Выбор Проклятого - Юрий Соломин

— Сейчас подлечимся основательно, — сказал Ивори, — вам здорово досталось, а «Вазарка», только обезболивает и приводит в чувство.

В этот момент на улице вновь стало многолюдно. Появился патруль, и при виде десятка валяющихся тел, стражники начали брать в полукольцо оставшихся на ногах, а их мечи покинули ножны. Вайлес отметил, что Ксанер уже исчез, и скривился.

— Сейчас порешаю! — Горик сделал шаг к командиру, но сразу остановился. Не стоит провоцировать человека с оружием. — На нас напали, а мы защищались. Мой отец командир Гаррава.

— На колени! Руки за спину! — имя Гаррава не произвело на патрульных особого впечатления.

— На нас действительно напали, — мягко произнес Ивори, и Вайлес передумал пока выполнять приказ патрульного.

— Я сказал на колени! — стражники взяли оружие наизготовку.

Но Ивори приблизился еще на шаг и, как показалось Вайлесу, что-то показал командиру.

— Ой, простите, я... — командир мигомм стушевался и опустил меч. По его лицу Вайлес понял, что их группе больше не грозят проблемы со стражей.

— Все нормально. Лучше позаботьтесь о них — кивнул в сторону тел Ивори, — может кто-то еще живой, а у нас дела.

Идти было тяжело, нога побаливала даже после таинственного зелья. Но они быстро пришли к какому-то помещению. В темноте Вайлес не разобрал что это, хотя подозревал, что обычный жилой дом на окраине.

— Располагайтесь, сейчас придет целительница.

Горик сразу завалился на одну из лавок, а Вайлес стоял и удивлялся, откуда тут взяться целительнице? Но ему стало хуже, и он последовав примеру Горика лег на вторую лавку.

— Ждите тут, — приказал Ивори, — и вышел.

Вернулся он быстро, и не один. Его сопровождал невысокий человек в плаще с накинутым капюшоном. Ивори закрыл дверь, а незнакомец снял капюшон. Темные длинные волосы раскинулись по плечам. Девушка. Она подошла к Вайлесу, и он с нарастающим изумлением увидел небольшую татуировку украшающую щеку и верхнюю часть шеи. Орден «Весталии», судя по татуировке — жрица. Вайлес увлекался изучением опознавательных знаков и татуировок, что дало ему возможность понять, что это за ночная гостья.

Ее пальцы пробежались по лицу и груди Вайлеса, но тот продолжал бороться с изумлением. Если бы сюда пришел сам ректор с извинениями за своего племянника, он бы удивился меньше. Услуги жрица «Весталии», особенно если она приезжала к пациенту, стоили неимоверно дорого. Кем же на самом деле являлся их сокурсник?

— Раздевайтесь, оба.

Голос женщины был тих, но в нем чувствовалась сила. Оба избитых студента разоблачились, оставшись в одних трусах. Целительница снова прошлась по ранам, от ее рук струилась прохлада. Боль, которая уже стала возвращаться, вновь стихла.

Жрица потратила совсем немного времени на осмотр и приступила к лечению. Смазала ушибы, над каждым прошептала короткое заклинание. Затем усадила Вайлеса на лавку и сложила руки над головой. Теперь от ее ладоней шло тепло. Он же полностью расслабился, стал широко зевать и скосил глаза на Ивори, который сидел на одном из стульев с непроницаемым видом.

— Все, — целительница обращалась к Ивори, — пусть выпьют...

Тут широко зевнувший Вайлес не расслышал, что именно им надо выпить, но их спутник кивнул, и встав, произнес:

— Сейчас вернусь, — и вышел вместе с гостьей, которая еще в дверях накинула капюшон и не прощаясь покинула дом.

— Класс, да? — спросил Горик, а затем растянулся на кушетке. — Вот это я называю классным вечером! А Ивори... — Но Вайлес не узнал, что думает Горик об их друге, тот вернулся.

— Идем, ребята. Не дадим пропасть остатку ночи.

Ивори привел их в кабак. На этот раз, как показалось Вайлесу, из дорогих заведений. Некоторое время они слушали Горика, который красочно описывал предшествующие события, словно не они трое в них участвовали. Вайлес почти не слушал его, а смотрел на Ивори, который слушал Горика, слегка улыбался и подливал вино. Будущий языковой гений старался понять, кто перед ним. Когда после очередного кубка вина Горик встал, и покачиваясь отправился на улицу облегчиться, Ивори вдруг спросил:

— Что думаешь о сегодняшних событиях? Небось гадаешь кто я?

— Да, — не стал отпираться Вайлес.

— И к каким выводам пришел?

— Ты младший, или попавший в немилость сын кого-то из знати.

— Об этом все судачат в учебке, — пожал плечами Ивори, — с момента моего появления.

— Да, а сегодня я подумал, что ты боец. Скорее всего, элитный. Что не отменяет, конечно, версии про младшего сына.

— Продолжай.

— Думаю, ты известен, как бы это сказать, — замешкался он, — кому надо. Предполагаю это потому, что ты смог сделать так, чтобы нас отпустил патруль.

В этот момент вернулся Горик, плюхнулся на стул и схватился за вино. Он уже был сильно пьян, но говорить при нем Вайлес не хотел. Ему казалось, что сейчас у них очень важный разговор.

— Горик, — похоже Ивори думал о том же, — видишь вон там горничную? — тот повернулся, постарался сфокусировать взгляд. — Она явно не прочь, чтобы ты ее потискал. И не только, — Ивори подмигнул.

— Да? — удивился великан.

— Иди, мы еще никуда не уходим.

— А, ну чего бы и нет. — И он поднявшись отправился к девушке, которая, как казалось Вайлесу, вообще не смотрела в их сторону. Ему было интересно что будет дальше. Вот Горик с грациозностью пьяного брандашика подходит к девушке, что-то спрашивает. Вот она поднимает глаза и смотрит... на Ивори, а затем широко улыбается Горику и тот плюхается рядом с ней.

— Продолжим, — нарушает тишину его собеседник.

— Жрица храма «Весталии» меня сбивает с толку. Тут, или ты из очень богатого рода, или она должна тебе услугу.

— А может она моя сестра?

— Может. — Не стал спорить Вайлес.

— Ну что, сможешь сделать какой-то вывод?

— Думаю, ты боец. Из элиты или из безопасников. — Последнее слово он произнес шепотом.

— А зачем мне протирать штаны у вас? Если я боец?

— Не знаю. Наверное, какие-то ваши внутренние посвящения?

— Хорошо. — Казалось, Ивори принял какое-то решение. — Мне нравится как ты размышляешь. Последняя просьба, никому, никогда не рассказывай о сегодняшней ночи.

— Постараюсь, — удивился Вайлес,