Королева красоты - Роберт Лоуренс Стайн

Я было хотела поиронизировать по этому поводу, но на самом деле мне было не до смеха.

— Мне тоже как-то не по себе, — поежилась я. Дона так и сверлила меня взглядом.

— Ты, наверное, тоже уже понимаешь... — начала она.

Я знала, что она имеет в виду. За последние

дни я много всего передумала и пришла к чудовищному выводу. К тому же, что и Дона. Но на всякий случай я прикинулась несведущей.

— Ты это о чем?

— Сначала Симона. Потом Рейчел. Потом на

меня в кино напал парень.

— Ну и?

Дона смотрела на меня заговорщическим

взглядом: как будто мы обе знали какую-то ужасную тайну.

— А то, что кто-то убирает всех претенденток на звание королевы бала.

— Не может быть. — Голос у меня дрогнул. — Кому и зачем это надо?

— А ты считаешь, это простое совпадение? — скептически вопросила Дона.

— Уверена. Вполне может быть.

— Нет, не может!

— Мария! — послышался голос Робби снизу. — Давай скорей!

— Иду!—крикнула в ответ Дона.

— Но ведь преступника уже задержали, — начала было я.

— То-то и оно. — Дона понизила голос. — Когда убили Рейчел, он уже сидел в тюрьме! Кроме того, он не признается в убийстве Симоны. Нет, совершенно очевидно, что за нами охотится кто-то еще. Я подчеркиваю: именно за нами.

У Доны даже левый глаз задергался. Я поняла: она напугана не меньше моего.

— Так, нас осталось только трое. Ты, я и Элана, — сказала я, откашлявшись.

— И что ты намерена делать? — спросила Дона жалобным голосом.

Я только головой покачала. Потому что не имела ни малейшего понятия, что нам теперь делать.

— Слушай, тебе пора вниз! — напомнила я Доне. На самом деле это мне самой хотелось поскорее спуститься вниз.

Дона пропустила мои слова мимо ушей.

— А знаешь, что самое страшное? — сказала она.

— Неужели есть что-нибудь страшнее того, что какой-то псих вот-вот подберется к нам?

— Страшнее всего то, что мы, видимо, знаем1 этого человека.

— Смотри-ка, наконец до тебя кое-что дошло! А ты еще называла меня ненормальной, когда я говорила тебе про Лукаса...

Я даже похолодела, представив себе, как Лукас следит за мной своими темными косенькими глазками.

— Нет, для меня Лукас вне подозрений, — покачала головой Дона. — Допустим, у него была причина мстить Симоне, но что он имел против Рейчел?

— Кто его знает.

Я вспомнила про игру мистера Мида. Может, с ее помощью удастся вычислить убийцу? О чем бы я думала, будь я на месте Лукаса? Наверное, вид у меня был совсем отсутствующий, потому что Дона даже потормошила меня за плечо.

— Дона! — снова позвал Робби снизу. — Ты идешь или нет?

Итак, если бы я была убийцей, то, наверное, рассуждала бы так: «Слишком явно было бы убивать претенденток по очереди».

И тут меня осенило.

— Деньги! — воскликнула я.

— Деньги? — удивилась Дона. — Ты о чем? Какие еще деньги?

— Три тысячи долларов, которые получит королева выпускного вечера! Может быть, кто-нибудь из парней хочет обеспечить победу своей девушке. Глядишь, и ему перепадет.

Дона скривилась.

— Ты бы укокошила четырех девиц из-за каких-то трех тысяч долларов? Не проще ли ограбить банк? Нет, версия неубедительная... Слушай, я, кажется, знаю! Это, наверное, какая-нибудь, девчонка, которая не попала в финал и почувствовала себя обойденной.

— Мне кажется, деньги более весомый повод.

— Как бы там ни было, учти — мы на прицеле.

— До-о-о-на! — снова завопил Робби.

— Я побежала, — сказала Дона. Она сжала мою руку. Ладонь ее была холодной и влажной.

— Не забудь свой реквизит, Мария, — сунула я ей четки, нужные по роли.

Дона стала перебирать бусины.

— Они мне очень кстати: кому-кому — а мне-то придется много молиться...

Дона побежала вниз. Я вышла за ней. Она уже спускалась по лестнице, когда я только закрывала дверь в подсобку. Я взглянула сверху на темный зал, потом на освещенную сцену.

Там стоял Робби и держал речь перед труппой.

— Это должно быть настоящее зрелище! — разглагольствовал он. — Гвоздь сезона! Надо как следует потрудиться. Не забывайте, что до премьеры всего восемь дней. Все по местам!

Темный партер зиял пустотой. Кого я там высматривала? Джастина? Да, раньше он приходил посмотреть на Симону.

Но и сейчас там, в пустом зале, кто-то сидел. Справа, с краю.

Это был Лукас. Наши глаза встретились. Он улыбнулся мне и изобразил губами поцелуй.

Я отвернулась. Чокнутый он и есть чокнутый.

И тут у меня по спине побежали мурашки. Я вспомнила нашу стычку у си: юниного дома. Да, Лукас чокнутый, стало быть, ему не нужны мотивы. Он может укокошить просто так, ради забавы.

Как-то по телевизору показывали фильм, где один такой псих хотел убить всю девчачью команду из-за того, что ее капитанша не пожелала с ним встречаться. Помню, я потом неделю спать не могла.

А что у Лукаса на уме? Нет, сейчас не очень-то хотелось играть в игру мистера Мида. Довольно странно было влезать в мысли Лукаса Брауна.

Я старалась больше не смотреть в его сторону. Но меня почему-то так и тянуло сделать это. Не прошло и двух секунд, как я снова перевела взгляд на темный партер.

Там было пусто.

Дона кружилась по сцене, репетируя ударный номер.

— Стоп, стоп, стоп! — остановил ее Робби. — Мими, — повернулся он к пианистке, — здесь немного побыстрее, ладно? — Он поднялся на сцену. — Дона, извини, что остановил тебя. Все прекрасно. Но в этом месте у тебя должно быть ощущение полнейшей свободы. Ты поняла?

Дона улыбнулась и слегка сморщила нос.

— Ну что тут не понимать.

Робби в шутку обнял ее и повернулся к остальной труппе.

— А? Кто бы мог подумать, что за такой короткий срок Дона так войдет в роль? Прошу аплодисменты!

Все дружно захлопали и заулюлюкали, привычно подыгрывая шоуменским замашкам Робби.

Я смотрела на Дону и думала, что, наверное, действительно не так приятно играть эту роль, перешедшую к ней от убитой Симоны. Но, с другой стороны, она прямо вся светилась, будто только что выиграла Уимблдонский турнир.

И тут чудовищная мысль пронзила меня.

Вот у кого были четкие мотивы для убийства!