Кошмары города кошек - Андрей Буторин

– Кольцо магическое, – повторил Сергей, бросив неприязненный взгляд на отца Ирины. – Заколдованное. Говоря по-современному, запрограммированное. Но если просто так держать его, даже носить, ничего не происходит. А если его кому-нибудь подарить, программа включается…

– Активируется, – подсказал Артем.

– Да, активируется, – кивнул Серега. – И переписывается в мозг тому, кому это кольцо подарили. Но это тоже еще не страшно. Человек живет себе, как ни в чем ни бывало, пока…

– …не повстречает кошку! – продолжил за друга Артем. На сей раз Серега за подсказку обиделся. Он пихнул Артема в бок локтем, и тот приложил к губам пальцы: молчу, дескать, молчу.

– Да, пока он кошку не встретит, – продолжил Сергей. – А вот кошка-то через эту вживленную в мозги программу делает с человеком, что хочет. Управляет им, словно куклой. И с крыши прыгнуть может приказать, и повеситься. И ничего против этого приказа человек сделать не может – собственные мысли блокируются.

– Ха! – не выдержал Александр Михайлович. – По-твоему, кошки обладают разумом?

– Не знаю я, чем они обладают, а только все так и получается. Возле Ирины на крыше кошка была? Была. Ирка, ты помнишь чего-нибудь?

– Нет, – покачала головой девушка и поежилась. – Все словно в тумане происходило… Даже не в тумане, а словно не со мной. Я ведь и не помню ничего. Пошла за хлебом, а потом… меня уже Артем домой привел.

– Вот, – торжествующе поднял палец Серега. – И у дяди Миши… – парень виновато посмотрел на отца, но тот едва заметно кивнул, хоть и ощутимо побледнел при этом. – У дяди Миши тоже была кошка. А у меня вот кошек нет. И не встречались они мне пока. Так что моя программа, – постучал он согнутым пальцем по темени, – пока бездействует.

Серегина мама вслед за мужем стремительно побледнела и вскрикнула:

– Нет!.. Не надо программы! Не надо кошек!..

– Да ерунда все это, – снова махнул рукой Александр Михайлович. – Только догадки, фантазии. Даже если допустить, что программа существует, все равно остается куча вопросов. Например, были ли кошки рядом с теми, кто покончил с собой раньше? Есть такие данные?

– Наверное, нет, – вступился за друга Артем. – Но если нет данных, это еще не значит, что не было кошек. Разве на них кто-нибудь обращал внимание? До этого разве было? И ведь тела не всегда обнаруживали сразу. Кошка ведь не будет сидеть, кого-то дожидаться, если дело сделано.

– Впрочем, тут тоже можно кое-что выяснить, – подхватился Игорь Аркадьевич. – Можно узнать, были ли у погибших кошки. Хотя бы у тех, кто… расстался с жизнью у себя дома.

– У Вити была кошка, он рассказывал… – прошептала вдруг Ирина, и карие глаза ее округлились.

– У какого Вити? – спросил Артем и переглянулся с Серегой. – У того, что борьбой занимался и на скрипке играл?

Ира кивнула и прикрыла ладонями щеки. Ей стало по-настоящему страшно. Пожалуй, она поверила в Серегину версию безоговорочно. Остальные тоже отреагировали на известие – кто нахмурился, кто побледнел. Даже скептик-великан Александр Михайлович покачал головой и прогудел:

– Ну-у… Да-а-аа… Кошки, значит…

– Похоже на правду, – хмурясь, произнес Игорь Аркадьевич. – Каким-то образом они, видимо, с этим связаны.

– Вообще-то, – встрепенулся отец Ирины и обеими руками еще сильней взлохматил и без того растрепанную шевелюру, – связь-то здесь интересная прослеживается!

Все, затаив дыхание, уставились на человека-медведя. Он не стал злоупотреблять чужим терпением.

– Древнеегипетские иероглифы на кольце и кошки. Это вам ни о чем не говорит?

– В Древнем Египте кошка почиталась священным животным, – неуверенно сказала Ирина.

– Правильно, дочка, – улыбнулся Александр Михайлович. – Для египтян кошка являлась «добрым гением жилища», хранительницей домашнего очага и была взята под защиту закона. Они обожествляли ее из-за загадочности, ночного образа жизни, светящихся во тьме глаз, редкостной плодовитости и женственности. За убийство кошки полагалась смертная казнь, иногда отрезали палец или руку. Когда умирала кошка, в доме объявляли траур, все обитатели его обрезали волосы и выщипывали брови, а саму кошку часто бальзамировали и с почестями хоронили на особом кладбище. Даже в гробницах фараонов найдено большое количество мумий кошек. Но и это еще не все! Египетская богиня Баст, или, иначе, Бастет, связанная с радостью и весельем, обычно изображалась в виде женщины с кошачьей головой. В городе Бубастисе – центре культа Бастет – обнаружено целое кладбище кошек. Бастет называли еще богиней Луны, плодородия и деторождения.

– Ничего себе – связь! – воскликнула Вера Михайловна. – Плодородие, деторождение – и самоубийства!

– А еще что там – радость и веселье? – подхватил слова жены Игорь Аркадьевич. – Да уж…

– Ну-у… – развел руками Александр Михайлович. За что, дескать, купил… Впрочем, он тут же наморщил лоб, потер его широченной ладонью и пробасил: – А ведь была у них и еще одна богиня с кошачьей головой… – Мужчина поднял глаза к потолку, подвигал бровями, словно вчитывался в невидимые остальным письмена на побелке, и сказал, вновь обведя взглядом присутствующих: – Сохмет – «Могучая». Грозная, не знающая жалости и сострадания богиня, карающая людей за их грехи. Страшен гнев Сохмет: он приносит засуху, эпидемии, мор, войны…

Александр Михайлович внезапно вскочил и, бормотнув: «Сейчас!», быстро вышел из кухни. Вскоре он вернулся, держа в руках раскрытую потрепанную книгу. Остановился возле стола и торжественным голосом зачитал:

– «Богиня Сохмет – в египетской мифологии богиня войны и палящего солнца. Священное животное Сохмет – львица. Изображалась в виде женщины с головой львицы или кошки. Вместе с Уто и Иехбет, Сохмет охраняла фараона. Находясь рядом с ним во время битвы, она повергает врагов к его ногам. Ее вид наводит ужас на противника, а пламя ее дыхания уничтожает все. Обладая магической силой, Сохмет может убить человека, напустить на него болезнь. Вместе с тем Сохмет – богиня-целительница. Она покровительствовала врачам, считавшимся жрецами. Сохмет очень рано была отождествлена с Тефнут и Хатор, отождествлялась также с богинями Баст, Уто, Мут и со многими другими богинями-кошками».

– Вот это уже ближе, – хмуро произнес Игорь Аркадьевич. – Только это все мифы, легенды. А у нас – факты. И я пока не представляю, как нам все это может помочь на практике.

– Вот именно, что легенды, – захлопнул книгу Александр Михайлович и опять сел за стол. – И версия юноши, – кивнул он на Сергея, – не более, чем версия. Объясняющая, кстати, далеко не все.