Голос мертвых - Брайан Ламли

— Но...

— Хватит! — снова перебила Зек Дарси. — Если Дэвид согласен, я хочу это сделать. Гарри для нас с Джазом слишком много значит.

Тогда Дарси обратился за поддержкой к Джазу Симмонсу, но тот лишь покачал головой.

— Если она говорит, что сделает это, значит, она это сделает. И на меня здесь не рассчитывайте. Я всего лишь ее муж.

Хотя и против воли, Дарси вынужден был согласиться. Честно говоря, ему не меньше, чем остальным, хотелось узнать, как обстоят дела у Гарри.

Дарси, Джаз и Бен Траск, не принимавшие участия в эксперименте, сели вокруг стола и стали наблюдать за действиями Дэвида и Зек. Чанг сидел с закрытыми глазами, положив руки на лежащий на столе арбалет Гарри, дыша ровно и глубоко. Зек сидела напротив, держа его за руку.

Так прошла минута, может быть, две, в течение которых Чанг с помощью своего дара, медиума, пытался определить местонахождение некроскопа. В комнате стояла абсолютная тишина, и наблюдатели слегка расслабились, нетерпеливо заерзали на месте, и мысли их стали переключаться на другое. Едва Джаз Симмонс поднял руку, чтобы почесать нос, как участники эксперимента установили с Гарри контакт.

Он был очень коротким.

Дэвид Чанг шумно и долго выдохнул, и Зек резко выпрямилась на стуле. Глаза ее несколько секунд оставались закрытыми, а лицо побледнело, как мел. Вдруг... глаза широко распахнулись, и Зек отпрянула от Чанга, вскочила и попятилась от стола.

К ней тут же подскочил Джаз.

— Зек? Зек! С тобой все в порядке? Какое-то мгновение она невидящими глазами смотрела словно сквозь него, потом узнала и упала в его объятия. Джаз почувствовал, что она вся дрожит. Наконец, она нашла в себе силы ответить:

— Да, со мной все в порядке. Но Гарри...

— Вы нашли его? — Дарси от волнения тоже вскочил на ноги.

— Да, конечно, — кивнул Дэвид Чанг. — Мы нашли его. Зек, что вам удалось прочитать?

Но она лишь поочередно взглянула на всех, выскользнула из рук Джаза и ничего не ответила.

— С ним все в порядке? — спросил Дарси и затаил дыхание в ожидании ее ответа.

— Да, все нормально, — наконец ответила Зек. — Он благополучно добрался до места. Кроме того, я видела достаточно, чтобы понять: развязка наступит очень скоро. Но... там все же что-то неладно...

— Неладно? — Дарси почувствовал, как прыгнуло у него в груди сердце. — Вы хотите сказать, что он попал в беду?

Она посмотрела на него таким странным взглядом, словно ей довелось увидеть нечто чуждое и страшное в ледяном мире, простирающемся за пределами пространства и времени.

— В беду? О да... несомненно... хотя это совсем не то, о чем вы думаете.

— Вы можете объяснить?

Зек напряженно выпрямилась, вздрогнула и обхватила себя руками.

— Нет, не могу, — покачала она головой. — Во всяком случае, пока. Кроме того, я могу и ошибаться.

— Ошибаться в чем? — Дарси волновался все больше и больше. — Гарри предстоит бороться с самим Яношем Ференци! Человек против... чудовищной твари! Если он попал в беду еще раньше, чем они встретились, его положение может оказаться безвыходным, безнадежным!

Она снова посмотрела на него все тем же странным взглядом, покачала головой и спокойно произнесла:

— Нет, отнюдь не безвыходным. По сути говоря, если они встретятся один на один, мне кажется... они не слишком будут отличаться друг от друга.

После этого она больше не проронила ни слова.

* * *

Глядя на окутанную туманом долину и освещенные серебряным сиянием луны горы, Гарри понял, что подъем вот-вот закончится и перед ним откроется настоящий ад. Он надеялся, что ему удастся привлечь на свою сторону всех мертвых, лежащих в этих местах, и вместе с ними штурмовать убежище Яноша. Но мертвые панически боялись его. Времени почти не оставалось, а надежды — еще меньше. А потому он не находил объяснения тому факту, что, к своему удивлению, он с нетерпением ожидал того, что должно было вскоре случиться. Возможно, он просто повредился в уме от переутомления и перенапряжения? Нет, едва ли. Гарри принадлежал совсем к другому типу людей.

Разум его оставался открытым, потому Мёбиус сумел прочесть его мысли.

— Вы не сможете сдаться! Нет, ни в коем случае! И тем более сейчас, когда мы так близки к цели! Мне необходимо войти в ваш мозг, Гарри!

— Входите по своей воле и своему желанию, — машинально ответил Гарри.

Мёбиус быстро вошел и вышел обратно, возбужденный как никогда.

— Все совпадает! Все так, как мы и предполагали! — воскликнул он. — Я уверен, Гарри, что в следующий раз, когда я приду к вам, я сумею открыть эти двери.

— Но не сейчас?

— Боюсь, что нет.

— В таком случае следующего раза может уже не быть.

— Не сдавайтесь, Гарри! Не надо отчаиваться!

— Дело не в этом! Я всего лишь констатирую факт.

— Клянусь вам, через несколько минут у нас будут все ответы! А вы, тем временем, можете попытаться сами себе помочь.

— Помочь себе? Но каким образом?

— Поставьте перед собой числовую проблему. Подготовьтесь к возвращению вам способности к вычислениям.

— Да я не представляю себе, как выглядит математическое задание!

— Тогда я сам поставлю перед вами задачу. — Великий математик несколько мгновений молчал, потом заговорил снова:

— Слушайте! Стадия первая: я есть ничто. Стадия вторая: я родился и, в первую же секунду своего существования, равномерно расширился до окружности размером приблизительно 1.170.000 миль. Стадия третья: в конце второй секунды моего равномерного расширения моя окружность увеличилась в два раза. Вопрос: что я такое?

— Вы — сумасшедший! — ответил Гарри. — Вот кто вы такой! Минуту назад я готов был поклясться, что это я сошел с ума, но теперь вижу, что нахожусь в здравом рассудке. Во всяком случае, по сравнению с вами.

— Гарри?

Гарри расхохотался так громко, что карабкавшиеся рядом с ним вверх цыгане вздрогнули от неожиданности.

— Ненормальный, — пробормотали они, — точно сумасшедший. Ференци лишил его разума.

Некроскоп тем временем вновь заговорил на языке мертвых.

— Август, перед вами человек, который не знает даже, сколько будет дважды два, а вы заставляете меня решать загадки вселенной.

— Почти что, Гарри, почти что! — ответил Мёбиус. — Просто держите это в голове, а я вернусь, как только смогу. — Голос становился все тише и наконец исчез.

— О Господи! — прошептал про себя Гарри, недовольно качая головой. — Боже мой!

Но вопрос Мёбиуса прочно засел в его голове. Он не мог найти ответ сейчас, но твердо знал, что он там, что он останется в мозгу надолго.