Пламенеющий Ангел - Терри Брукс

— Парк выглядит очень хорошо, — заметила Нест, отгоняя дурные мысли и стараясь сделать настроение позитивным.

Пик, однако, не поддержал ее.

— Внешность обманчива. Назревает беда.

— Какая именно беда?

— Ха! Так ты что же, ничего не заметила?

— Почему бы тебе просто не сказать мне?

Они пересекли главную дорогу и пошли в обход, к западной оконечности парка, где с обрыва открывался вид на Рок-ривер. За оградой, отделяющей дальний конец парка, находится кладбище Риверсайд. Нест не навещала могил матери и дедушки с бабушкой больше недели и сейчас ощутила укол вины.

— Пожиратели начали вылезать, — сказал Пик. — Они собираются в парке, и в таких количествах я давно уже их не видел.

— Сколько их?

— Множество. Не сосчитать. Что-то приводит их в движение, и я пока не знаю, что именно.

Темные существа, таящиеся в засаде на границе человеческих жизней, пожиратели поглощают энергию, которая высвобождается при сильных взрывах эмоций. Чем эти эмоции сильнее и темнее, тем больше пожирателей собирается на пир. Паразитические существа, живущие за счет инстинктов, они не могут ни о чем судить и делать выбор. Большинство людей никогда их не видят, кроме моментов, когда с ними случается насильственная смерть, и тогда пожиратели оказываются последним образом угасающего мира, перед тем как опустится благословенная мгла. Лишь люди, подобные Нест, рожденные со своей собственной магией, знают о существовании пожирателей.

Пик сурово взглянул на нее, его сморщенное деревянное личико озарилось мудростью, скрюченные руки обхватили тельце, так что он восседал на плече Нест, словно в гнезде. Странные немигающие глаза встретились с глазами молодой женщины.

— Тебе что-нибудь об этом известно, а?

Она кивнула.

— Может быть.

И Нест рассказала Пику о Финдо Гаске и вероятности возвращения Джона Росса в Хоупуэлл.

— Подозреваю, что присутствие демона заставляет пожирателей оживиться, — заключила она.

Они прошли через детскую площадку и мимо столов для пикника, расположенных на поляне вдоль дороги к индейским захоронениям и ущелью. Дойдя до поворота, Нест замедлила шаг, сообразив, что Пик не проронил ни слова с начала ее рассказа о Финдо Гаске и Джоне Россе. Даже не сообщил ей, какую работу нужно проделать в парке.

— О чем ты думаешь? — спросила она, пытаясь привлечь его внимание.

Он неподвижно сидел у нее на плече, по-прежнему молча, вид у него был отстраненный. Нест пересекла дорогу, ведущую к ущелью, и вышла к замерзшей реке. Несмотря на потепление последних дней, участок реки между ближайшим берегом и поднимающимся отдаленным холмом, по которому проходила железная дорога, оставался покрытым льдом. Дальше, там, где открывался широкий канал на юг, к Миссисипи, Рок-ривер была покрыта заплатками льда посреди незамерзающего течения. Но как только наступит январь, картина изменится.

— Опять демон, — вздохнул Пик. — Можно подумать, одного в течение жизни было недостаточно.

Нест кивнула без слов, обшаривая глазами окружающие стволы и деревья: не покажутся ли юркие тени. Пожиратели должны скрываться там.

— Некоторым лесовикам удается прожить всю жизнь и ни разу не встретиться с демоном. — Голос Пика звучал спокойно, чуть замедленно. — Живут не одну тысячу лет — и ни разу.

— Это моя вина, — проронила Нест.

— Вряд ли.

— Моя, — настаивала она. — Все началось с моего отца.

— А это уже ошибка твоей бабушки! — бросил он.

Она посмотрела на него, сверкавшего глазами и ощетинившегося, — и улыбнулась.

— Что бы я без тебя делала, Пик?

