Исчезнуть навсегда - Роберт Лоуренс Стайн

- Роджер следит за нами, — сказала Кэра, вешая трубку.

— Что?

— Он подслушивал разговор по спаренному телефону наверху.

— Ты уверена?

— Эй, Роджер!

Она побежала по лестнице наверх. Я двинулся за ней. Сверху, с чердака, уже спускался Роджер.

— Да?

— Почему ты шпионишь за нами?

Ее тон был весьма агрессивным.

Роджер выглядел уставшим и каким-то помятым. Его свитер был в пятнах. Волосы, обычно аккуратно причесанные, сейчас торчали дыбом.

— Что ты сказала, Кэра? Я только что вернулся. Поднялся к себе наверх.

— Я знаю, что ты был наверху. И подслушивал мой телефонный разговор, — сердито сказала Кэра, глядя на Роджера.

Он ответил ей удивленным взглядом. Провел рукой по волосам:

— Я? Нет. Я поднялся к себе, чтобы переодеться. Испачкал свой свитер…

— Я слышала щелчок параллельного телефона.

Кэра твердо решила получить от него объяснения, и я был на ее стороне. Роджер вел себя слишком подозрительно с тех пор, как пропали папа с мамой. Пришло время прояснить ситуацию.

— В телефонной трубке может щелкать что угодно, — ответил Роджер.

Он остановился посредине лестницы и не спешил спускаться к нам:

— Кэра, я не подслушивал. Я так не поступаю.

— Роджер, мы с Марком хотим задать тебе кое- какие вопросы. — Кэра начала переходить к главному.

Удивительно, но Роджер ее перебил:

— Кэра. Ты говорила по телефону… Это были твои родители?

— Нет. И ты сам это знаешь, — настаивала Кэра.

— Но я действительно не подслушивал, — возразил Роджер, перегнувшись через перила. — И почему, собственно, ты меня подозреваешь?

— Есть причины, — вступил я в разговор. — Я видел, как ты выходил вчера ночью.

— Вчера ночью? Да, я действительно выходил. Я же сказал тебе, когда вернулся, что не мог заснуть и решил прогуляться.

— Но я видел, как ты залез в фургон.

Он удивился:

— В фургон? Ты это сам видел, Марк? Ты уверен, что это был я?

— Конечно. Кто же еще!

Я чувствовал, что теряю самообладание.

— Тебе это не приснилось? — продолжал между тем Роджер. — Я действительно видел какой-то фургон недалеко от дома. Но зачем мне в него садиться?

— Вот это мы и хотели бы узнать, — со злостью сказала Кэра.

— И, кстати, для чего ты держишь в своей комнате пистолет? — добавил я.

Он разинул рот:

— Что? Пистолет?

— Да, в нижнем ящике стола.

Он сел на ступеньку:

— Вы обыскивали мою комнату?!

— Да. Но мы…

— Вы обыскивали мою комнату, а теперь обвиняете меня в том, что это я шпионю за вами!

Он выглядел оскорбленным и расстроенным.

— Роджер, мы лишь… — начала Кэра.

— Кто дал вам право копаться в моих вещах?

— Никто, — ответил я. — Просто ты в последнее время ведешь себя очень странно, вот мы и решили проверить.

— Я не веду себя странно. Это вы себя так ведете. Конечно, я могу понять. Вы расстроены из-за родителей. Но вынюхивать что-то у меня в комнате, предъявлять мне идиотские обвинения, видеть в бреду каких-то людей в фургонах… Вряд ли такие поступки помогут вам найти отца с матерью.

— Пистолет мы видели явно не в бреду, — заметил я.

— Да, у меня есть пистолет, — вызывающе ответил Роджер. — Так получилось, что эта вещь дорога мне.

— А именно?

— Пистолет принадлежал моему отцу. Он был полицейским. Подарил мне его на восемнадцатилетие. Сказал, чтобы я всегда хранил оружие при себе. Хотя и надеялся, что мне оно никогда не понадобится. А через несколько недель отца застрелили во время облавы на наркоманов.

Роджер отвернулся:

— Этот пистолет, по сути, единственное, что у меня осталось от отца.

— Прости, Роджер. Мне жаль, что мы входили в твою комнату, — извинился я.

— Мне тоже, — тихо сказала Кэра.

— Ладно, — сказал Роджер, вставая. — Просто мы должны держаться вместе. Должны доверять друг другу. Согласны?

— Конечно, — откликнулся я.

— Нельзя паниковать и начинать подозревать всех вокруг…

— Я позвонила в полицию, — вдруг прервала его Кэра.

— Очень правильно, — одобрил Роджер. — Надо было сразу это сделать.

Он взглянул на часы:

— О, я опаздываю. Должен бежать. Когда вернусь, поговорим. Ладно?

Кэра молча направилась к кухне:

— Увидимся.

Я махнул Роджеру и последовал за сестрой.

— Он не умеет врать, — прошептала Кэра после того, как мы услышали его шаги на чердаке.

— С чего ты взяла, что он врет? — удивился я. — Он выглядит приятным парнем.

— У тебя кругом одни приятные парни, — язвительно заметила Кэра. — Лично я ничуть не поверила в эту слезливую историю про пистолет. А потом, если он хранит его лишь в память об отце, почему он заряжен?

Моя сестра вообще отличается цинизмом. Я-то поверил истории Роджера. Он выглядел таким печальным, когда говорил об отце.

— Послушай, надо бы перекусить, — переменила тему Кэра. — Интересно, в доме есть какая-нибудь еда?

Мы начали рыскать по кухне в поисках съестного. Я нашел в хлебнице кусок белого хлеба, правда немного зачерствевшего. Кэра обнаружила банку с арахисовым маслом. Его было на донышке, но если распределить экономно, то хватало на два сэндвича.