Одержимые - Edd Jee

Мишка даже замечтался, а так как градусов по его крови гуляло немало, видения эти казались вполне вещественными и очень даже приятными.

- Все, решено! - выдал Саня и сел на жалобно скрипнувшую табуретку. - Сейчас же идем к Карине. Ты кстати знаешь, где она живет?

- Знаю, - тяжело вздохнув ответил Мишка. - Тут недалеко. Только поздно уже, - и он глянул на часы, стоящие на холодильнике. Времени на них значилось без малого семь утра. - Ну то есть рано еще. Каринка раньше одиннадцати не встает, если у нее выходной. А если рабочий день, так раньше семи вечера ее дома не бывает. Да и то лучше звонить предварительно.

Саня приуныл поначалу, но потом встрепенулся.

- Ну тогда у нас есть время все хорошенько спланировать.

- За это надо выпить! - выдал Мишка, торопливо разливая остатки непонятно какой по счету бутылки.

Чокнувшись, они молча выпили. Далее Саня больше не молчал ни разу.

- Значит так, - начал он, закусывая половинкой луковицы. - Здесь у тебя тесновато, так что надо будет найти более подходящее место для репетиций. Гараж какой-нибудь. Да и для жилья бы чего попростонее. Но это потом. Для начала и тут можно пару раз репетнуть. А там посмотрим. Эх. Работу надо будет искать. Без денег пока никак. Но там потом придумаем что да как. Вот все вместе соберемся и решим. Эх. Точно рановато идти? Может в одиннадцать пойдем, если она в это время встает?

- Давай в одиннадцать, - согласился Мишка, понимая, что Саня отрицательного ответа попросту не услышит. - За это надо выпить, - и они чокнулись.

Когда Саня оторвал голову от стола и разлепил веки, было темно. И холодно. А еще шея болела так, будто голову Сане отрубили тупым топором, потом пришили грубой ниткой, а чтобы скрепить позвонки, воткнули в темечко длинный металлический костыль. А в рот будто бы затолкали грязный носок. Очень грязный.

Рядом послышался резкий всхрап и Саня, вздрогнув, упал на пол.

- А? Что? Где? - испуганно пробормотал Мишка, озираясь по сторонам. - Блин, чего холодрыга-то такая?

А все просто. Дело было к ночи уже. Они с Саней заснули прямо за столом и проспали весь день. А утлая квартирка к этому времени и так успела бы выстыть, так еще и задвижка на трубе не была закрыта. В общем, разве что лед в чайных чашках не образовался. Впрочем, чай никто и не пил, а водки в рюмках не осталось.

Мишка бодро вскочил на ноги и прямо в своих лакированных туфлях рванул на улицу. Разве что надел на себя какую-то рванину. Саня не разглядел, что именно. Через пару минут Мишка вернулся с огромной охапкой березовых дров и в снегу, и принялся растапливать печь.

- Кажется жрать хочется, - выдал Саня, когда пятнадцатью минутами позже сидел на полу, прижимаясь к разогревающемуся боку печи. - И пить.

- Хочется, - согласился Мишка. - Пельменей вроде была еще одна пачка. Ну а с питьем подумаем что предпринять.

Глава 17. Бесконечное застолье

Оказалось, что вновь наступила ночь, причем уже глубокая. После возлияний, которые были уже оказывается накануне, было очень сильно не по себе - чего-то хотелось, наверное поесть и еще выпить. Да и спать наверное стоило бы лечь.

Мишка суетился по кухне в какой-то рванине, на деле оказавшейся самой настоящей телогрейкой. Вид у нее был такой, будто у хозяина этой квартирки дед или прадед в ней всю войну прошел, потом в ней же вернулся, потом работал над восстановлением родины, а потом точно так же в ней работал сын и внук, может и правнук тоже. И теперь вот она досталась Мишке вместе со съемными хоромами.

Спустя еще час Мишка и Саня ели пельмени, коих оказалась полная морозилка, запивая их чаем без сахара. К нарезанному батону была открыта пыльная баночка с малиновым вареньем.

- А когда мы к Карине пойдем? - спросил Саня, не особо соображая, который час.

- Ну точно не сегодня, - ответил Мишка. - Завтру к обеду.

- Да, к обеду будет самое оно, - согласился Саня уже не особо припоминая, о чем вообще речь. - Надо бы выспаться перед этим. Картошка толченая к обеду самое то, и лучше бы с котлетами.

- Где-то тут была раскладушка, - бормотал Мишка не прислушиваясь к Саниным словоизлияниям.

Ночь прошла беспокойно. Мишка то сам вставал подкидывать дровишек в печку, то гнал своего гостя. Уже под утро печь протопилась и можно было закрыть задвижку. После этого Мишка устало повалился на свой диван и уснул без задних ног.

- Подъем! - скомандовал Саня.

Он бодро сновал по квартирке, отыскивая местечко, куда можно пока приткнуть сумку, да куда положить ноутбук. Получалось, что и некуда.

- Да вставай ты уже! - едва ли не вопил он. - Утро уже давно.

Морозную серость за окном только воодушевленный Саня мог назвать утром. Погода у него всегда зависела от настроения. При хорошем настроении плохой погоды он попросту не видел.

Кряхтя как старикашка, Мишка приподнялся и глянул на часы.

- Девять утра же только! - возмущенно воскликнул он, откидываясь на подушку. - У меня сегодня выходной, и я намеревался встать в двенадцать. Или лучше полтретьего.

Вообще-то выходной у него был накануне, а в этот день ему уже и вовсе никуда не надо, но не об этом речь.

- Ладно, к Карине все равно идти рановато, так что можешь еще немного поспать, - разрешил Саня. - А я соображу чего на стол.

Мишка уронил голову на подушку и захрапел. А может сначала захрапел, а потом уронил голову. Тут сложно сказать. А разбудил его запах съестного и чье-то пение. Первое было приятным, а второе на любителя. Чье это пение Мишка сообразил почти сразу, и быстрее бы сообразил, да спросонья он был на это не способен. А вот