Антология экстрима "Осадок, том 2" - Стюарт Брэй

Желудок у меня сжался, во рту пересохло. Одной мысли о лице отца, когда мать расскажет ему о моей сегодняшней закуске, было достаточно, чтобы меня мгновенно охватил страх.

Мне совсем не хотелось выходить из машины. Я не хотел больше выговоров от матери и уж точно не хотел от отца.

Мать вышла из машины и тут же вскрикнула в ужасе, когда мимо по узкой улице пронесся самосвал с гравием.

- Смотри, куда едешь, мудак!

Мать ненавидела жить в городе. Она всегда говорила, что здесь негде дышать. Она наклонилась и посмотрела на меня через окно - я все еще сидел на заднем сиденье.

- Ты не можешь сидеть там вечно, Майки. Отец скоро вернется домой и будет удивляться, почему ты прячешься в универсале.

Казалось, ее тон начал успокаиваться. Он уже не был таким враждебным, как несколько минут назад. Она заставила себя улыбнуться.

- Если ты зайдешь внутрь и поможешь мне убрать посуду, я не расскажу отцу про... инцидент. Это будет наша маленькая...

Прямо у меня на глазах мать исчезла под колесами очередного проезжающего самосвала.

* * *

10 лет спустя

Даже спустя все эти годы я не могу закрыть глаза, чтобы не увидеть ее тело на дороге.

- Это ужасная штука, сынок. Мне очень жаль.

Полицейский положил руку мне на плечо, прежде чем уйти в море мигающих синих и красных огней.

- Ма? - только и смог сказать я, пока части тела моей матери сгребали с асфальта, как кучи коровьего дерьма.

Отец приехал домой вскоре после этого. Вы можете представить выражение его лица.

- Мисси! - закричал он и рухнул на землю.

Это был первый и последний раз, когда я видел, как плачет мой отец, прежде чем он вышиб себе мозги из пистолета, который купил у какого-то торчка за нашим домом.

- Я в последнее время не особо о них думал, - сказал я сейчас. - У меня у самого было много дерьма.

Моя терапевт кивнула и что-то записала в блокнот. Я всегда предполагал, что она просто пишет какую-то херню, не имеющую отношения к тому, что я говорю.

- А как насчет твоей тяги к поеданию почечных камней? Это все еще проблема?

Я ненавидел, когда она поднимала эту тему. Не надо было вообще говорить ни слова о моей маленькой слабости. Надо было оставить маму и папу главной темой.

- Я уже очень давно не ел камни из почек, - соврал я, глядя ей прямо в глаза. - Я покончил с этим.

Я уже почти три года волонтерил в местной больнице. Это был шведский стол "ешь сколько влезет".

- Я правда не думаю, что эти сеансы после стольких лет еще нужны, - добавил я. - Мы говорим об одном и том же дерьме каждую неделю.

Доктор Лесли снова что-то записала, потом посмотрела на меня. Блядь, она была охренено горячая.

- Ты не чувствуешь, что эти сеансы помогли тебе справиться со всей этой травмой? Ты хочешь прекратить ходить? Ты считаешь, что тебе все еще нужны лекарства?

Я поерзал на стуле. Я не хотел прекращать принимать лекарства - это было единственное, что не давало мне окончательно съехать с катушек. Плюс я все еще надеялся трахнуть докторшу Лесли.

- Я просто не думаю, что это должно быть еженедельно, вот и все.

Я сложил руки на коленях, пытаясь сосредоточиться на чем угодно, кроме этих длинных загорелых ног, которые были скрещены всего в паре футов от меня.

- Хочешь вылизать мои ягодицы?

Я посмотрел на нее, высоко подняв левую бровь.

- Я сделаю все, что ты захочешь, - сказал я с нахальной улыбкой, но доктор Лесли только прищурилась сквозь очки в замешательстве.

- Извини?

Блядь, она на самом деле этого не говорила. Теперь она точно решит, что я псих.

- Эээ... ничего, извини, просто немного недоспал.

Я запутался в словах и неловко заерзал на стуле. Какой же я мудак.

- Я порекомендую увеличить дозу того, что ты уже принимаешь.

Она что-то нацарапала на рецептурном бланке и выдала мне самую фальшивую улыбку, которую мне когда-либо дарили в жизни.

- Да, эээ... спасибо.

Когда она наклонилась вперед, чтобы передать мне тоненький листочек бумаги, я изо всех сил старался не смотреть на ее идеальные сиськи, которые выпирали достаточно, чтобы сказать "привет". Смотри в другую сторону! - кричал голос в моей голове, но я, видимо, не слушал. Прежде чем я успел отвести свой извращенный взгляд, меня поймали с поличным.

Доктор Лесли быстро откинулась назад, поправляя топ. Потом посмотрела на свои крошечные наручные часы.

- Увидимся на следующей неделе.

Выйдя из здания на оживленный тротуар, я хлопнул себя ладонью по лбу.

- Долбаный извращенец! - сказал я. - Ты полный идиот!

Я еще раз шлепнул себя по лбу, пока несколько прохожих смотрели на меня так же, как на сумасшедшего бомжа с Джерико-стрит, который всегда орет людям в лицо.

- Извините, - сказал я, кивая старой паре, которая цокнула на меня языком. Наконец я добрался до своей дерьмовой квартиры на третьем этаже, наполовину ожидая, что дверная рама снова будет разнесена в щепки - уже третий раз за месяц.

- Кейто! - позвал я, входя в такую дыру, в которую даже крысы не стали бы ссать.

Мой шоколадный лабрадор подбежал меня поприветствовать. Я присел, чтобы приласкать его.

- Привет, большой парень! - я почесал ему живот, когда он перевернулся, его длинный язык свисал из пасти. Вдруг он взвизгнул, вскочил и убежал прятаться за диван. - Мы скоро их вытащим, приятель. Они еще не достаточно большие. Я знаю, что тебе больно.

Это был уже третий раз в жизни Кейто, когда я намеренно вызвал у него камни в почках. С каждым разом это становилось все сложнее.

- Тебе нужно следить за тем, чем ты его кормишь. Мне кажется, мы видимся слишком часто по одной и той же причине, прекрати с лакомствами.

На предыдущих визитах этот высокомерный ветеринар стоял со скрещенными руками и смотрел на меня так, будто я кусок дерьма. Я был уверен, что в этот раз будет то же самое. В последние два раза, когда я привозил Кейто, чтобы удалить камни, я просил оставить их мне.

- Зачем кому-то