Хайс - Ариана Годой

Я пересекла высокие деревья и пару огромных валунов, чтобы добраться до расчищенного участка перед озером. Вид был так непохож на тот день, когда всё было меланхолично и грустно. Деревья, которые раньше были просто сухими ветвями, теперь были покрыты разноцветными листьями. Замерзшее озеро теперь было наполнено водой, едва движимой ветром. Небо, которое было полностью затянуто облаками, теперь сияло прекрасным солнцем. Я взглянула на тот огромный валун и почти увидела, как Хайс сидит там, как и в тот раз.

Я взобралась и села на валун, наслаждаясь видом. И, конечно же, именно в этот момент он решил заговорить:

— Мисс Флеминг.

Моя фантазии об одиночестве подошла к концу. Папа приставил ко мне телохранителя, я не могла винить его, его чрезмерная забота была оправдана после того, что произошло, если ему было спокойнее, что кто-то следит за мной и охраняет меня, у меня не было проблем. И мистер Хейджес, мой телохранитель, умел держаться на расстоянии, предоставляя мне возможность уединиться, поэтому мне показалось странным, что он заговорил со мной сейчас.

— Да? — спросила я, не сводя глаз с озера.

— Кто-то хочет вас видеть.

Я напряглась и с учащенным сердцебиением в груди повернулась, чтобы посмотреть на парня, стоявшего рядом с мистером Хейджесом. Это не мог быть Хайс, он не...

— Ретт, — прошептала я.

Я слезла с валуна, чтобы подбежать к нему и обнять. Ретт встретил меня улыбкой, и когда мы отстранились, я улыбнулась в ответ. Ретт больше не носил свой пирсинг, и его одежда выглядела официально, но, что более важно, у него больше не было тех тёмных кругов под глазами или того осунувшегося лица, когда я видела его в последний раз. Ретт выглядел здоровым, и это радовало моё сердце, я всегда буду очень любить его, может быть, уже не в романтических отношениях, но он всегда будет для меня кем-то особенным.

— Ты прекрасно выглядишь, — честно сказала я ему.

Ретт нежно погладил меня по щеке.

— Ты тоже.

— Не лги, — фыркнула я и взяла его за руку, чтобы он последовал за мной к валуну.

— Расскажи мне всё, как у тебя дела?

— Психически стабильный.

Мы оба сели и несколько секунд смотрели на озеро, пока он рассказывал мне о некоторых вещах, которые он сделал, чтобы поправиться. После долгого разговора я с любовью посмотрела на него.

— Я очень рада тебя видеть, правда.

Ретт кивнул и улыбнулся мне.

— А ты как поживаешь?

— Выживу, сегодня я наконец решила выбраться.

Ретт сунул руку в карман, вытащил маленькую красивую коробочку и протянул её мне.

— С Днем Рождения, Лия.

— О, спасибо, тебе не нужно было... — Я замерла, когда открыла коробку и увидела пару великолепных золотых серёжек.

— Ты сказала, что в первый раз хочешь проколоть уши, вот я и подумал...

— Они идеальны, — сказала я ему. Тепло в моём сердце усилилось, потому что он вспомнил эту деталь обо мне. Я посмотрела ему в глаза. — Спасибо, Ретт.

Он просто улыбнулся мне, и мы некоторое время смотрели на вид.

— Ты скучаешь по нему?

Его вопрос не застал меня врасплох, я знала, что он имел в виду Хайса.

— Наверное.

Молчание.

— Они должны были уйти, Лия.

— Я знаю.

— Он должен был уйти.

— Я знаю это.

— Но это не значит, что он забыл о тебе и что ему стало легче.

Это был первый раз, когда Ретт рассказал мне о Хайсе, не сказав, чтобы я держалась от него подальше или насколько он опасен. Я грустно улыбнулась.

— Ты говоришь так, как будто он послал тебя напомнить мне об этом.

Молчание, я повернулась, и Ретт облизал губы.

— Ретт...

Я перестала дышать и слегка сжала кулаки. Ретт провёл рукой по волосам.

— Ах, я не могу поверить, что делаю это.

— Что?

Ретт несколько секунд смотрел на меня, как будто искал ответ в моём выражении лица. Наконец он вздохнул, достал что-то из другого кармана и протянул мне: мобильник.

— Там сохранен только один номер, позвони.

Ретт встал, наклонился, чтобы поцеловать меня в лоб, и выпрямился, бросив на меня последний взгляд, прежде чем повернуться и уйти. Я застыла с телефоном в руке в полном шоке. Я с трудом сглотнула и провела пальцем по экрану сотового. Там действительно был сохранен только один номер с буквой H. Моё дыхание участилось, как и моё сердце. Вот он... на расстоянии одного прикосновения моего пальца. Я смогу снова услышать его голос... я колебалась, что я ему скажу? Несколько минут назад мне хотелось накричать на него, сказать ему так много вещей, а теперь я не знала, что сказать.

Через несколько секунд я позвонила ему. Он ответил, но ничего не сказал, тишина на другом конце линии заставила меня сделать глубокий вдох. Он ждал, я ненавидела, что он так хорошо меня знал, я ненавидела, что он знал, что мне нужно высказаться, и поэтому молчал.

— Я здесь... у озера, — начала я, набираясь смелости. — Вспоминаю тебя как идиотка, весь этот город стал постоянным напоминанием о тебе, и я ненавижу это. Я ненавижу тебя за то, что ты ушёл, и ненавижу себя за то, что чувствую себя так. Я до сих пор не могу поверить, что ты ушёл, как ни в чём не бывало, что ты бесследно исчез. Это заставляет меня чувствовать себя слабой, потому что я не думаю, что смогла бы уйти, как ты. Как ты мог? Мне было так тяжело, — мой голос сорвался, но я взяла себя в руки. — И я так беспокоилась о тебе, я надеюсь, что с тобой всё в порядке... что ты выздоравливаешь... что...

— Лия.

Его голос... моё имя... это всё, что мне было нужно, чтобы потерять всякий смысл того, что я говорила. Я забыла глубину его голоса, этот грубый немецкий акцент, потому что это был его родной язык. И я вспомнила об этом с ошеломляющей интенсивностью, которая обрушилась на меня.

— И это всё? — спросил он. — Я ожидал большего от той грубой ханжи, которую знаю.

— Пошёл ты, Хайс.

— Вот это больше похоже на мою Лию.

Моя Лия. Мне хотелось плакать, хотелось кричать, но слова застревали у меня в горле.

— Ты в порядке? — я должна была знать.

— А ты?

— Я думала, что отвечать на один вопрос другим — по моей части.

— Теперь и