Эль Дьябло - Георгий Зотов

Мигель в волнении достал сигарету – из старого, ещё белогвардейского, портсигара.

Полыхнула газом лампа вспышки, полицейские глубже натянули кепи, спасаясь от брызг морского ветра. Заместитель министра издалека смотрел на эль капитано чуть ли не умоляюще, и Мартинес улыбнулся ему с ободрением – мол, всё в порядке. Взяв у полицейского карманный фонарик, он быстро прочесал площадку с куклой, но… нет. Никаких следов шин. Возможно, это одна из причин пролития крови: следы на земле быстро размякают в грязь, а дальше идёт гравий… При всём желании не отследишь.

Брезгливо обходя лужи крови, он подошёл к Хуаресу.

– Мне будет нужна ваша помощь, кабальеро, – любезно улыбнулся Мигель.

– Всё, что угодно, – излишне торопливо заверил заместитель министра.

– Убийца – богатый человек, – объяснил Мартинес. – И он точно не одиночка. Куклу доставляют к «театральным подмосткам» в просторном автомобиле… Нам требуется узнать и проверить, у кого из граждан имеются во владении американские или французские машины. Немецкие «моторы» маловместительны, поэтому для перевозки трупов Художник задействовал нечто приличное и дорогое. Попросите полицейских сделать список автомобилистов: мы найдём способ тайно проверить салоны машин, не задевая достоинства их хозяев… Надеюсь, вы понимаете, о чём я?

Чиновник согласно кивнул.

– Далее… Для хранения и сливания такого количества крови в обычном городском доме Лимы слишком мало возможностей. Следует узнать, кто из достойных кабальеро, что обзавелись «моторами», владеют крупными скотобойнями. В любом случае предлагаю действовать быстрее. У Художника в плену минимум двадцать девушек. Это значит – в любой момент в самом центре города, хоть завтра, он сможет воздвигнуть третью куклу… И что, если её установят у ворот дворца эль президенте?

На тёмных щеках метиса ярко вспыхнули пунцовые пятна.

Собственно, Михаил именно этого и добивался. Ещё сослуживцы по «Земской рати» отмечали, что подпоручику жалован божий дар дивно доводить людей до трясучки.

– Безусловно, – промямлил чиновник, – я сейчас же отдам распоряжение. Что-нибудь ещё?

«Ага, новую квартиру твоего уровня, увеличение жалованья в пять раз и свержение большевиков в России, – подумал Мартинес. – Боже мой, когда я уже этого дождусь?»

– О да, кабальеро, большое спасибо, – коснулся он козырька кепи. – Пожалуйста, помогите перевезти куклу в участок. Я каждый раз порываюсь назвать её трупом, пусть это и нелогично – ведь установленная душегубом модель состоит из частей шести кадавров. В общем, мне нужен транспорт. Прикройте брезентом место преступления и приставьте охрану… Нам нынче ни к чему лишнее внимание, особенно со стороны прессы.

Чиновник поспешно кивнул. Мигель поймал себя на мысли, что своим поведением напоминает себе певичку джаз-бенда, капризно выставляющую условия концерта – десять букетов из белых роз, шампанское, сельтерская определённого названия, сиамские кошечки и вода комнатной температуры в гостиничной ванне. Что ж, это расследование может превратить его и в начальника полиции Лимы (простите, слегка размечтался), и в постового на улицах пыльного северного городка Трухильо. Смотря до чего именно он докопается – за время службы Михаил видел, как в Перу бесследно исчезали полицейские, сунувшие нос куда не надо. Правда, против Художника играет бесподобный резонанс. Убийцу требует найти лично эль президенте, в Лиме высадился целый десант щелкопёров из Северо-Американских Соединённых Штатов, семьи местной элиты начали втихую вывозить дочерей из города. Легко замять дело не получится, даже если убийца – весьма богатый человек. Что имеется в виду? Понадобятся не просто деньги, а совершенно неприличное количество денег. Но кто сказал, что у Художника их нет? Мигель сел в машину, шофёр услужливо захлопнул дверцу, – пора обратно, в участок.

…Он забылся мёртвым сном, сидя у стола, – проснулся лишь в момент, когда уборщик Энрике сдержанно кашлянул и загремел эмалированным ведром, расплёскивая воду. Мартинес открыл глаза. Энрике робко улыбнулся начальству, сжав в руках тряпку.

В голове у Михаила полыхнула молния.

– Магнолия… Почему ты сказал, что надо обратить внимание на дерево?

Индеец изменился в лице. Выпрямился, бросил обратно в ведро мокрую ветошь.

– Вы действительно хотите знать, сеньор?

Мигель молча кивнул.

– Что ж… тогда я жду вас в гости сегодня вечером. А пока мне пора работать.

…Уронив голову на руки, Михаил вновь задремал. Ему снился новогодний бал во Владивостоке – он, в новеньком мундире подпоручика и при сабле, вёл в танце счастливую Верочку Анохину, сладко закрывшую глаза в предвкушении грядущего поцелуя. Как ему рассказывали через много лет, впоследствии Верочка работала проституткой в одном из притонов Харбина: большинство дворян бежали от большевиков в спешке, не взяв не только денег, но и простых носильных вещей. Но сейчас Михаил улыбался во сне – не видя, как пристально всматривается ему в лицо уборщик-индеец Энрике…