Огонь и сера - Дуглас Престон

– Мы в клубе для джентльменов, и я буду признателен, если вы сбавите тон.

– Вообще-то у меня проблемы со слухом. И я не джентльмен, – сказал д'Агоста и стал ждать.

Губы Балларда изогнулись в подобие улыбки.

– Я вдруг вспомнил... Гроув действительно мне звонил.

– О чем же вы беседовали?

– О том о сем.

– О том о сем. – Д'Агоста так и записал: «О том о сем». – Что, все сорок две минуты?

– Ну созвонились два приятеля, давно не виделись, понимаете?

– Вы хорошо знали Гроува?

– Встречались несколько раз. Хотя друзьями не были.

– А когда познакомились?

– Очень давно. Я уж не помню.

– Спрашиваю еще раз: о чем шел разговор?

– Гроув рассказал, чем занимался в последнее время...

– И чем же?

– Ну, писал статьи, устраивал званые ужины...

Баллард врал. Врал, врал и еще раз врал – точно так же, как Катфорт.

– А вы? О чем рассказывали ему вы?

– Собственно, все о том же: работа, компания.

– Так зачем же Гроув звонил?

– Спросите у него. Со мной так он просто болтал по-приятельски.

– Где он нашел ваш номер? Его нет в телефонной книге.

– Должно быть, я как-то сам его назвал.

– Но ведь Гроув не был вам другом.

– Значит, спросил у кого-то, – пожал плечами Баллард.

Прекратив писать, д'Агоста посмотрел на Балларда. Все еще полускрытый тьмой, тот стоял по другую сторону стола, и д'Агоста по-прежнему не видел его глаз.

– Вам не показалось, что Гроув чем-то напуган?

– Может, и так. Я в самом деле не помню.

– Вам знаком некий Найджел Катфорт?

– Нет, – сказал Баллард, но прежде нанес легкий удар по шару.

– А как насчет Ренье Бекманна?

– Нет. – На этот раз Баллард ответил мгновенно.

– Граф Исидор Фоско?

– Знакомое имя. Кажется, я встречал его на страницах светской хроники.

– Леди Милбэнк? Джонатан Фредрик?

– Нет и нет.

Д'Агоста знал, когда человек запирается окончательно, а потому просто закрыл блокнот.

– Не прощаемся, мистер Баллард.

Тот уже успел вернуться к игре.

– Зато я, сержант, с полной уверенностью говорю вам: прощайте.

Д'Агоста развернулся двинулся было к выходу, однако, остановившись, спросил:

– Надеюсь, мистер Баллард, вы не собираетесь покидать страну?

Воодушевленный молчанием, д'Агоста продолжил атаку:

– Знаете, я мог бы объявить вас важным свидетелем и ограничить свободу передвижений.

Он снова блефовал, но когда Баллард притворился, что не слышит, шестое чувство подсказало: прием удался. Д'Агоста пошел к выходу мимо зеленых столов с маленькими лузами, а когда он подошел к дверям, с лица охранника исчезла ухмылка – осталось только нейтральное выражение.

– Так во что здесь играют? – спросил д'Агоста. – В бильярд?

– В «снукер», сэр.

– «Снукер»?!

Охранник произнес название с честным лицом, однако слово навело на мысль о проститутке, которая после секса огорошила клиента, сказав, что услуги подорожали[16].

Д'Агоста отыскал главный лифт и поехал вниз, мысленно послав привратника и правила к черту.

* * *

Вечерний свет умирал, и бильярдная погружалась во тьму. Локк Баллард курил, сжимая в руке кий и не видя перед собой ничего. Простояв так минуту, он отложил кий и направился к телефону на стойке бара. В Италии намечено важное дело, и никто – даже выскочка сержант – ему не помешает.