Особняк - Ольга Панова

– Обычно в это время он в конюшне, ухаживает за своим любимым скакуном. Тебе не придется долго ждать. Он сам хотел о чем-то поговорить с тобой. Должно быть, у него для тебя добрые вести.

Девушка лишь кивнула в ответ и села в кожаное кресло у камина. Наблюдая за огнем, поджала ноги, как в детстве. Эта стихия всегда ее завораживала.

Она вдруг подумала о том, что судьба преподнесла ей такой неожиданный подарок, как встреча с самим Андреем Соболевским. Об этом можно было только мечтать. Сама бы она ни за что не смогла придумать лучше.

Он оказался весьма привлекательным. Пронзительный взгляд карих глаз, казалось, заглядывал в глубины ее души. Он показался ей опасным и холодным. От таких мужчин следует держаться подальше, пока он окончательно не похитил твою душу.

В дверь тихо поскреблись. Так делал только один человек – ее слуга Афанасий, горбун от рождения.

– Входи скорей, я жду тебя.

Мужчина бесшумно вошел внутрь и прикрыл за собой дверь.

– Какие вести? Тебе удалось проникнуть в особняк?

– Увы, – он встал посреди комнаты, опустив голову, – никак не удается. Меня пускают только на кухню и никуда больше. Дворецкий держит у себя все связки ключей.

– Придумай что-нибудь хитрое!

– Я пытался найти запасные ключи, но кухарка слишком подозрительная. Следит за каждым моим шагом, не оставляя одного на своей кухне.

– Это плохо, – девушка откинулась на спинку кресла и задумчиво постукала по подлокотнику кончиками пальцев.

– Надо придумать что-нибудь еще. Может, влезть в окно?

– Не получится, слишком много шума.

– Тогда перелезть через забор в саду. Поставь лестницу.

– Я подумаю, – он поднял глаза и посмотрел на хозяйку. – Придумаю, как лучше сделать.

Елена вскинула тонкую бровь и вдруг спросила:

– У тебя для меня новости?

Горбун быстро кивнул и впервые за все время улыбнулся:

– Мне удалось узнать кое-что интересное. Из разговоров дворецкого с кухаркой. Все несчастья, что случались в особняке, так или иначе связаны с садом.

– Что именно ты имеешь в виду?

– Предыдущий садовник проработал не так долго. Он убирал ветки, копал землю, готовился к посадкам цветов. Второй человек, слуга Иван, сломал ветку.

– Ну ладно, с ними понятно, а что насчет плотника? Каким образом он связан с садом?

Горбун быстро закивал в ответ, стараясь убедить хозяйку в своей правоте:

– Я видел, как у него из рук выпала доска и, падая, обломала ветки старой яблони.

Елена задумчиво перевела взгляд на языки огня в камине. В словах Афанасия она искала рациональное зерно, способное объяснить все происходящее в особняке. Однако все сказанное им казалось каким-то несерьезным.

– Причем тут сад? Мне отчего-то кажется, что ты ошибаешься. Здесь дело совершенно в ином. Все погибшие были чужаками в особняке. Я думаю, надо искать причину проклятья именно в этом направлении.

Горбун снова опустил голову и посмотрел на свои загрубевшие руки. Тем временем, Елена продолжила:

– Если следовать этой логике, то ты тоже в особняке новый человек. Чужак. Значит, проклятье может коснуться и тебя. Афанасий, ты крещеный?

– Да.

– И твой нательный крестик при тебе?

– Я всегда его ношу под рубашкой.

Елена опустила ноги и поднялась с кресла. Из верхнего ящика комода что-то вынула и направилась к горбуну.

– Мне не хочется терять тебя. Возьми амулет и держи всегда при себе. Он будет хранить от зла и бед.

И она вложила ему в руки серебряный медальон в виде крупной снежинки. Афанасий тихо поблагодарил свою хозяйку и принял подарок.

– Носи его всегда на виду, когда находишься в саду. Не прячь в карманах и не снимай.

Она погладила горбуна по голове и отступила на шаг назад к камину.

– Прости, что ввязала тебя во все это. Просто не могла не воспользоваться сложившейся ситуацией. Садовник внезапно скончался, и его место освободилось. А ты единственный верный слуга, которому я могу доверять.

Афанасий пожал плечами:

– Я всегда к вашим услугам, моя госпожа.

– Ступай, я устала. Завтра поговорим.

Горбун склонился в поклоне и бесшумно вышел из комнаты.

Елену всегда интересовало все необычное и интересное. С тех самых пор как услышала все эти истории про проклятый особняк, она для себя решила в этом разобраться. Для начала расспросила всех знакомых и родственников, что им известно об этом доме. Затем подключила своего слугу Афанасия.

Что-то было в этом особняке опасное, что-то сверхъестественное и необъяснимое. Никто из жителей города не знал, где правда, а где вымысел. Многие считали все происходящее выдумкой, легендой. Однако Елена так не считала.

В комнате было уютно и тепло. Подавив зевок, девушка направилась к своей постели. Скинула на спинку халат, отбросила белье и надела приготовленную кормилицей ночную сорочку.

Пуховые подушки и теплое одеяло пахли лавандой. Елена легла на спину и погрузилась в воспоминания.

Безмятежное детство в окружении любящих родителей длилось недолго. В судьбу вмешалось несчастье. Ее мать погибла при родах. Врач ничем не смог помочь.

С той поры маленькая Елена стала реже видеть родного отца, который искал утешения в работе. Пропадал целыми днями, а приходил только поздней ночью, когда девочка уже мирно спала в своей постели.

Безутешный в своем горе, он не знал, что его дочь страдает не меньше него. Лишившись материнской ласки, поддержки отца, на какое-то время Елена осталась совершенно одна.

Однажды у нее поднялась температура. Кормилица вызвала доктора, который изрек модное слово в медицине – грипп. Вопреки всем прогнозам выздороветь через неделю не удалось, Елене становилось хуже.

Девочка слегла и перестала ходить. Еще через день перестала узнавать Ларису и слуг. Вот тогда-то отец забил тревогу. Каждый день вызывал новых лекарей, пытаясь понять, что с его дочерью. Однако те беспомощно разводили руками, призывая уповать на Господа.

Глубокой ночью, когда весь дом спал, в дом вошла старая знахарка. Лариса тайно провела ее по черной лестнице в покои умирающей Елены.

Колдунья оглядела комнату, подошла к столику, что стоял у камина, и велела принести ведро ключевой воды. Цепкими пальцами извлекла из своей бесформенной сумки медный котелок, затем маленький сундучок с навесным замком. Вынула из-за пазухи крошечный ключик, который вставила в замочек.

– Что стоишь? – ее черные глаза зло сверкнули, глядя на кормилицу. – Достань чистое белье, большое полотенце и простыни.