Ассоциация - Бентли Литтл

– Почему? – спросила Морин.

– Потому что он расположен за городской чертой, а руководство округа обязано поддерживать в хорошем состоянии только проселочные дороги. Так что асфальтирование дорог, рытье канав, строительство мостов, освещение улиц – все это в ведении ассоциации.

– А если не хочешь вступать?

– Членство обязательно для всех, проживающих в Бонита-Висте. Зато есть и плюсы. Имеется теннисный корт, планируется построить клуб и бассейн.

Дорога, вильнув меж двумя невысокими холмами, поросшими орегонской сосной, вывела к шоссе. Дорис пропустила грузовик и, выполнив левый поворот, направила машину к городку.

Барри улыбнулся. «Городок» вместо «города» – ему понравилось. Черт, да ему здесь все нравилось! Когда они с Морин лишь начали подумывать о том, чтобы переехать из Калифорнии, и прикидывали варианты, он представлял себе именно что-то подобное. И вот нашлось идеальное место, даже не верится в такое везение!

Сказать по правде, Корбан и городком-то можно было назвать с большой натяжкой. Население – около трех тысяч человек. Несколько магазинчиков и кафе, пара бензоколонок, захудалая гостиница, зато нет универмага, никакого фастфуда и ни единой достопримечательности – то есть всего того, что так привычно жителям больших американских городов.

Это-то и привлекало.

Барри знал, что Морин чувствует то же самое. Тут вам не Джексон-Хоул или Парк-Сити, давно превратившиеся в нечто вроде детской площадки, где резвятся миллионеры и голливудская элита. Натуральный городок в совсем не модной части штата Юта, где обычные люди ходят на обычную работу. Сюда еще не добралась захлестнувшая всю Америку мутная волна – неодолимая индустрия сервиса.

Офис агентства располагался в двухосном трейлере напротив бывшего жилого дома, переделанного под городскую библиотеку. Машина въехала на крошечную парковочную площадку и затормозила, слегка пробуксовывая толстыми шинами по гравию.

Барри выбрался наружу. Высоко на склоне холма можно было разглядеть их дом.

Он уже представляет этот дом своим! А ведь они еще даже условия покупки не обсудили как следует. Барри никак не мог решить, хорошо это или плохо.

Все трое гуськом поднялись по шатким ступенькам. В трейлере, в большем из двух помещений, за офисными столами сидели очень толстый мужчина и очень худая женщина и печально смотрели в пространство.

– Всем добрый день! – бодро воскликнула Дорис.

Ее подчиненные засуетились, приняв фальшиво-радостный вид. Мужчина схватился за телефон, женщина зашуршала бумагами.

– Идемте в конференц-зал!

Дорис провела Барри и Морин в помещение поменьше, большую часть которого занимал предмет мебели, сильно смахивающий на обеденный стол.

– Итак! – начала Дорис, когда все уселись. – Как вы уже знаете, владельцы запрашивают за дом сто десять тысяч.

– Многовато все-таки, – заметил Барри.

– Тем более что дом такой уродливый, – подхватила Морин.

– Его придется основательно доработать.

– Да просто отделать заново!

Дорис рассмеялась.

– Поняла, поняла! Что, если я скажу сотня?

– Что, если вы скажете – девяносто пять?

– Послушайте, нет гарантий, что владелец вообще согласится сбавить цену, а уж пятнадцать тысяч… Впрочем, погодите минутку, я сделаю пару звонков. Может, что-то и прояснится.

Она указала на полку в дальнем углу – там стояли кофейник и стопка одноразовых стаканчиков.

– Хотите пока выпить кофе? Я вернусь через минуту.

Как только за Дорис закрылась дверь, Барри спросил:

– Сколько мы готовы заплатить?

Морин посмотрела ему прямо в глаза.

– Мне нравится этот дом!

– Вообще-то, даже начальная цена вполне приемлемая. – Барри встал и принялся расхаживать по комнате. – Однако это серьезный шаг. Может, лучше не торопиться, подумать пару дней?

– Мы уже думали. Сколько времени ищем, ничего подходящего не попадалось. А тут такое чудо и по нормальной цене, сам говоришь! А если еще и сбить получится…

Барри выглянул в крошечное окошко.

– Ты права. – Он налил себе кофе, отхлебнул и поморщился. – Как думаешь, сколько они уступят?

Морин пожала плечами.

– Откуда я знаю? Хотя бы четыре-пять тысяч в конечном итоге, надеюсь.

Барри снова сел за стол, и они стали ждать.

Через несколько минут в дверь стукнули. Вошла Дорис.

– Я позвонила владельцу, предложила девяносто пять, – объявила она.

– И?.. – поторопил Барри.

Дорис ответила, сияя улыбкой:

– Считайте, сделка состоялась!

Первым делом Барри распаковал стереосистему.

От непривычной тишины было не по себе. Ни рева моторов, ни автомобильных гудков, ни воплей футбольных болельщиков – никаких субботних городских шумов. Да и веселей разгружать вещи под музыку. Пока друзья таскали коробки и чемоданы из грузовичка и автофургона, Барри собрал и подключил проигрыватель.

У него еще со студенческих дней сохранились полные коробки винила. Сейчас он поставил то, что должно прийтись всем по вкусу – «Thick as a Brick» группы «Джетро Талл». Выкрутил громкость на максимум и повернул колонки к двери, а потом вышел во двор, к остальным.

– Ух ты! – заржал Дилан. – Интеллектуальная музычка!

Морин скорчила гримаску и, проходя в дом с полной охапкой одежды, толкнула Барри локтем.

– Вот спасибо!

Ей не очень нравилось, что Чак и Джереми пришли без жен, а Дилана и вовсе век бы не видеть, но они с Барри решили не обращаться в фирму по перевозке мебели и взяли напрокат огромный автофургон. Двоим не под силу загрузить-разгрузить такую громадину.

Джереми вытащил запотевшую упаковку пива из портативного холодильника в почти опустевшем грузовичке.

– Горючее с доставкой! – объявил он во всеуслышанье. – Налетай, пока холодное!

Все уселись отдыхать, а Барри начал вытаскивать из автофургона стулья, светильники и коробки с кухонными принадлежностями. Морин принялась разыскивать кастрюли и сковородки – хотела разогреть на обед консервированный суп.

Дилан, Джереми и Чак, прикончив пиво, развлекались, забрасывая пустые жестянки в кузов автофургона.

– Попал! – завопил Чак.

– Ты точно не хочешь? – крикнул Джереми.

Барри помотал головой. Джереми захлопнул крышку холодильника.

– Смотрите, это ж шикарно! – восхитился Дилан, обнаружив у дороги почтовый ящик сельского типа, укрепленный на коротком столбике.

Барри, глядя на друга, подумал, что Дилан, по всей вероятности, тоже видел такие только в кино. Тот обошел вокруг почтового ящика, поднял и снова опустил красный флажок, потом приоткрыл железную дверцу…