Кусака - Роберт МакКаммон

- Это мистер Уинслоу. Специалист-координатор. - Бакнер махнул в сторону штатского - коротко подстриженного молодого человека в темно-синем костюме. Лицо мистера Уинслоу напоминало каменную глыбу, глаза прятались за темными очками. На Роудса повеяло "Вашингтоном". - Капитана Ганнистона уже отправили писать рапорт, - сказал Бакнер. В действительности Ганни отвезли в большой трейлер, припаркованный возле станции техобслуживания. Через несколько минут приедет грузовик, заберет тебя в санчасть. - Он осмотрел разрушения. - Похоже, этому городу досталось по первое число. Можешь оценить потери?

- Высокие, - сказал Роудс. Рука уже больше не болела; она просто была тяжелой, как мешок свежеразведенного цемента. - Но, думаю, мы отделались легким испугом. - Как объяснить этому человеку, стоящему перед ними, что на протяжении двадцати четырех часов - в масштабе Вселенной это лишь краткий миг - в техасской пыли шла борьба за судьбу двух цивилизаций?

- Полковник Бакнер? - сказал Гарсия, держа трубку полевого телефона возле уха. - Я дозвонился до контроля за периметром. Они докладывают, что через кордон службы безопасности проникают посторонние - вероятно, газетчики. Капитан Инголлс говорит, что при таких обширных площадях нет никакой возможности их остановить....

- Передайте Инголлсу, чтоб духу их здесь не было! - рявкнул Бакнер. В голосе полковника прозвучала паническая нотка. - Господи Иисусе! Велите ему посадить этих сволочей под замок, если придется!

- Можете с чистой совестью наплевать на это, - хладнокровно заметил Роудс. - Сохранить тайну никак не удастся.

Бакнер разинул рот, словно Роудс высказал утверждение, что цвета американского флага - зеленый, розовый и пурпурный. В зеркальных очках Уинслоу дважды отразилось лицо Мэтта.

Далекий рокот, доносившийся от черной пирамиды, внезапно оборвался.

Коди, Рик, Роудс - все обернулись. Основание "объекта" засветилось сине-оранжевым. В лучах утреннего солнца задрожали волны теплого воздуха.

Мост затрясся. Три верхние четверти пирамиды начали подниматься, оставив разогретое основание внизу. По его периметру ударили тонкие сильные струи белого пламени. Пламя с ревом промчалось по тоннелям за реку, на Окраину, и сплавило рыжую землю и песок в комья черного как смоль стекла. По мосту пронзительно просвистел горячий ветер.

Медленно поднявшись на четыреста футов, пирамида замерла, отражая черной чешуйчатой поверхностью золотистое солнце, и начала грациозный разворот.

- Капитан Реддинг докладывает: "Альфа-Страйк" расконсервировала и привела в боевую готовность "сайдвиндеры", - доложил Гарсия Бакнеру по полевому телефону.

Роудс знал, что такое снаряды "сайдвиндер". Он поднял голову и увидел выстраивающиеся для удара реактивные звенья.

- Не трогайте ее, - сказал он.

Бакнер схватил телефонную трубку.

- "Альфа-Страйк", говорит Главный. Не менять позиции. "Сайдвиндеры" пускать по моей команде, ясно?

- Нет! - запротестовал Том, проталкиваясь вперед. - Дайте кораблю улететь!

По бокам пирамиды бились энергетические хлысты.

- Готовность по моей команде, - повторил Бакнер.

- Дай истребителям отбой, Алан. - Роудс стиснул запястье Бакнера. На твои инструкции мне наплевать. Прошу тебя, дай кораблю улететь.

У Бакнера на щеках проступили красные пятна. Он вырвался.

Грани пирамиды сжимались. С них, выстреливая на сотню футов во все стороны, с треском срывались похожие на молнии голубые протуберанцы. Разогретый воздух трепетал, отчего пирамида казалась зыбкой, как мираж. В следующие несколько секунд звездолет сжался в фигуру сродни заостренному копью и продолжил подъем, но более энергично, быстро набирая скорость. Секунда, другая - и корабль превратился в черную полоску, улетающую к синему куполу неба.

- Лети, - сказал Рик. - Лети!

Истребители ждали, кружа на одном месте.

Бакнер открыл рот.

Роудс потянулся, намеренно сильно рванул телефонный кабель и выдернул его из корпуса полевого телефона.

Акустический удар сбил первых стервятников, рыскавших в потревоженном воздухе, и взметнул пыль на тридцати милях техасской пустыни. Звездолет как бы удлинился и темной нечеткой полоской стремительно ушел в безоблачное небо. Он пронесся мимо кружащих истребителей так, словно они были нарисованы на небесной синеве, и исчез в лиловом мерцании.

Налетевший на мост ветер взъерошил волосы, поиграл одеждой и просвистел над уцелевшими крышами.

- Сэр? - Уинслоу говорил хрипло, неторопливо. Роудс подумал, что этих мальчиков из правительственных отделов безопасности высшего уровня, должно быть, выводят в инкубаторах. - По-моему, это было ваше последнее действие в качестве представителя военно-воздушных сил США.

- Поцелуй меня в жопу, - сказал Роудс и добавил, обращаясь к Бакнеру: - Ты тоже. - Он вгляделся в небо. Истребители шли на посадку. Все кончилось, оставалось только прибраться.

У северной оконечности моста затормозил грузовик с красным крестом. Задняя дверь открылась, выскользнула лесенка. В кузове были койки, кислородные баллоны и маски, запас медикаментов и два санитара.

- Пора ехать, - Бакнер жестом поторопил Роудса.

Полковник сделал с помощью Зарры несколько шагов и внезапно остановился. Солнце прошло четверть своего пути к зениту, небо постепенно выцветало. Предстоял очередной чудовищно жаркий день. Роудс обернулся и заглянул в лицо Коди, Рику, Миранде, Джесси, Тому и их дочурке. Ее не разбудил даже акустический удар. Роудс подумал, что скоро все они уснут так же крепко. Позже придут кошмары. Но все эти люди отлично справятся с ними - ведь если человек не знает, что такое терпение, он не знает ничего. "За одну ночь мы спасли две планеты, - подумал Роудс. - Неплохо для клопов".

Подставив солнцу лицо, он пошел к машине.

Джесси чувствовала, как у ее груди медленно и ровно бьется сердечко Стиви. Она коснулась лица дочки, пробежала рукой по пыльным светло-русым волосам и под ними, у корней волос на затылке, нащупала два пореза, покрытых коркой запекшейся крови. Стиви во сне заерзала и сделала обиженное лицо. Джесси убрала пальцы.

В один прекрасный день ей предстояло все рассказать дочке. В один прекрасный день - но не сегодня.

Одной рукой прижимая к себе Стиви, Джесси другой нашла руку Тома. Им надо было добраться до больницы, к Рэю, но с Рэем все должно было обойтись. Джесси знала, что ее сын рожден выживать. Должно быть, это была фамильная черта. Они с Томом перешли через мост, а Стиви спала и видела во сне звезды.

Инферно заполонили грузовики и джипы. Несколько вертолетов неуверенно кружили над основанием улетевшего звездолета - впоследствии инженерные команды сочтут невозможным разделить его на части или же сдвинуть с места.

Все разошлись. На мосту осталась только одна фигура. Безвольно опустив руки, Коди смотрел на изуродованные останки своего мотоцикла. "Хонда", его старая подружка, тоже погибла, а мост, казалось, растянулся на сотни миль.