Свободный - Александр Мансуров

– По существу, говоришь! – я всерьёз завёлся. Будет он мне ещё хамить и запугивать. Ишь “времени у тебя мало”. Ууу… Сука. – Я тебе ни на грош не верю. Всё что ты сказал брехня! Можешь разводить пубертатных юнцов такими сказками. Со мной это не прокатит.

Я встал, расправил плечи, и сдвинув бумагу на столе взял в руку до селе скрытый под ней нож.

– А теперь ты мне скажешь, какую хрень мне вкололи, с какой целью, и кто вы вообще такие? – медленно процедил я, наставив своё оружие на Семёна.

– О нет. Теория заговора… и опять эта железка. Ты серьёзно?

– Да. Отвечай!

– Сперва ты ответь мне на один вопрос. А уж потом я тебе всё расскажу.

– Ну?

– Ты всегда такой мудак или только для меня стараешься? – Семён глумливо ухмыльнулся. Ни черта он меня не боится. Понимает, что резать его не буду.

Резать нет, а вот в морду дать и с лестнице спустить это пожалуйста. Я зло оскалился и ринулся к нему, но видимо сделал это настолько поспешно, что ноги заплелись, и я полетел вперёд, прямо на кресло в котором сидел Семён. Чтоб смягчить удар, инстинктивно выставил перед собой руки.

Всё что произошло в следующее мгновение, отпечаталось в голове замедленной съёмкой. Нож, который я сжимал в руке, оказался нацелен прямо в горло моему странному гостю. Я лечу и не успеваю его отвернуть. Следующий кадр и полоска стали входит в его плоть, сантиметр за сантиметром. По самую рукоять. Доносится мерзкий чавкающий звук разрезаемой плоти и обивки кресла. Нож проходит насквозь… Из раны брызжет кровь, чудом не попадая на меня, но обильно заливая грудь Семёна. Он смотрит на меня взглядом полным изумления и непонимания, пытается что-то сказать, но изо рта не доносится ни звука, вместо слов течёт кровь – тёмная, почти чёрная. Жизнь уходит, осязаемо, как будто дым, пар, кажется я вижу отлетающую душу…

Смерть.

Я отпустил рукоять, отшатнулся, снова запнулся и плюхнулся на пол, на задницу, попятился.

Боже, боже… Я его убил. Зарезал. Нож в горло… Твою мать… Ааа… Кровища… Я не хотел, не специально. Нет…

Спиной упёрся в свой стол, вскочил, бросился прочь из комнаты.

Что делать? Ментов. Нужно вызвать ментов. У меня есть доказательства, что это не специально. Хотя… не поверят. Скажут, споткнулся намеренно. Всё подстроил. Камеру, кресло, нож… Посадят. Господи, меня посадят. Может избавиться от трупа… Пила, мешки. Блять! Я же не Декстре Морган⁴ и не мафиози…. Успокоиться! Успокоиться! Выпить! Алкоголь в кабинете, туда я не пойду. Не сейчас. На кухне вроде что-то было.

Я побежал на кухню.

В мини баре кухонного гарнитура, отыскалась початая бутылка дорого, настоящего французского, коньяка. Трясущимися руками отвинтив крышку, приложился. Горло обожгло. Глаза заслезились. Закрывшись сгибом руки, занюхал.

Прямо как в студенческие годы, – промелькнула неуместная мысль.

Ладно, что делать?

Я прирезал какого-то типа у себя дома. Полиции можно сказать, что он грабитель и это была самооборона. Нет. Проверят звонки. Он же мне звонил. Расколют меня на раз. Камера. Нужно посмотреть запись. Если она плохая, уничтожить. Я ведь ему угрожал… Боже, Боже, Боже. Угрожал а потом накинулся с ножом. Так всё это выглядит.

Сука! Твою Мать! За что, за что мне всё это дерьмо?!

Я вновь схватил бутылку, сделал хороший глоток.

Всё, успокоился. План такой, иду в кабинет, проверяю камеру, уничтожаю запись. Дальше… дальше…

В голову ничего не приходило. Какая-то каша из панически носящихся мыслей. Хорошо, для начала, нужно решить – вызывать ментов или прятать тело. А уже исходя из этого планировать дальнейшие действия. Но сперва, всё-таки запись…

Вух. Отпив ещё, я поставил бутылку обратно в мини бар, и собравшись с духом двинулся в комнату. Шёл я вполне браво и уверенно, однако, у самой двери, вся моя решимость волшебным образом улетучилась. Лишь титаническим усилием воли, я заставил себя зайти внутрь.

Стараясь не смотреть на кресло с телом, деревянной походкой прошёл к книжным полкам, взял камеру, остановил запись и всё также не поворачиваясь и не глядя на труп, включил просмотр.

На маленьком экране появилось моё лицо крупным планом. К слову сказать, помятое, осунувшееся и с мешками под глазами. С пару секунд оно заслоняла собой всё, потом отодвинулось. Показалась комната: cтол, злополучное кресло, на заднем плане уголок отдыха. В кадр влезла даже дверь, толь окно не вошло. Я нервно расхаживал взад вперёд, то и дело, бросая косые взгляды прямо в объектив. Вид у меня при этом был, мягко говоря, взволнованный. Вдруг, моя фигура вздрогнула, дёрнулась и выбежала из комнаты.

Странно, но дверного звонка на записи я не услышал. Не успел я сообразить, что бы это могло значить, как на экране вновь возникла моя фигура. Распахнув дверь, я как-то странно – боком протиснулся в кабинет, прошёл к столу, сел. Потом указал рукой на пустующее кресло.

Что за ерунда! Семёна то в комнате нет.

“А надо?” – спросило мое изображения у пустого кресла. И сразу добавило “давай по существу”.

Я разговаривал сам с собой?!

В голове сверхновой вспыхнула мысль! Догадка! Она ещё до конца не сформировалась, а я уже волчком крутанулся на месте и уставился на кресло, где должен был находиться труп Семёна. Пусто! Ни бездыханного тела, ни следов крови, ничего! Только…, только нож торчит из подголовника.

Я шумно выпустил воздух! Всё-таки спятил…

“Возможно” – донесся из камеры мой голос.