Хранители могил - Мелисса Марр

Какое тут может быть «нормально»? Если бы что-нибудь случилось с Байроном… Ребекка резко встряхнула головой, стирая из мозговых клеток эту мысль.

Уильям не обиделся на вопрос. Он ласково потрепал Ребекку по руке и подлил ей кофе.

— Думаю, у меня так же, как и у тебя, — сказал он. — С ее уходом мир сильно потускнел. Слишком долго Мэйлин была моим миром.

Его голос дрогнул, но Уильям справился с собой.

— Извини, мне нужно выйти в зал. Ты оставайся здесь и ешь. Когда они уйдут, я тебя позову. У тебя будет время остаться с ней наедине.

— Погодите. А мне нужно что-нибудь делать? — выпалила Ребекка, только бы не оставаться одной. — Какие-нибудь бумаги, которые подписывают в таких случаях?

— Сейчас ничего не нужно. Мэйлин дала мне весьма четкие инструкции на этот счет. Она не хотела, чтобы ты тратила время на разные бюрократические процедуры. Мы все с ней сделали заранее.

Уильям нагнулся и убрал ей с лица прядь волос, отчего Ребекка почувствовала себя совсем маленькой.

— Байрон скоро придет. Кстати, ты можешь сходить за ним. У нас в доме ничего не изменилось. А я пойду… к Мэйлин.

— Мэйлин там нет, — прошептала Ребекка. — Только пустая оболочка.

— Я знаю, но и ее оболочка достойна заботы. Поверь мне, Ребекка: Мэйлин заслужила прекрасный отдых. — В его глазах блеснули слезы. — Женщина редкостных достоинств. Сильная. Добрая. Смелая. Все эти черты она видела и в тебе. Ты должна быть смелой, Ребекка. Пусть она гордится тобой.

— Постараюсь, — прошептала Ребекка, отгоняя предательские слезы.

Уильям ушел, оставив ее наедине с горем. Первым импульсом Ребекки было подняться наверх и разыскать Байрона.

«Трусиха!» — мысленно отчитала она себя.

Нет, лучше она посидит здесь одна. Она годами жила одна и так же одна путешествовала. И почему справляться с горем легче, когда на тебя смотрят? Мэйлин еще много лет назад учила Ребекку скрывать от внешнего мира свои «ахиллесовы пяты». «Любовь моя, у каждого из нас есть уязвимые стороны, — говорила Мэйлин, когда Ребекке доставалось от одноклассников или незнакомых людей. — Чтобы быть сильной, нужна не только твердость характера. Нужно еще знать, когда спрятать свои слабости, а когда их можно показать. Среди своих можешь плакать. А перед миром ходи только с высоко поднятой головой».

— Я это помню. Я сильная, — шептала Ребекка.

Она закончила завтракать, а Байрон все еще оставался наверху. Ребекка не стала его ждать, а прошла через неприметную дверь, отделявшую жилую часть дома Монтгомери от его похоронного заведения. В зале прощания было людно. Ребекка шла, отвечая на приветствия, ровным голосом благодарила за соболезнования и не вздрагивала, когда незнакомые люди ее обнимали. Но как бы медленно она ни двигалась, в какой-то момент она оказалась перед гробом Мэйлин.

«Я знаю, что ты ушла. Тебя здесь нет. Это просто оболочка».

Однако тело было очень похоже на ее бабушку. Естественно, проницательный взгляд и улыбка исчезли, но во всем остальном это была прежняя Мэйлин.

Ребекка знала нужные слова. Фляжка лежала в ее сумочке, но знакомый ритуал требовал уединенности. Так всегда поступала и Мэйлин, с той лишь разницей, что она приходила раньше других.

Ребекка наклонилась и поцеловала Мэйлин в щеку.

— А теперь, бабушка, спи, — прошептала она. — Спи крепко и оставайся там, где я тебя положу.