Противостояние. Армагеддон - Стивен Кинг

Как долго он шел на запад? Бог, может, и знает, но МусорныйБак не знал. Дни. Ночи. Особенно он помнил ночи.

Он стоял, покачиваясь в своих лохмотьях, и смотрел вниз наЦиболу. Город Обетованный, Город Мечты. Искалеченной рукой (запястье, сломанноепри прыжке с лестницы нефтяного резервуара компании ЧИРИ, срослось неправильно)он взял флягу и допил остатки воды.

— Цибола! — пробормотал он. — Цибола! Я иду! Я иду! Я сделаювсе, что ты хочешь! Я отдам за тебя жизнь!

После того, как он немного утолил жажду, его потянуло в сон.Он уже почти заснул, когда мысль впилась в его мозг, как ледяное лезвиестилета: «А что если Цибола — это только мираж?»

— Нет, — пробормотал он. — Нет, ой-ой, нет.

Но простое отрицание не могло отогнать эту мысль. Что еслион выпил последние остатки воды, празднуя появление миража? Он по-своемупризнавал свое сумасшествие, как часто бывает с безумцами. Если это толькомираж, то он умрет здесь в пустыне, и им пообедают стервятники.

В конце концов, не в силах больше выносить ужаснуювозможность, он встал на ноги и пошел обратно к дороге, борясь с тошнотой ичувствуя приближение обморока. С вершины холма он беспокойно уставился вниз, наплоскую равнину, поросшую юккой и перекати-полем. Он облегченно вздохнул.

Она была там!

Цибола, сказка древности, столько людей искали ее, а нашелее Мусорный Бак!

Далеко внизу, в пустыне, в окружении голубых гор, самаголубая в далекой дымке, с мерцающими башнями и улицами. Там были пальмы… онмог видеть пальмы… и движение… и воду!

— Ооо, Цибола, — пропел он и заковылял обратно. Этимвечером, когда Факел Бога закатится за горизонт, он пойдет вперед. Он дойдет доЦиболы и начнет с того, что нырнет с головой в первый попавшийся фонтан. Апотом он найдет его, человека, который велел ему прийти сюда. Человека, которыйвел его через долины, горы и наконец привел в пустыню. Весь этот путь онпроделал всего лишь за один месяц, несмотря на боль в обожженной руке.

Он ждет Мусорного Бака в Циболе, и ему повинуются армииночи, ему принадлежат бледные всадники-мертвецы, которые устремятся с западапрямо в лицо восходящему солнцу. И они прискачут, бессвязно бормоча, усмехаясь,воняя потом и порохом. Начнутся крики, но Мусорному Баку нет никакого дела докриков. Начнется насилие, до которого ему дела еще меньше. Начнутся убийства,что не играет никакой роли…

…и начнется Великий Пожар.

А вот до этого ему есть дело. В его снах к нему приходилтемный человек и с высокой площадки показывал ему внизу страну, объятуюпламенем. Города взрывались, как бомбы. Возделанные поля превратились в линииогня. И даже на реках Чикаго, Питтсбурга и Детройта пылала разлитая нефть. И восне темный человек сказал ему очень простую вещь, которая и заставила его проделатьвесь этот путь: «Ты займешь высокий пост в моей артиллерии. Ты тот человек,который мне нужен».

Он перевернулся на бок, щеки и веки его покраснели отлетящего песка. Он начал терять надежду — да, с тех пор, как отлетело колесо уего велосипеда, он начал терять надежду. Казалось, что Бог, Бог шерифов-убийц.Бог Карли Йейтса, в конце концов оказался сильнее темного человека. Но он непотерял веры. И наконец, когда казалось, что он скорее сгорит заживо в пустыне,чем доберется до Циболы, где его ждет темный человек, он увидел ее внизу,спящую в свете заходящего солнца.