Там, на той стороне - Стэнли Дж. Гриммс

— Нет у меня никого… с чего ты вообще это взяла? — возразила Наоми. — Да и не об этом надо думать.

— Представляю лицо Сэма, когда Джонни поцелует тебя взасос… окей, молчу, — добавила Саша, когда в нее полетели неодобрительные взгляды Наоми.

—Вы всерьез поверили этой женщине, мисс Грейсон? — спросил Сэм.

Саша притворно закатила глаза.

—Наоми, объясни пожалуйста этому утонченному джентльмену родом из тех мест, где все еще водятся короли, еще раз, хоть он и сам все слышал.

Саша развела в стороны руки.

—Видите? И не одного скверного слова. Вот что значит, когда дружишь с копом.

— Сэм, а она права, — ответила Наоми. Ей сложно было говорить о чем-то серьезном, когда приходится следить за дорогой и отвлекаться на неотступный силуэт, который начинал ее раздражать. –— Слишком много совпадений, а все ниточки ведут в Уэллстон. Да ты сам слышал доктора Далтона, он то не станет врать.

Конечно, Сэм слышал, но этому должно быть рациональное объяснение.

– Сэмми, где ты это взял? — спросил доктор Далтон возбужденным голосом по телефону, когда они только выехали из Колумбуса. Сэм конечно же соврал:

—Нашел в стопке со свежими письмами у себя на столе.

— Тогда, тебе стоит обратиться в полицию. Кто-то хочет тебя убить или хорошенько напугать. А если учесть твою профессию, то на твоем месте я бы серьезно задумался.

— Ты хочешь сказать, что все эти каракули, что-то из себя представляют?

— О-о-о! — затянул многозначительно доктор Далтон. — Это не просто каракули. Это молитва. А если быть точнее, рекомендательное письмо… не в самое лучшее место.

— Подожди, я не совсем понял…, — сказал Сэм.

Он включил громкую связь. – Повтори-ка, что ты только что сказал?

—Я говорю, это билет на ту сторону. Написано на латыни и если читать дословно, то звучит это так…

Сэм услышал, как доктор Далтон зашуршал бумагой, потом скорее всего он искал очки, стук выдвигающихся ящиков и снова голос:

— Та-а-а-к, посмотрим. Вот, я подготовил перевод, он на сто процентов точный, можешь не сомневаться.

Великая Матерь, обрати неверующего в раба своего.

Помоги ему познать через страдания твою любовь,

Вдохни его дух и напитай свои чресла.

Ф’глот еррон’кал н’хаарт аз’гхана тухро горат.

Насчет последней строчки… я покопался в древних источниках и нашел упоминание о древнем религиозном культе, о котором мало что известно, но эти строки, согласно всем канонам, относятся к молитве перед жертвоприношением. Этот культ, уж не знаю его названия, не является никакой производной, это можно понять по тексту и по всей видимости зарождался еще во времена Вавилона, когда люди говорили на одном языке. Ты слышишь меня Сэм?

—Да-да, прекрасно слышу, — ответил Сэм. Рядом притаилась Саша, она старалась реже дышать и прислушивалась к каждому звуку, что исходил от телефона.

—Если сложить дважды два, то нетрудно понять, что это и есть тот самый древний язык, на котором говорили самые первые люди. Если ты позволишь мне показать коллегам, даже не представляешь, что произойдет… революция!

—Пока не стоит, — ответил Сэм.

— Я понимаю… понимаю.

Голос был несколько огорченным.

— Ну, Сэм, пока это все, что я узнал и надеюсь тебе хоть как-то поможет.

—Спасибо за помощь, Чарльз. Жду тебя в субботу на поле для гольфа.

— Как всегда, Сэм. И да, еще… если вдруг, ты случайным образом найдешь что-нибудь подобное на своем столе, будь так добр прислать мне.

— Но как нам все это объяснить с точки зрения закона? — спросил Сэм у Наоми. — Люди исчезают, а в суде говорят, что все окей, мистер, вам это только кажется.

— Значит, отложи эту самую книжку с законами в сторону и подумай своей головой, — ответила ему Саша.

— Это же не гуманно? Я привык защищать интересы своего клиента исключительно словом. А ты предлагаешь мне засучить рукава и начать бить всех по морде.

—Ну почему всех? — спросила Наоми. —Начни хотя бы с него.

Наоми показала в сторону Мустанга.

Сэм стал присматриваться к номерам. В ответ ему поморгали фарами.

— VOCE- прочитал по буквам Сэм. — Что это вообще значит?

— С итальянского, это значит голос или глас, — сказала Саша. — Ника родом из Милана.

— А номера… Флориды. Мне это ничего не говорит, а вам?

Саша покачала головой. Но ей вдруг захотелось разглядеть, кто за рулем. Словно это что-то для нее значило.

—Наоми, можешь чуть притормозить? —попросила Саша.

—Не думаю, что это лучшая идея… точно не сейчас, — ответила Наоми. — Вдруг у него есть оружие?

Оставалось еще около десяти миль, а может и меньше, и ей удастся проделать свой трюк. Если не сворачивать на Уэллстон, а двигаться направо, прижимаясь к дороге, в ста футах был съезд, с запрещающим знаком. Это была нерабочая ветка шоссе, у которой даже нет названия. Ее планировали строить, чтобы заменить старую, но как это обычно бывает, одна гениальная идея настигла другую более гениальней и было решено оставить все как есть. Результатом этого проекта стали пол мили свежезакатанной дороги, ведущей в никуда, в прямом смысле. В конце дороги стоял огромный знак разворота.

—Ну что тебе стоит резко нажать на педаль? — просила Саша.

—Тот факт, что я арендовала эту машину, — ответила Наоми. — Зачем? У него затонировано стекло.

—Наоми, — упрашивала Саша. — Если ты это сделаешь и что-то пойдет не так, я лично оплачу все расходы.

—Можешь заплатить мне, — отозвался Сэм. — И тебе не придется платить ни цента страховой компании.

—Ну хорошо! Наоми надавила на тормоз, а затем резко на газ. Машина взревела, как раненый зверь и мощно рванула вперед, но этого рывка хватило, чтобы