Огонь - Сара Б. Элфгрен

— Что они там так долго делают? — спросила Ида.

— Не волнуйся, это обычная процедура, — успокоила ее Адриана.

Ида громко вздохнула. Анна-Карин посмотрела на нее.

Когда под утро ей наконец удалось заснуть, зазвонил мобильный Иды. Это была Юлия. Пьяная. Заплетающимся языком она попросила Иду угадать, с кем она сейчас целуется. Потом передала телефон Эрику.

— Мы просто хотели тебе сказать, что классно проводим время, — сказал Эрик. — Ну просто очень хорошо.

Было слышно, как хихикает Юлия. Анна-Карин молча отсоединилась. И отключила мобильный.

— Небось хотят заставить нас попсиховать, — сказала Линнея, кивая на закрытую дверь.

— Им это удается, — сказала Ида.

* * *

Проходит час, два. Мину сидит как на иголках.

Драгоценна каждая минута. Избранниц ждет борьба с Кристером и Хеленой. Они убийцы. Они приближают апокалипсис.

А девушки сидят здесь и бездействуют. И даже не могут открыто говорить друг с другом.

От судей пока ни слуху ни духу.

Мину подошла к печи и в задумчивости забарабанила по ней пальцами.

Она думала про амулет, который был у Дианы. У Адрианы тоже был амулет, купленный у Моны. Могла ли Мона продать Хелене и Кристеру кулон со знаком металла?

Мину посмотрела на Ванессу, сидевшую на подоконнике рядом с Линней. Им нужно всем вместе пойти к Моне и попытаться уговорить ее поделиться своими тайнами. Ванесса говорит, что Мона отказывается говорить о своих клиентах. Но, может, она не знает, что имеет дело с подручным демонов?

«В худшем случае Анна-Карин заставит ее все рассказать», — думает Мину.

Эта идея ей не нравится, но на кону стоят жизни людей.

Ей хочется курить.

— Можно я выйду на минутку? — спрашивает она у Адрианы. — Мне нужно… на воздух.

Адриана морщит лоб:

— Судьи могут в любой момент выйти.

— Я быстро.

— Я с тобой, — говорит Линнея, спрыгивая с подоконника.

Как только они выходят на улицу, Мину достает из голенища ботинка сигарету и закуривает.

— Я думала ночью про то, о чем мы говорили, — шепчет Линнея.

— Не здесь, — прерывает ее Мину, оглядываясь.

— Я знаю, — торопливо соглашается Линнея. — Но это срочно. Мне кажется, есть два человека, которым грозит опасность.

Мину кивает, но тут открывается дверь, в дверях показывается Адриана и нетерпеливо машет рукой девушкам:

— Сейчас будут зачитывать решение суда.

* * *

Все встают, когда пятеро судей появляются в зале и торжественно шествуют к своим местам. Главный судья сегодня в черном костюме и черной блузке. Анне-Карин она напоминает смерть.

— Нам только что сообщили, что обвинитель хочет провести последний допрос, — сказала судья, знаком приглашая всех сесть. — Мы решили удовлетворить его просьбу.

Анна-Карин смотрит на места обвинителей. Александр сидит за столом один. Виктора не видно.

— Достопочтенные судьи! — Адриана встала со своего места. — Защита не была проинформирована…

Главный судья останавливает ее взглядом.

— Обсуждаемое дело чрезвычайно серьезно, и суд не может вынести решение, пока не выслушаны все возможные свидетели, — говорит она и поворачивается к Александру: — Прошу вас.

Александр встает:

— Достопочтенные судьи! Я повторно вызываю Адриану Лопес в качестве свидетеля!

Избранницы переглядываются. Но Адриана не выказывает волнения. Она спокойно идет и садится на свидетельское место.

— Адриана Лопес, — провозглашает Александр, не глядя на сестру. Вместо этого он поворачивается к публике. И Анна-Карин пугается по-настоящему, видя, что к нему вернулась прежняя уверенность. — Вчера вы утверждали, что лояльны по отношению к Совету. Вы продолжаете на этом настаивать?

— Конечно, — сказала Адриана.

— Вы обещали говорить правду. Сдержали ли вы свое обещание?

Александр кивает охранникам, и они впускают в зал Виктора. В его руках клетка с птицей. Черные крылья птицы бьются о решетку, их удары отдаются в самом сердце Анны-Карин. Ей хочется бежать из этого зала куда глаза глядят.

Адриана, как загипнотизированная, смотрит на клетку в руках Виктора.

— Вы спрятали компрометирующие воспоминания у вашего фамилиариса, — сказал Александр. — Именно поэтому вы могли лгать суду, не так ли?

— Я не буду отвечать на ваш вопрос.

— Можете не отвечать, — говорит Александр и делает знак Виктору. Тот ставит клетку с птицей на стол и открывает ее.

Ворон злобно каркает на Виктора, который шарит рукой по клетке, наконец ему удается схватить птицу. Другой рукой он зажимает птице клюв и поднимает ее вверх. Ворон отчаянно машет крыльями, Виктор отворачивается, прячет лицо.

Александр берет ворона из рук Виктора и крепко хватает его за голову.

— Пожалуйста, не делай этого, — тихо говорит Адриана. Анна-Карин не может на это смотреть.

Она знает, что хочет сделать Александр.

И он делает это.

Раздается резкий чавкающий звук, хруст. Крылья еще секунду бьются, потом затихают. В зале воцаряется абсолютная тишина. Анне-Карин нехорошо, она несколько раз сглатывает слюну, чтобы отогнать тошноту.

Когда она снова поднимает глаза, Александр протягивает мертвую птицу Виктору. И тот с каменным лицом кладет птицу обратно в клетку.

— Теперь я спрашиваю вас снова: Адриана Лопес, были ли вы лояльны по отношению к Совету все время, что находились в Энгельсфорсе?

Анна-Карин смотрит на Адриану, видит, как слегка подергивается ее веко.

— Да, — говорит Адриана.

Ее голова откидывается назад, где-то глубоко в горле возникает слабый стон, он рвется наружу. Но она сжимает зубы. Старается глубоко дышать.

Смотреть на это невозможно, но Анна-Карин не может отвести взгляд. Как будто кто-то заставляет ее смотреть. Потому что это из-за нее Адриану подвергают пыткам.

— Нет! — кричит Адриана. — Нет!

Ее тело обмякает.

— Пожалуйста, уточните свои слова, — говорит Александр.

Адриана смотрит на него. Из ее ноздри сочится кровь и стекает на верхнюю губу.

— Нет, я не была лояльна к Совету.

Судьи выпрямились на своих стульях.

— Вы разрешали Избранницам заниматься магией?

— Нет!

Голова Адрианы снова откидывается назад. Спина извивается в конвульсиях, она громко кричит от боли. Ее магия огня оборачивается против нее и сжигает ее изнутри.