Университет - Бентли Литтл

Элинор уже знала о ситуации в Университете, и Эмерсон сразу же набрал ее рабочий номер. Она ответила после третьего гудка.

– Элинор!.. – начал было он.

Она немедленно повесила трубку.

Твою ж мать! Йен проклинал себя за то, что позволил всему этому случиться, что ему не хватило ума урегулировать все их проблемы. И если начать с самого начала, то это была его вина – ведь это он обращался с ней как с ребенком, нуждающемся в защите, а не как с равноправным партнером, взрослой женщиной…

Но времени на сожаления и взаимные обиды не было. Йен быстро набрал номер еще раз, и на этот раз телефон переключился на голосовую почту. Отлично! Он может говорить, а она не повесит трубку. Хоть бы она прослушала его послание…

Говорил он быстро – объяснил ей ситуацию, сказал, где они находятся и что с ними произошло. Недра подсунула ему бумажку с бесплатным номером для регистрации, и Эмерсон попросил Элинор позвонить по нему, зарегистрироваться в качестве полноправной студентки и заплатить своей картой «Виза».

– У меня много друзей в Аризоне, – прошептал ему на ухо Джим. – Попрошу их тоже зарегистрироваться. – Он написал номер на клочке бумаги. – Если мы сами не дозвонимся, попросите ее позвонить моей ма и объяснить, что происходит.

– И пусть она позвонит в полицию, – предложила Фэйт. – И в администрацию города. – Она тоже записала номер на бумажке. – И моему брату.

Йен говорил больше пяти минут, но почта так и не выключилась, а линия продолжала работать.

Сразу после него Недра позвонила своему бойфренду, но того не оказалось дома, и она оставила ему сообщение перезвонить ей на работу, как только он появится.

Не успела она повесить трубку, как телефон зазвонил. Это была Элинор, и Недра протянула трубку Йену.

– Прости, – сказала Элинор. Она плакала. – Я тебя люблю.

– Я тебя тоже. Но тебе надо позвонить и зарегистрироваться. А потом перезвони и скажи, работает ли система.

– Хорошо. – Слезы прекратились, на первый план вышел долг. – Дай мне пять минут.

Это были самые долгие пять минут в жизни Эмерсона. Ему все время хотелось поднять трубку и проверить, работает ли линия, убедиться, что в трубке вновь не зазвучал безумный смех, но он не хотел, чтобы телефон оказался занят, когда позвонит Элинор, и поэтому всячески боролся с соблазном.

Ровно через пять минут раздался звонок.

– Работает, – сообщила она. – Я зарегистрировалась на двадцать один курс.

– Слава тебе, господи!

– По остальным номерам я тоже позвоню. Знаю, что это члены семьи и все такое, но, Йен…

– Слушаю.

– Я могу попробовать еще кое-что.

– Что именно?

– Это, правда, незаконно и неэтично…

– А кого это волнует… О чем ты?

– Эта автоматическая система регистрации… Ты можешь зарегистрироваться по телефону, но в данном случае он не обязателен. Можно воспользоваться компьютером.

– Ах вот как… – Эмерсон начал понимать, к чему она клонит.

– Я могу получить доступ к главному компьютеру у себя на работе. В нем хранятся данные, наверное, тысяч людей. Можно по-быстрому сварганить одну не совсем чистую программку, записать их всех в универ и снять деньги с их кредитных карточек.

– Делай!

– До или после того, как я позвоню в полицию и в администрацию города? – сухо поинтересовалась Элинор.

– Это ведь все временный шаг, который ты сможешь отменить после того, как здесь все закончится. Они поймут.

– На это понадобится несколько часов. Мне позвонить по вашим номерам, прежде чем я займусь этим?

– Мы сами позвоним отсюда.

– Тогда я приступаю.

– Спасибо, – поблагодарил Йен. – Я тебя правда люблю.

– Если тебе станет от этого легче, то я не смогла бы вам ничем помочь, если б находилась там, вместе с тобой. Так что все, что ни делается, – к лучшему.

– Будем надеяться, что удача нас не покинет.

Он разъединился и объяснил остальным ее план.

– А что, если зарегистрируются не те люди? – задал вопрос Джим.

– А какие у нас есть варианты?

– Может быть, ей не стоит звонить моему брату. – Фэйт облизала губы. – Я не знаю, какой он – хороший или… плохой.

– Хороший или плохой… – Йен покачал головой. – С ума сойти, до какого примитива все в конце концов скатывается. И совсем не важно, что происходит, потому что в конце концов все ограничивается вопросом: «Хороший или плохой?» – Он посмотрел на Фэйт. – А ты сама как думаешь?

– Пусть звонит. Я верю в брата.

– Телефон свободен – можешь сама ему позвонить.

– Но как на это среагирует Он? – спросил Бакли. – Что произойдет? Или вы думаете, что когда провернете этот трюк, все автоматически станет по своим местам?

– Это может ослабить Его настолько, что у нас появится свобода для маневра.

– И что?

– Мы заберем взрывчатку Стивенса и взорвем сукина сына к чертовой матери.

* * *

Последний раз Элинор позвонила перед шестью вечера и сообщила, что бесплатный номер все еще работает и что она готова запустить свою программу.

– И я попробую еще кое-что, – сказала она. – Не уверена, что это что-то изменит, но я получила доступ к базе данных Калифорнийского христианского колледжа. И собираюсь перевести всех его студентов в Брею.

– Просто великолепно! – воскликнул Йен.

– Думаю, что там процент «неиспорченных» должен быть выше, чем в среднем по популяции.

– Ты – просто прелесть.

– А я все время пытаюсь тебе это объяснить… Единственное «но» – все это произойдет мгновенно. Я знаю, что у вас регистрируются еще какие-то люди, но это мелочь. Когда я запущу программу, количество студентов в Брее удвоится. В Калифорнийском христианском учится десять тысяч. Еще я зарегистрирую шесть тысяч человек с номерами кредитных карточек. Если ты прав, то это, скорее всего, изменит баланс сил в твою пользу. Как бы силен ни был Университет, Он не сможет выдержать такую массированную атаку. Но, Йен…

– Да?

– Думаю, что вам придется действовать быстро. Не знаю, что там у вас происходит, но эта ваша штука может модифицироваться или адаптироваться. Если все сработает, то Он будет слабее всего сразу после регистрации, прежде чем у Него появится шанс поглотить всех этих новичков.

– А ты не можешь вводить данные постепенно?

– Попробую, но Он может среагировать и отрезать меня после первой волны. Так что я предлагаю вам убираться прямо сейчас.

Йен взглянул на часы:

– Давай через пять минут. Ровно в шесть.