Солнце мертвых - Алексей Атеев

– Я сильно устала, – жалобно проговорила Петухова. Чувство опасности не только не покинуло ее – напротив, стало сильнее. Что-то тут было не так. – Давайте передохнем.

– Конечно-конечно, – подхватил Забалуев. – Передохнуть нужно обязательно. Да и перекусить бы не мешало.

Он один сохранял спокойствие и присутствие духа и был, казалось, весел. Быстро разложил на траве белую салфетку, достал кое-какую снедь. Валентина Сергеевна вспомнила про свое молоко, достала из корзинки кринку.

– Не желаете, Петр Петрович?

– Нет-нет, – Забалуев сделал брезгливую гримасу. – Не употребляю.

– А я, пожалуй, выпью. – И она поднесла кринку ко рту. – Фу! Да молоко скисло! А ведь утром только хозяйка надоила…

– Ничего удивительного, – заметил Забалуев. – Жарко сегодня, вот и результат. Нужно в молоко сажать лягушку, тогда ни за что не скиснет.

– Какая гадость! – Валентину Сергеевну передернуло от отвращения.

– Так, говорите, сегодня утром надоили? – Митя с любопытством взял кринку и понюхал содержимое. – Впечатление такое, будто ему дня три-четыре, вон даже позеленело. – Он вылил молоко на землю.

Они пошли назад. По дороге со скуки Валентина Сергеевна начала собирать грибы и скоро набрала полную корзину. Но и это не радовало. Голова была полна самых противоречивых мыслей. С одной стороны, все вроде бы складывалось хорошо. Но с другой… Валентина Сергеевна могла поклясться, что случившееся ей не привиделось.

Да и странное существо в городском парке? Ведь это-то было! А рассказ Мити? Неужели он все придумал? Зачем? Сюда поехал… С другой стороны: где надпись, где следы раскопок?

Видимо, у каждого голова была занята подобными мыслями. В молчании дошли до палатки.

– А дальше-то что? – спросила Валентина Сергеевна.

Митя молчал.

Откликнулся Забалуев.

– Я думаю, – начал он, – нужно возвращаться в город. – Все прояснилось: не было никакой надписи, да и кладбище это самое обычное. Что старинное – это верно. Но не более. А колдуны все эти, ожившие мертвецы – плод воспаленного воображения.

Митя как-то странно посмотрел на него.

– Митя, ты уж признайся, что хотел, так сказать, разыграть Валентину Сергеевну. Имел на нее зуб, ну и пошутил слегка. Шутка, конечно, не совсем удачная, но оригинальная. И я, старый осел, можно сказать, поверил тебе, поперся в эдакую даль…

– Да, – сказал Митя хмуро. – Это была шутка.

Валентина Сергеевна недоуменно посмотрела на него. Она вообще перестала что-либо понимать.

– Ну что ж, давайте собираться, – сказал Забалуев.

Митя молча копался у мотоцикла.

– Мне надо к хозяйке сбегать, – спохватилась Петухова. – Корзину ей отдать, вещи свои захватить.

– Ну, давайте быстрее. К вечеру хотелось бы быть дома.

Хозяйка встретила ее у ворот. Она сидела на лавочке и поглядывала на нее с любопытством.

– Грибов-то набрала! Да все один к одному. – Она с интересом посмотрела в корзину.

– Уезжаю я, вот за вещами пришла. За корзину спасибо.

– Не успела приехать – опять уезжаешь. Странная ты, Валентина, женщина. Ну что же, воля твоя…

– Возьмите вашу кринку.

– Ну как, молочко-то понравилось? У меня вкусное молочко, не чета городскому.

– Да скисло оно, молоко ваше.

– Как скисло, не может быть! – Старуха понюхала кринку. – Действительно. Да ведь я утром надоила, не может такого быть. Постой, постой, постой. – Она внимательно посмотрела на Петухову. – Ты ведь по лесу не одна ходила?

– Не одна, – подтвердила та. – Мы втроем приехали, на мотоцикле.

– А кто твои товарищи?

– Обычные люди, старичок один – в архиве работает, и историк наш городской. Да в чем дело-то?

Старуха ничего не ответила. Замолчала, что-то обдумывая. Через несколько минут она попросила:

– Слушай, покажи их мне.

– Ну пойдемте, только вы мне все-таки объясните, в чем причина вашего интереса?

– После объясню, пойдем скорее.

Минут через пятнадцать они подошли к тому месту, где стояла палатка. Все уже было сложено. Возле мотоцикла стоял один Митя.

– А Петр Петрович где? – спросила Петухова.

– Да тут был. – Митя огляделся по сторонам. – Сейчас придет, наверное.

Старуха внимательно оглядела Митю, потом повернулась к Валентине Сергеевне:

– Старичок-то – куда он делся?

Та недоуменно пожала плечами.

– Петр Петрович! – закричал Митя. – Где вы, идите сюда!

Но в лесу было тихо.

– Так, ребятки, – утвердительно произнесла старуха. – А ведь это колдун был.

– Какой колдун?! – испуганно воскликнула Валентина Сергеевна.

– Да старичок-то ваш. Вы вот его ждете, а он, конечно, не явится.

– С чего вы это взяли, что он колдун? – внимательно глядя на старуху, спросил Митя.

– Да молоко свежее скисло в минуту – это первый признак. К тому же исчез он. Почему?

– Может быть, придет? – нерешительно протянула Петухова.

– А сами-то вы кто? – Митя, казалось, не удивился сообщению.

– Я-то? Да никто, божья старушка. – Она усмехнулась. – Местная жительница.

– Мне еще на кладбище показалось – Забалуев как-то странно себя вел.

– Так вы и на кладбище были? – удивилась старуха. – А зачем? Не пора ли мне всю правду рассказать?

– С какой это стати? – вскинулся Митя.

– А с такой. Без меня вы вряд ли выпутаетесь из этой истории.

– Эге, ты, бабка, видно, из той же шайки… – протянул Митя.

– Тьфу, дурень! Из шайки… Ты, голубок, да и барышня твоя, по всему видать, в такую переделку попали – не приведи господь. Садитесь на вашу тарахтелку да поедем ко мне. Нет-нет, я ногами дойду, – отмахнулась бабка на приглашение сесть в коляску.

Совсем сбитая с толку всеми этими чудесами, Валентина Сергеевна пошла рядом со старухой, Митя поехал вперед.

– Ты мне сразу бы все рассказала, пользы было бы больше. А сейчас… – Бабка неопределенно махнула рукой.

– Да с чего бы я докладывать стала, и так один раз уже все рассказала, вон что получилось. Вы говорите, колдун. Да быть этого не может!

Вскоре они втроем сидели за столом в гостеприимной избе хозяйки. Митя задумчиво покосился на иконы, перевел взгляд на бабку, попросил разрешения закурить.

– Нет, сынок, у меня не курят, хочешь дымить – иди во двор.

Запыхтел самовар, забулькал в стаканах чай.