— Что-нибудь да делала бы.

Она вздохнула. Почти пятнадцать лет она пыталась держаться от парка подальше. Для Пика покинуть парк было немыслимо; здесь его дом и служба. Для лесовика ничто больше не существует. Для нее, разумеется, все иначе. Пику этого не объяснишь. Он все видит в категориях «черное-белое». Но обязательства, полученные по наследству, доставшиеся от шести поколений женщин рода Фримарков — заботиться о парке, — не могут быть забыты или отложены на время. Нест принадлежит этому месту, работает с ним, поддерживает баланс магии и присматривает за парком. Но Пик и так это знает. Он сам занимается этим более полутора веков. У Нест столько времени нет, и она вовсе не уверена, что хочет всю жизнь посвятить магическим занятиям и контролю над парком.

Она взглянула в сторону Рок-ривер, где легкая дымка стелилась над поверхностью воды, в то время как солнце клонилось к западу.

— Чем бы ты сегодня хотел заняться, Пик? — тихо спросила она.

Он пожал плечами.

— Уже слишком поздно, много не успеть, — произнес он без прежней ворчливой интонации, просто констатируя факт. — Давай осмотримся, поищем, не требуется ли наша помощь, и подождем до завтра. — Он шмыгнул носом и выпрямился. — Если у тебя найдется свободное время.

— Конечно, — эхом откликнулась она.

Они покинули холмы и вышли на окружную дорогу, разделявшуюся на две ветви: одна вела под мостом к подножию холмов, в пещеры, где скрываются пожиратели, другая поднималась вверх к восточной оконечности парка, где расположены заросли деревьев и площадки для пикников. Они проследовали прежним маршрутом, обращая внимание на каждую деталь, впрочем, ничего особенного не находя. Парк в хорошей форме, даже если Пик склонен думать иначе. Зима навевает благословенный сон, и магия, отдыхающая во время медленной смены сезонов, пребывает в равновесии.

«В мире Синиссипи воцарился покой, — подумала Нест, осматривая открытые пространства бейсбольных полей и игровых площадок с торчащими скелетами деревьев и топорщащимися иглами кустов. — Почему бы остальному миру не последовать его примеру?»

Но ответ на этот вопрос ей известен. И уже давно. Дух является ответом.

Три года назад ее объявили величайшей американской бегуньей на длинные дистанции всех времен. Она уже победила на одной Олимпиаде, выиграла две золотые медали и установила два мировых рекорда. Перед этим победила в тридцати двух соревнованиях подряд. Ей принадлежал титул мировой чемпионки в забеге на три и пять тысяч метров соответственно. И вот вторая Олимпиада, где она выиграла забег на три тысячи метров с таким отрывом, что ее лидерство в пятитысячном не оставляло никаких сомнений.

Она как сейчас помнит этот забег. Тысячу раз смотрела его по видео. И проигрывала его в голове, каждую секунду, каждую деталь.

И сейчас, рассматривая деревья, Нест снова это сделала.

Она легко отрывается от стартовой черты, стараясь вначале бежать вместе с остальными, ибо длинные дистанции зависят скорее от терпения и выносливости, нежели от скорости. На протяжении первых двух тысяч метров сменяется восемь лидеров, а потом соперницы начинают оттеснять ее. Работая по очереди, украинки, эфиопки, марокканка и испанка оттесняют ее к внутреннему краю трассы. Она была бессменным лидером на трех- и пятикилометровых дистанциях в течение прошедших четырех лет. Этого делать нельзя, какой бы любовью и уважением ты ни пользовалась, если не хочешь нажить врагов. В любом случае, она никогда не была близка с остальными спортсменками. Тренировалась со своим тренером из колледжа или одна. В одиночку путешествовала или посещала мероприятия. Держалась особняком из-за особенностей своей жизни. Старалась ни с кем не сближаться. Магия, доставшаяся ей в наследство, заставляла так поступать.