Сон Лилит - Уитли Страйбер

С ловкостью, которая шокировала бы даже его отца, прекрасно знавшего правду о причине великолепной физической формы и необычайных рефлексах своего сына, Ян сделал три полных круга вокруг столь ненавистной ему школы, и повернул на стоянку, где мистер Сличер отчаянно махал флажком.

– Уорд, так тебя и разэтак, – проворчал он, – ты же чуть было на тот свет не отправился.

Ян повернул на то место, которое указал мистер Сличер.

Извините, мистер Сличер, – сказал он, вежливо улыбаясь. – Знаете, у этого «мустанга» впереди все днище прогнило. Я с трудом справился.

– Ладно тебе, Ян. Ты... бросил бы ты это. Тебе надо... Знаешь, в Данбури устраивают отличные гонки на обычных автомобилях переделанных для гонок. Только не говори своим родителям, что это я посоветовал, но тебе вполне можно попробовать – ты водишь подходяще. Они берут после восемнадцати, сам, наверное, знаешь.

«Это именно то, что мне надо!» Уже с девяти лет из-за его способностей Яна считали выскочкой. Он старательно это скрывал, но родители знали. Черт, они всегда его за это хвалили! Так что же они думали, запихивая его в эту крысиную дыру, когда все ребята, с которыми он вырос, пошли в частные школы? Томми Роял был в Тафте, сестры Сингер в Андовере, его лучший в жизни друг Кев Потер-Джонс – в Эстере... а он торчит здесь, потому что папочка хочет держать своего ненаглядного сыночка рядом с домом. Отец учился в Чоате, и у Яна были все права стать там потомственным выпускником. Что касается матери". Ходила ли она вообще в школу? Возможно, ее вырастило ЦРУ гидропонным способом – просто взяли и посадили в одну из ячеек в своем подвале.

Ян хотел заглянуть в этот подвал с того самого момента, как начал думать, но его туда не пускали. Он не имел ни малейшего представления о том, что делают его родители, кроме того, что они работают на ЦРУ. Однако отец каким-то образом разбогател, потому что они всегда летали первым классом и каникулы проводили, честно признаться, замечательно. Ко всему прочему ты же не станешь покупать просто так спортивный самолет за четверть миллиона долларов, если не являешься состоятельным человеком? В школе Яна вообще считали богачом.

Он пересек стоянку по направлению к гимнастическому залу. Занудная группа Керри Логана «Дрянные мальчишки» пыталась спугнуть ночь грохотом. Ян подошел к столу с билетами и выложил на него пять долларов. Шерри Глизон поставила ему на руку штамп.

– Зачем я здесь? – спросил он ее.

– Вот уж не знаю. И зачем же?

– Ищу выживших.

Ему нравились девчонки, причем всегда. Считалось, что он очень симпатичный, но на самом деле в его липе было слишком много от маленького мальчика. Ян попробовал отпустить бороду, но его подбородок украсило какое-то торчащее безобразие. Может, вытатуировать свастику на мочке уха?

– Привет, придурок, – крикнул Теренс ван Аальтен.

Родители Теренса были фермерами. Его семья выращивала яблоки еще тогда, когда Всадник без головы прискакал из Сонной лощины, которая находилась в тридцати милях к югу отсюда.

– Привет, Яблочко.

Великолепная Виктория Гандерсон посмотрела на Яна таким невидящим взором, что его даже бросило в дрожь при мысли о том, что он, наверное, стал невидимкой. Ян наклонился к ее уху.

– Полижи мой член.

Ее глаза округлились. Скандал на всю чертову Ист-Милльскую школу!

– Что ты так удивленно на меня уставилась. Я дам тебе доллар, – он заморгал глазами. – Я та-а-ако-о-ой сладенький.

– Ты хочешь, чтобы тебя опять побили, Выскочка, – заметила она. – Этого хочешь?

– Обожаю наказания.

Керри Логан наклонился к микрофону и объявил:

– Эта... ышо ра-а-а-азо-о-о-ок... – он откинул голову назад, затем наклонился снова, – а-а-а-азо-о-о-ок...

Где-то за сценой сидел Малыш Берли и убирал громкость микрофона, каждый раз, когда «Дрянные мальчишки» из скаутского отряда «Орлы» пытались пропеть:

– Такая дря-я-я-я-янь!

Ян подумал, что ему неплохо бы тоже направиться туда и помочь в этом Малышу Берли. К тому же у парня иногда можно раздобыть немного странных маленьких пилюль. Ян этим не увлекался: сыну офицеров разведки нельзя позволять себе что-либо подобное, если он уважает их допуск к секретной работе. Но само наличие таких таблеток в кармане поможет добиться расположения некоторых красоток, дергающихся на танцевальной площадке. Таблетка "X" обеспечит разговор в глубине его машины. Правда, приборная доска может этому помешать, но, в конце концов, у любой красотки есть дом.

Айри Дирборн пахла как какой-то чудесный фрукт, это был аромат настоящей женской прелести. Он наклонился к ней и сказал:

– Твои духи пахнут, как собака во время течки.

– Посмотри, какая царапина, – она протянула руку.

Девушка порезалась о пластиковый стакан, который валялся на полу около ее хорошенькой ножки. Ян поднял его и поцеловал, но на самом деле сделал это только для того, чтобы еще раз почувствовать ее запах. Очень странно – быть таким восприимчивым к запахам, но с этой своей особенностью он перестал бороться.

Она взяла стакан.

– Спасибо.

– Через неделю от прикосновения моих губ у тебя будет меланома, – прошептал он ей в ухо.

– Это еще что такое?

– Рак.

Сон: он живет в Челси рядом с доками, в одном из тех огромных заброшенных зданий, где устраивают подпольные тусовки. Он устроил самую крутую тусовку, потому что он -ЛИЧНОСТЬ. О да, у таких примерных мальчиков должно хватить нервов на это. Но его мать и отец... их работа нацелена на то, чтобы не случались определенные вещи, например подобные тусовки.

Чтобы пройти в будку звукооператора, надо было подняться на сцену, и, едва Ян там оказался, какой-то придурок издал дикий визг и забился в утрированном припадке. В считанные секунды к нему присоединилась еще дюжина парней.

– Только попробуйте укусить меня! – взвыл Ян, пробираясь в темное крыло кулис.

Керри подпрыгнул и завилял бедрами. Тем временем Ян нашел кабель питания и несколько раз вынул из розетки и вставил обратно электрическую вилку, прислушиваясь к тому, как гитара Керри то замирает, то оживает снова.

– Эй, там, – послышался голос Керри из динамика. – Я знаю, что за задница нам мешает.

Сказать «задница» со сцены для Керри... дают ли медаль за такое?

Малыш действительно сидел в будке звукооператора, окруженный такими плотными клубами дыма, что его с трудом можно было разглядеть.

– Привет.

Ян зашел в будку.

– Наше вам, – ответил Малыш и протянул ему на удивление тонкий косяк.

Ян опустил ставни и закрыл дверь, после чего отмахнулся от косяка.

Малыш, который был, наверное, самым крутым новичком в Ист-Милле за все времена, скорчился от смеха.