Хранители могил - Мелисса Марр

— Собираешься что-нибудь выпить или просто греешь свой табурет? — спросила Эмити, скрывая улыбкой язвительность вопроса.

С момента его возвращения Эмити стала для Байрона настоящей находкой. Она никогда ничего не требовала и довольствовалась тем, что он мог предложить.

— Байрон, я тебя спрашиваю, — уже не столь уверенным тоном повторила Эмити.

— Выпить, — коротко ответил Байрон, постучав по пустому бокалу.

Бросив на него оценивающий взгляд, Эмити взяла бокал и насыпала туда лед. Она была хорошенькой и не обиженной вкусом. Заколки в виде костлявых рук скелета скрепляли ее золотистые волосы. За стеклами очков в толстой красной оправе прятались темные глаза, щедро подведенные серыми и пурпурными тенями. Эмити любила облегающие блузки. Сейчас на ней была одна из ее любимых — черная, с изображением мультяшного монстра и двумя фразами: «Сделал ставки?» спереди и «Сорвал куш?» сзади. Эмити была на четыре года младше Байрона. Естественно, в старших классах он не обращал внимания на таких малявок, а вот по возвращении домой заметил. Эмити старалась жить без излишних сложностей. Их отношения с Байроном строились по той же схеме, какой от него добивалась Ребекка: никаких привязок, никаких влюбленностей и разговоров о будущем.

«Наверное, я изменился», — подумал Байрон.

Эмити украдкой посмотрела на него. Байрон молча смотрел, как она наливает в бокал тройную порцию шотландского виски. Тогда он достал из бумажника кредитную карточку. Одной рукой Эмити взяла карточку, а другой вытащила из-под стойки новую подставку и поставила на нее бокал.

— Все будет в порядке, — сказала она.

— Что именно? — не понял Байрон.

— Я о нападении, — ответила Эмити, поворачиваясь к кассовому аппарату.

— Нападении, — вслед за ней медленно повторил Байрон.

Она кивнула, продолжая заниматься его карточкой.

— Да, Байрон. Все будет в порядке. Ты должен верить… Все мы на это надеемся с той самой минуты, как узнали о ее смерти.

Байрон застыл. Слова Эмити лишний раз напомнили ему, как мало они разговаривают. Ведь он почти ничего не знает о жизни этой девушки, ни о ее интересах, ни о ней самой.

— Ты говоришь о Мэйлин? — на всякий случай спросил Байрон.

— О ком же еще? — вопросом ответила она, вставляя карточку в приемник.

Кассовый аппарат ожил и начал печатать чек. Эмити вернула бутылку с виски на полку.

— Мэйлин была хорошей женщиной.

Байрон помолчал, взял бокал и только потом спросил:

— А она здесь бывала? Что-то я ее у вас не видел.

— Бывала, но редко. — Эмити прислонилась к стойке и чуть нагнулась, чтобы их глаза были на одном уровне. — Я больше ее знаю по рассказам сестры. Мэйлин ходила на заседания городского совета, а Бонни-Джин с прошлого года получила там место. Вот так.

Байрон снова взглянул на часы. Скорее всего, самолет Ребекки уже сел.

— Эй, Байрон.

Эмити прикрыла его ладонь своей. Байрон поднимал глаза и каждый раз опускал взгляд с ее лица на ладонь обратно.

— Все устроится наилучшим образом. Ты должен в это верить, — сказала Эмити.

— Почему-то мне кажется, что ты знаешь вещи, которых не знаю я?

— Потому что не все так надолго уезжают из Клейсвилла. Те, кто остается, иногда узнают такое, чего не знают уехавшие.

Она стиснула ему руку.

— Но и ты наверняка знаешь что-то, о чем я и не подозреваю.

Байрон не убрал свою руку. Обычно Эмити не усложняла их разговор, если они вообще о чем-то говорили. Байрон пригубил бокал и стал пить большими глотками.

— Расслабься, — засмеялась Эмити. — Никаких привязок. Помнишь? Или ты испугался, что я вдруг решила поменять правила?

Она снова засмеялась. Байрону стало легче.

— Нет, — соврал он.

— Значит… после того, как я закрою бар…

Намек повис в воздухе.

Обычно Байрон сидел до закрытия «Галлахера», только если соглашался на предложение Эмити. Но сегодня он не мог. Он чувствовал себя виноватым, понимая, насколько это глупо. Байрон не мог остаться с Эмити, зная, что Ребекка вернулась в Клейсвилл. Но сказать ей об этом не решался.

— Я имею право повторного посещения? — улыбаясь, спросил он.

— Возможно, — ответила Эмити.

Она перегнулась через стойку и поцеловала Байрона в щеку.

— Поезжай к ней.

Байрон стиснул бокал, стараясь ничем себя не выдать.

— К кому?

— К Ребекке.

— К Реб…

— Тебе же будет спокойнее, когда ты убедишься, что она благополучно долетела и добралась домой.

Энн вернула ему кредитку, подала чек и ручку.

— Откуда ты…

— Слухи, Байрон. О вас двоих много говорят. — Эмити ничуть не изменилась в лице. — Если тебе интересно знать, Ребекка о тебе вообще не говорила. Она как-то приезжала в Клейсвилл. Мэйлин нас познакомила. Мы поговорили о том о сем, но она и словом о тебе не обмолвилась.

Байрон рассеянно вертел в руках кредитную карточку. Ему хотелось спросить, была ли их встреча единственной. Может, они переписывались по электронной почте? Знала ли Ребекка, что он и Эмити… «Какая разница?» — злясь на себя, подумал Байрон. Он встряхнул головой, прогоняя дурацкие мысли. Ребекка еще несколько лет назад расставила все точки в их отношениях. С того вечера они больше не виделись и не говорили по телефону.

Байрон подписал чек, взял свой корешок и запихнул в карман вместе с карточкой.

— Вот уж не думал, что вы знакомы, — признался Байрон.

— Мы же с тобой почти не разговариваем, — ехидно улыбнулась Эмити.

— Я…

— Нет, Байрон, — решительно возразила она, словно угадав то, что он не произнес. — Мне не нужны слова, в особенности — пустые слова. Мне нравится то, что ты предлагаешь. Продолжай приходить сюда, даже если Ребекка и останется в городе.

— Мы с Ребеккой… Мы не…

— Приходи ко мне, — перебила его Эмити. — Но этим вечером мы оба заняты. Я уже сказала Бонни-Джин, что после работы поеду покататься… Тебе пора, Байрон.

Байрон привстал на табурете, притянул к себе Эмити и поцеловал в щеку.

— Мимо, — сказала Эмити, надув губы.

— А так лучше? — спросил Байрон, целуя ее в губы.

Эмити наклонила голову и посмотрела на него очень знакомым взглядом.

— Так лучше. Ближе к тому, что надо.

— До встречи, мисс Блю, — сказал Байрон, беря со стойки шлем.

Он был уже возле двери, когда до него долетели слова Эмити: