Готика плоти - Эдвард Ли

- Его отпечатки пальцев были найдены на ножах в гостиной. Они все там, в отчетах полицейских. Отпечатки пальцев Хилдрета были найдены на топоре.

- Где... - начал он, потом подумал: "Осторожно!"

- Где был похоронен Хилдрет после самоубийства?

- Кладбище на его частной собственности.

"Это шикарно", - подумал Уэстмор.

- Другим парнем был Джаз.

- Другой... ох, другой мужчина-жертва?

- Точно. Джаз был еще одним выдающимся актером. У него был член, как сосиска размера ХХL.

"Матерь божья".

Она продолжила:

- Было почти забавно, как можно было определить, кто есть кто, только по частям тела - двоих из них обезглавили, расчленили и так далее. С женщинами, конечно, было не так просто, но их можно было отличить по их силиконовым сиськам и "кискам". А парни? Одному отрубили голову, а другого разрубили пополам. Но по их членам можно было определить, какое тело какое.

Уэстмор был ошеломлен сочетанием ужасных образов и ее внезапным переходом к распутным анатомическим существительным. Он не мог ответить несколько мгновений, но очевидное пришло в голову довольно быстро.

- Как ты это узнала? - спросил он очень медленно.

- Я была той, кто обнаружил тела, - сказала Карен. Она не вздрогнула от такого признания. - На следующее утро я поехала на работу, как всегда. Сразу после восхода солнца. Я вхожу в дом, а там это. Все мертвы, все зарезаны. Повсюду была кровь, и она все еще была влажной.

Разум Уэстмора пошатнулся.

"Хилдрет превратил это место в бойню, и я должен выяснить все, что произошло той ночью".

Это похоже на отправку в лагерь смерти после того, как все заключенные были сожжены. Внезапно эта работа мечты потеряла свой блеск, даже несмотря на деньги.

Повисла тишина. Ему было неловко здесь, в темном баре, и все это маячило перед ним. Бармен стоял на другом конце и разговаривал с чистильщиком устриц. Уэстмор чувствовал себя изолированным от всего, как будто немногие люди вокруг него находились в другом плане существования, а он смотрел куда-то еще. Его взгляд упал на полный стакан виски - его хрустальный шар - и в этом золотистом льду он увидел что-то хаотичное, но неопределимое.

Он вздрогнул, когда рука Карен коснулась его бедра. Ее пальцы сжались, а затем скользнули на дюйм к его промежности.

- Что ты...

Ее пьяный взгляд смотрел вдаль, но очень сосредоточенный и жгучий.

"Конечно, она пьяна, - рассудил он. - Конечно, из-за этого она наполовину сошла с ума. Ведь это она обнаружила тела..."

- В чем дело? - спросила она.

Он собирался схватить ее руку и оттолкнуть ее. Ему стало неловко, на грани...

- Не волнуйся, никто не видит, - пальцы поработали выше на внутренней стороне бедра. Потом она сказала: - Смотри.

Уэстмор посмотрел вниз. Она подтянула черную юбку и еще больше раздвинула бедра. Никаких трусиков там не было.

"Фантастика. Пьяная нимфоманка".

- Позволь мне сейчас отвезти тебя домой. Мы сделаем это у тебя дома.

Наконец слова вырвались из уст Уэстмора.

- Это безумие. Что ты делаешь?

- Я пристаю к тебе. Это Флорида, помнишь? Все мужчины - любители шлюх, все женщины - шлюхи.

- Я не помню, чтобы когда-либо видел такое одобрение в Департаменте туризма Флориды, - и снова его мысли подсказали ему оттолкнуть ее руку, но вместо этого он просто сидел там.

Теперь она открыто ласкала его промежность. Желудок Уэстмора свело от безумного возбуждения.

- В чем дело? Это противоречит твоим чувствам морали? - пошутила она убаюкивающим шепотом. - Ты никогда не снимал женщину в баре и не трахал ее?

"Я это делал, и это всегда была ошибка".

Все еще смущенный, он оглянулся и увидел, что бармен и чистильщик устриц все еще находятся слишком далеко, чтобы их можно было увидеть или услышать.

- Давай пойдем к тебе в машину.

Здравый смысл поддержал его в этой борьбе против бывшей проститутки, снимавшейся в порно, а теперь бухгалтера его нового босса. Он схватил ее руку, положил ее ей на бедро, затем одернул подол ее юбки.

- Мы оба работаем на одного и того же человека...

- Моральные принципы? - она невнятно рассмеялась.

- Ага, - он оставил деньги на стойке и поднялся, схватил небольшой портфель, который она принесла. - Сегодня вечером мне нужно провести кое-какое исследование.

- Конечно. Правильный репортер.

- И я поеду на автобусе обратно. Ты слишком пьяна, чтобы отвезти меня или себя куда-нибудь, - он вытащил свой сотовый телефон. - Позволь мне вызвать тебе такси.

- Не обязательно, - она лениво посмотрела на свой напиток, который был почти готов. - Сегодня я останусь в гостевой комнате Вивики. Завтра я заберу тебя и отвезу в особняк.

- Великолепно, - из-за неудобной ситуации его слова стали неестественными и фальшивыми. Он просто хотел уйти. - Увидимся завтра, - а затем он быстро пожал ей руку и вышел.

"Невероятно, - подумал он. - Я липучка для чудаков".

Порыв облегчения, когда он взглянул на часы: автобус приезжал сюда только раз в час, но ему пришлось ждать всего пять минут. Город остыл, когда зашло солнце. Машин было видно очень мало. Улицы казались донельзя тихими.

Сцена с Карен его обеспокоила; в дни, когда он пил, он был бы во всем этом. Но все, что у него осталось сейчас, - это оцепенение возбуждения и удивление. Пикапы в баре больше не были в его стиле; это казалось банальным, ребяческим.

- Кто-то другой обязательно ее сегодня трахнет, - прогремел голос.

Это был бомж, все еще сидевший на месте возле мусорного бака на автобусной остановке.

- Ты бы видел ее в порнухе.

- Откуда ты знаешь, что она снималась в кино? - Уэстмор раздраженно выпалил.

Здесь мужчина не мог услышать их разговор в баре.

- Я знаю много дерьма, чувак, - его лицо было тенью ниже уровня талии Уэстмора. - Иногда кто-то мне что-то рассказывает.

- Да? Кто же?

- Твой отец.

Уэстмор на мгновение зажмурился.

- Мой отец умер.

- Я знаю.

"Конечно, да".

- Я удивлен, что моя мать не сказала тебе, что она тоже мертва.

Бомж помолчал.

- Я этого не знал.

Уэстмор оставил это без внимания. Его мать была жива и здорова и жила в Сан-Анджело, штат Техас.

- Послушай, чувак. Я знаю, что тебе нужна