На несколько демонов больше - Ким Харрисон

Оставалось только надеяться, что она будет легче.

Оттолкнувшись руками, я выпрямилась, подошла к зеркалу. Рукаподнялась к шее, отодвинуть повязку, потом упала. Пока что не хочу знать.Повернув голову, я оглядела себя, решив, что не так все плохо. Амулет цветалица прикроет черный круг под глазом, а вспухшая губа сойдет за пухлую. Синякна голени и еще один на бедре как раз где кончалась футболка. Когдая нагнуласьосмотреть колени, заболела спина, но все это должно пройти через день-другой.Это было даже близко к разочарованию: побыть демонским проклятием, пусть оченьнедолго — должно же это оставить хоть какой-то след? Ну там седая прядь илидемонический взгляд. Или чтобы вороны собрались на крыше — либо адский пес шелза мной по пятам. А так что? Я выдохнула и прищурилась на свое отражение.

Фонарь под глазом. Супер.

Айви что-то негромко говорила в телефон, и я, удовлетворивнаиболее важные потребности, решила, что под душ пойду потом — сперва получуответы на несколько вопросов да чем-нибудь заполню желудок. В сушилке болталасьпара джинсов вместо одежды Кистена, и потому в новой волне печали я сунула тудафутболку с надписью «СЦЕНА», активизировала амулет для цвета лица, пробежаласьщеткой по зубам и решила, что пока так сойдет. Под дверь полз аромат кофе изкухни, и меня уже мутило от голода.

Двигаясь медленно в ожидании плохих новостей, я вышла. Изкухни в коридор лился яркий свет нового дня. Третье утро я на рассветепросыпаюсь вместо того, чтобы ложиться спать, и мне это уже несколько надоело.

— Рэйчел только что проснулась, — донесся до меняголос Айви, когда я сделала два шага, и я приостановилась. Она говорила не потелефону, значит, у нас в кухне кто-то сидит. — Она ни с кем говорить небудет, пока не поест и хоть дыхание сможет перевести, и с твоим мозголомом тожеговорить не будет, так что давай отсюда в свой джип и домой в свое ФВБ.

У меня приподнялись брови, я поспешила вперед. Что тутделает Гленн?

Черт, Кистей! — ответила я сама на свой вопрос. — Значит,он убит.

— Фелпса на квартире Спарагмоса не было, —услышала я слова Эддена, и реальность у меня пошатнулась. Не только смертьКистена не подтверждена, но это и не Гленн, это его отец. Я не знала, лучше этоили хуже. — Его надо найти, и Рэйчел может быть полезной, — договорилон.

— Дайте женщине хоть минуту покоя! — вмешалсяДженкс. — Пискари сказал, что Кистей мертв — найдите его сами. ОВ не будетвам мешать, им это безразлично.

Я бросилась вперед, готовая на любые попытки, если толькоони могут дать шанс найти Кистена еще живым.

— Но если он жив, то может быть ранен, — сказалая, входя, и Эдден повернулся ко мне. С ним был еще один человек, сухощавый посравнению с коренастым Эдденом, и я затормозила босыми ногами по полу. Эдденпривез с собой штатного психиатра ФВБ?

Капитан посмотрел на своего молодого спутника. Игнорируяугрожающую позу Айви, стоящей со скрещенными руками у раковины, Эдден вышелвперед, наморщив лоб в тревоге. Был он в своих обычных штанах и белой рубашке,а пистолет в наплечной кобуре свидетельствовал, что он на работе.

— Рэйчел! — обрадовался он мне. — Ты кудалучше сейчас выглядишь.

— Спасибо. — Я заморгала от неожиданности, когда оншагнул вперед и неуклюже меня обнял, обдав запахом «олд спайс». Он еще болеенеуклюже отпрянул, и я не смогла сдержать улыбки. — Я тебя не сильнолупила?

Он улыбнулся, потер себе локоть:

—Не бери в голову. Это не ты была.

Я выдохнула с облегчением, хотя чувство вины осталось, истала смотреть, что можно поесть в этой кухне. Ничего не варилось, не жарилось,но хотя бы кофеварка булькала. Торт был покрыт глазурью и стоял на кухонномстоле грустным свидетельством того, что предполагалось. Погрустнев, яопустилась на свой стул.

— Кистена не было в квартире? — спросила я, и отчаяннаянадежда была почти болезненной. Я посмотрела на спутника Эддена, и тот неловкозаерзал. — Дженкс сказал, что Кистен звонил и передал, что залегает надно. А Пискари уже врал до того. Если есть шанс найти Кистена живым, я сделаювсе.

Друг Эддена хотел заговорить, но передумал, когда Айвиотодвинулась от мойки и плюхнулась на стул перед компьютером — ее любимоеместо, где ей уютно. Дженкс остался стоять на подоконнике, откуда могприсматривать за детишками через окно. Вот не знала, до чего громко они шумятна рассвете.

— Эдден думает, что людская психология может вернуть тебепамять, — сказала Айви, хмуря брови. — Но людская наука не может бытьсильнее колдовских чар. Это только лишние терзания тебе, Рэйчел.

Эдден, не обращая на нее внимания, повернулся к своемуспутнику, и тот не совсем уверенно шагнул вперед.

— Доктор Миллер, это Рэйчел Морган. Рэйчел, познакомьсяс доктором Миллером, нашим психиатром.

Я наклонилась и пожала его руку. Надежда, что Кистен можетбыть жив, была отчаянной и болезненной, и цвет амулета, который был надет надокторе Миллере, сменился с пурпурного на белый.

— Очень приятно, — сказала я, жестом предлагая емусесть, и они с Эдденом сели справа от меня.

У молодого человека было приятное твердое рукопожатие — неудивительно, раз он психиатр на службе ФВБ. А что удивительно — это легкийподъём уровня безвременья, которое попыталось проникнуть в меня, когда нашируки соприкоснулись. Он был человеком — я не ощутила от него ни малейшегозапаха красного дерева, и он работал на ФВБ — но он умел исполнять магиюлей-линий. И амулет у него был металлический — гарантированно лей-линейныечары.

Он был выше меня, и коричневые ботинки служили страннымконтрапунктом к серым брюкам и белой рубашке в серую полоску. Черные волосыбыли подстрижены в небрежном стиле. Сложения он был хрупкого, и карие глазаскрывались за очками в металлической оправе.

Очки? — подумала я. — Никто сейчас очки не носит,кроме как…

Мои подозрения подтвердились, когда доктор Миллер снял их спереносицы, скривившись. Черт побери, они были для того, чтобы видеть ауру, непереключаясь на второе зрение — чего люди, как правило, без чужой помощи илидолгой практики делать не могут. Класс. Ничего нет важнее, чем произвестиблагоприятное первое впечатление.

Надетый на нем амулет изменил свой цвет на красновато-серый,и психиатр с извиняющейся улыбкой пододвинул свой стул ко мне.

— Очень рад познакомиться с вами, миз Морган, —сказал он, сидя между Эдденом и мною. — Называйте меня просто Форд.

Дженкс затрещал крылышками, опустился прямо на стол, держаруки в боки так, что виднелась рукоять его садового меча.

— Эта штука эмоции читает? — спросил онвоинственно. — Вот так ты и работаешь? Узнаешь этой штукой, правду тебеговорят или нет? Рэйчел не врет. Если она говорит, что не помнит, так и насамом деле не помнит. Она хочет найти Кистена, если это возможно.