Гвенди и ее волшебное перышко - Ричард Чизмар

Мистер Питерсон приготовил на ужин курицу с клецками, любимое блюдо Гвенди. Разговор за столом не умолкает ни на секунду. Они говорят обо всем: о двух пропавших девочках, о Бетти Джонсон, соседке из дома напротив, внезапно перекрасившейся в блондинку, о третьем подряд поражении «Патриотов Новой Англии». Миссис Питерсон, которая выглядит намного лучше по сравнению с прошлыми встречами с Гвенди, сетует, что ее по-прежнему клонит в сон после обеда и что муж нянчится с ней, как с младенцем, но при этом с благодарностью улыбается мистеру Питерсону и нежно касается его руки. Сегодня она надела новый парик, которого Гвенди еще не видела, – чуть темнее обычного и на пару дюймов длиннее. Он ей очень идет. В нем она выглядит свежее и моложе. Гвенди говорит маме об этом, и та сияет.

– Есть какие-то новости от Райана? – спрашивает миссис Питерсон, когда ее муж идет в кухню, чтобы выключить духовку.

– Он звонил мне два дня назад, – отвечает Гвенди, – и с тех пор новостей нет.

– Думаешь, он успеет вернуться домой к Рождеству?

Гвенди качает головой:

– Не знаю, мам. Все зависит от обстановки в стране. Я смотрю новости, но они почти ничего не сообщают.

Мистер Питерсон возвращается в столовую с большой тарелкой домашнего печенья.

– Видел сегодня по телевизору выступление нашего президента. Я до сих пор не могу поверить, что наша Гвенди работает с главнокомандующим.

Миссис Питерсон улыбается дочери и закатывает глаза. Она уже слышала это не раз. И не два. Они обе слышали.

– Ты с ним общалась в последнее время? – спрашивает папа с искренним интересом.

– На прошлой неделе было совещание, на котором присутствовал президент, – говорит Гвенди. – И вице-президент.

Папа сияет от гордости.

– Уж поверь мне на слово, все не так плохо, как кажется некоторым.

Как обычно, Гвенди подмывает разъяснить папе реальное положение дел: президент Хамлин – сексист, который почти никогда не смотрит ей в глаза, а пялится на ее ноги, если она в платье, или на грудь, если она в брюках; и при общении с президентом она нарочно старается встать подальше, потому что ее раздражает его привычка трогать ее за плечо или за руку во время беседы. Также ее подмывает сообщить папе, что президент Хамлин – тупой как бревно и у него плохо пахнет изо рта. Но она ничего этого не говорит. Уж точно не папе. С мамой все проще.

– Мне понравилось, как он говорил о Северной Корее, – говорит мистер Питерсон. – Нам нужен сильный лидер, чтобы разобраться с этим психованным маньяком.

– Он ведет себя как капризный ребенок, а не как лидер.

Папа задумчиво смотрит на Гвенди.

– Тебе он не нравится, да?

– Дело не в этом… – говорит она. Осторожнее, девочка. – Просто я не одобряю его политику. Каждый год своего президентского срока он сокращает бюджет на медицинское обслуживание для малоимущих слоев населения. Он сократил федеральное финансирование клиник для больных СПИДом и ужесточил законы против сексуальных меньшинств. Он возглавил движение по сокращению бюджета на гуманитарное образование в государственных школах. Все-таки хочется, чтобы он больше думал о людях, а не о том, как победить в любом споре.

Мистер Питерсон угрюмо молчит.

Гвенди пожимает плечами.

– Что тут можно сказать? Он просто магл, папа.

– Кто такой магл?

Миссис Питерсон касается руки мужа.

– Это из «Гарри Поттера», милый.

Мистер Питерсон озадаченно хмурится.

– Что еще за Гарри Поттер?

На этот раз жена шлепает его по руке.

– Вот любишь ты умничать!

Все трое смеются.

– Как я вас подловил, а? – говорит он и подмигивает им обеим.

За все время, проведенное в родительском доме, Гвенди почти и не вспоминает о пульте управления. Вспоминает только однажды, когда стоит в кухне и смотрит в окно, выходящее на задний двор: там растет старый дуб, под корнями которого, в маленькой ямке, она прятала пульт. Но мысль, промелькнув в голове, тут же уходит, и Гвенди возвращается в гостиную, где родители смотрят «Чудо на 34-й улице». Она смотрит кино вместе с ними, а потом помогает папе решать кроссворд.