыша голосБомонта. – Что-нибудь забыл?

– Нет, Роули. У меня беда.

– Да. – Только это, без вопросов. Роули сказал одно слово ипросто ждал.

– Ты знаешь, кто были те двое, – Тад заколебался намгновение, – те двое парней со мной?

– Да, – спокойной ответил Роули. – Полицейская охрана.

– Я удрал от них, – сказал Тад и бросил быстрый взгляд черезплечо, услышав шум подъезжающего на парковочную стоянку для клиентов «Гоулда»автомобиля. Какой-то миг он был просто уверен, что это коричневый «Плимут», идаже увидел его... но это была какая-то иномарка, а то, что он принял закоричневый цвет, оказалось на самом деле темно-красным, да и водитель просторазворачивался, а не искал кого-то здесь. – По крайней мере, я надеюсь, чтоудрал от них. – Тад сделал пауза. Сейчас он подошел к тому месту, с которогоможно было либо прыгнуть вверх, либо – нет, это был единственный выбор, и уТада не было времени откладывать свое решение. Когда вы подходите к этой точке,вообще то уже и нет каких-либо решений, потому что нет и выбора. – Мне нужнапомощь, Роули. Мне нужна машина, о которой они не знают.