Игра с огнем - Наталья Тимошенко

На небольшом письменном столе лежала стопка ученических тетрадок. Видимо, Марина Петровна взяла их на дом, но так и не успела отнести на работу. Максим быстро просмотрел стопку, но тетрадей Яниного класса не нашел.

Современная, хоть и не дорогая, российского производства, бытовая техника на кухне дополняла картину. В холодильнике осталась кое-какая еда. В основном овощи и то мясо, которое не требует приготовления, достаточно просто снять прозрачную упаковку, и даже резать не требуется. Видимо, готовить погибшая, как и убирать, тоже не любила.

Немного выбивалось из этой картины только мусорное ведро. Точнее, шкаф под мойкой, где его обычно хранят. Едва открыв его, Дима увидел батарею разнообразных пустых бутылок: здесь были бутылки и от дорогущей водки и коньяка и те, которые продают в местном магазине меньше чем за сотню под названием «Вино плодово-ягодное».

– У нашей дамочки, похоже, была вечеринка, – громко прокомментировал Дима, поскольку Максим в этот момент все еще возился в спальне. – Это объясняет и цветы. Как думаешь, может, у нее был какой-то праздник, где все и произошло?

– Едва ли. Цветы уже засохли, значит, стоят давно.

Максим появился на пороге кухни, мельком взглянул на бутылки.

– Скорее, похоже на то, что они собирались не один день, их просто никто не выбрасывал. Возможно, иногда у хозяйки были деньги на более дорогой алкоголь, а иногда она пила то, что подешевле. Или же зависело от того, кто был в гостях.

– Что стало с этим миром? – покачал головой Дима. – Учительница – и алкоголичка.

– Можно подумать, раньше такого не было, – хмыкнул Максим.

Дима ненадолго задумался, а затем согласно кивнул.

– Что ты нашел в спальне?

– Ничего интересного, – вздохнул Максим. – Из литературы вообще только учебники и методички, немного классики. Никаких книг по эзотерике, если ты об этом.

Дима снова кивнул.

– Не понимаю, что за странный круг возле тела. Ирина говорит, что он недавнишний, не старый. Значит, лежит она в нем не просто так.

Максим не успел ответить, поскольку в кармане завибрировал телефон. Да и ответить ему, собственно, было нечего. Увидев имя дочери на экране, он торопливо вышел сначала в коридор, а затем и на порог, где все еще курил, глядя в темноту, патологоанатом Костя.

– Да, Ян.

– Пап, а ты скоро вернешься? – по голосу Яны было совершенно непонятно, какой именно ответ понравится ей больше.

Максим спустился вниз и отошел чуть дальше от порога.

– Пока не знаю, я немного занят. Ужинай сама, меня не жди.

– Ну ладно, – протянула Яна, и прежде, чем она положила трубку, Максим спросил:

– Ян, кто у тебя ведет русский язык?

– Марина Петровна, – теперь в ее голосе появилось удивление. Отец редко интересовался школьной жизнью. – То есть вела.

– Почему вела?

– Потому что сегодня к нам на урок уже пришла Елизавета Николаевна, которая инглиш преподает, и сказала, что будет заменять Марину Петровну. Ее уже и вчера не было. А почему ты спрашиваешь?

– Да так, – уклончиво ответил Максим, но от Яны не так-то просто было отделаться.

– Ну, па-а-ап, ну, скажи, – занудила она. – Она умерла?

– Почему ты так решила? – Его всегда удивляла проницательность Яны.

– Потому что она и раньше бухала, но никогда еще замену нам не ставили. Просидим урок тихо, а назавтра она уже в школе. А тут два дня нет.

Все равно ведь узнает.

– Умерла, – коротко сообщил он и тут же добавил: – Но только пока молчок, поняла?

– Поняла! – в голосе дочери прорезался испуг напополам с интересом. – А как?

– Ян, неуместное любопытство. Скажи лучше… – Максим осекся, подбирая правильные слова. – Марина Петровна не увлекалась мистикой, эзотерикой или чем-то таким?

– Не припомню такого. По-моему, она, кроме Достоевского и дешевого вина, ничем не увлекалась. Пап, а она сама умерла или ее убили? Убийство ритуальное, да? Ты поэтому про мистику спросил?

– Яна!

В глубине души Максим не мог отрицать, что из дочери действительно мог бы получиться следователь. Наверняка лучше, чем был он. Она умела подмечать детали и делать правильные выводы. Причем быстро.

– Ну, пап, ну, скажи! И я отстану.

– Мы не знаем, – сдался Максим. – Ран на теле нет, но и на самоубийство это не очень-то похоже. И кое-какие следы ритуала действительно есть.

– Ритуалы обычно сопровождаются реками крови, – задумчиво протянула его неугомонная дочь.

– Яна, ты обещала, – напомнил Максим, твердо пообещав и себе, что больше не скажет ей ни слова. – Я тут немного помогаю, поэтому вернусь, наверное, поздно. Не засиживайся долго, ложись спать. Ты уроки сделала?

– О-о-о, начинается! Пока, пап!

Яна сбросила звонок, чем заставила Максима улыбнуться. Несмотря на сложности в характере из-за плохой наследственности и переходного возраста, училась Яна хорошо, поэтому он редко действительно проверял ее домашние задания, но вопрос задавал всегда, что неизменно вызывало ее смешки.

Он обернулся к дому, заметив на пороге теперь уже не только патологоанатома, но и Диму. Последний махнул ему рукой.

– Сейчас доверенное лицо Подгородцева привезет запасные ключи от «Лексуса», проведем осмотр, – сообщил Дима. – Так что далеко не уходи.

Максим кивнул. Он никуда уходить и не собирался. Со смертью Соболевой не ему разбираться, а вот Ингу искать – как раз ему.