Любимый, ужасный - Нина Роса

   Ночь прошла, унеся с собою какую-то часть дурного груза, что подобно старому хламу копился в душе из года в год. Раньше этот «чулан» у Клайва был забит под завязку. Слишком многое он уcпел пережить за свои семнадцать лет.

   Клайв потер руками лицо и почему-то пекущие глаза.

   Черт!

   Да он весь опух. Лицо под прикосновениями отдавало каким-то онемением. Словно ему под кожу закачали желе или воду.

   Клайв осмотрелся – зеркала в комнате не было. Тогда он пошарил и выхватил из кармана джинсов телефон.

   Модель была совсем древняя, но имела плохонькую фронтальную камеру. В довольно мутном изображении Клайв с трудом узнал себя – так и есть: лицо опухло, стало совершенно бледное, на его фоне покрасневшие глаза смотрятся красными ранами. Кажется, у него полопались капилляры…

   Раньше бывало всякое: и синяки на обоих глазах, ссадины, опухший и сломанный нос, но ңикогда… НИКΟГДА Клайв Баркер ңе выглядел, как сопливая девчонка, всю ночь прорыдавшая в подушку! Никогда!

   Грязная брань сама соскользнула с его языка. Он был в ярости. Имел он в зад и в перед такие сны!

   Скрипнув зубами, Клайв вскочил и отпинал ни в чем неповинное полукресло, в котором во сне сидела непонятная девица, уничтожившая егo чувство собственного достоинства. Ее счастье, что она всего лишь фантазия – сон, навеянный гребанным замком,из которого давно пора валить! И плевать на последствия. Под крышей сумасшедших Уордов он не останется больше ни на одну лишнюю минуту!

   Особо собираться не пришлось – он не имел привычки разбрасывать принадлежащие ему вещи. А попав в Рэйвенс-Рок,так и вовсе не распаковывал рюкзак. Как предчувствовал, что надолго здесь не задержится.

   Первые приемные родители выкинули его в лужу возле первого же приюта? Третьих, и последних, он выкинет сам. Жаль, что не в его силах пнуть эту груду камней так, чтобы замок сковырнулся со скалы и бултыхнулся в море!

   Клайв нацепил наушники и на полную врубил любимых панков – ярость вновь запульсировала в его крови, вторя звуковому смерчу «EXPLOITED». Баркер будто выставил звуковую стену, которая отсекла его от тихого мира Рэйвенс-Рока, с возмoжными криками и возражениями.

   В конце концов, Уорды хотели заполучить его на Сочельник – они заполучили. А теперь пусть не жалуются, но бесценная «посылка» имеет собственные планы на жизнь, в которых лордство в компании выживших из ума старперов не предусмотрено.

   Пусть стерегут свои обледеневшие камни дальше.

   Клайв оделся, перешнуровал ботинки, проверил нож, подхватил рюкзак и вышел из спальни.

   Адьос, Рэйвенс-Рок!

   Выбраться из замка оказалось до смешного легко. Клайву даже не пришлось сильно плутать. И никого из обитателей или туристов по пути к свободе он не встретил. На туристов плевать, но при мысли, как Уорды будут его искать, Клайв не смог удержаться от злорадной улыбки. «Мамаша», небось, еще в постели, зализывает полученную рваную рану. А приемный «отец» – трус трусом. Смотался еще вчера, подальше от скандала.

   В наушниках загрохотала «Chaos Is My Life» и Клайв пошел по каменистой дороге быстрее, подпевая в припевах крикам солиста:

   – Хаос – моя жизнь. Хаос – моя жизнь!

   Барабанная дробь резко оборвалась – Клайву всегда нравилась эта концовка : как смерть, резкая и неумолимая. Смерть Клайв Баркер ненавидел, предпочитая держаться зубами за жизнь. И песня «EXPLOITED» лучше всего напоминала об этом.

   Но после «Chaos Is My Life» пауза все длилась и длилась – проигрывание музыки прекратилось, и Клайву пришлось вытащить из-под куртки айпод.

   Сдох. Нужно было поставить его на ночь на зарядку. Но когда он добрался до спальни у него и мысли об этом не возникло. Так что путь предстояло продолжить без музыки.

   Клайв сердито oбернулся к громаде Рэйвенс-Рока, чтобы показать замку оттопыренный средний палец. Подумаешь, проблема! Он и сам может орать не хуже «EXPLOITED» или «EMMURE». Вокруг – ни души, хоть оборись…

   Но средний палец так и остался невостребованным – стоило Клайву обернуться, как грязные слова без всякой мелодии хлынули из него на радость догнавшего его зимнего ветра.

   – Твою ж… … …! – Клайв мог долго упражняться в ненормативной лексике.

   Самое главное – повод очень удачно нашелся. Вернее, он даже не исчезал.

   Не смотря на то, что Клайв шел быстрым шагом не меньше, чем минут сорок, он по-прежнему находился не далее, чем в полукилометре от Рэйвенс-Рока.

   – Что за подстава?! – вопросил Клайв равнодушное небо, с каждой секундой все больше темневшее. Собиралиcь тучи. И, скорее всего, они были заряжены снегом, уж очень вид у них был тяжелым, как у перегруженных лодок. В результате – бранные слова достались не только старинному замку, но и небу.

   Как в насмешку, небеса не оставили ругань Баркера без внимания. По серому клубящемуся небосводу пролетел огромный ворон, при виде Клайва громогласно каркнувший.

   В этом звуке так и слышалось : «Пошел ты на…!»

   Клайв с радость последовал бы даже такому маршруту. Но… нехорошее предчувствие вновь охватило его. Что-то во всей истории, приключившейся с ним, было нечисто.

   Не хотелось так думать. Более того, Клайву мистика была чужда в принципе… Но факты говорили об обратном.

   И все же Клайв предпринял еще одну oтчаянную попытку сбежать из Рэйвенс-Рока.

   В замок Баркер ввалился, похожий на снеговика. Почти три часа под непрекращающимся снегопадом так и не дали переупрямить волю неведомого повелителя этих мест. Почти два часа Клайв пытался выбраться из невидимой ловушки: бежал, что было сил, хитрил и сворачивал с дороги, даже рискнул попытаться одолеть гору по обледенелому склону. Все без толку. Его словно привязали к каменной громаде, по цвету слившейся с пасмурным небом.

   Даже не верилось, что утро было солнечным. Теперь же небo, окрестные скалы,и плескавшее внизу море слились в мешанину темно-серых мазков. Летящий снег лишь немного разбелял унылую однотонную гамму.

   Алистер встретил его там же, где и в их первую встречу. В этот раз даже не пришлось стучать по калитке молоточком –