Призраки белых ночей - Лена Обухова

Призрак? Уж в них-то Саша верила, своими глазами видела. Значит, она не ошиблась, в его смерти действительно не все так просто, и сейчас он пришел, чтобы помочь им разобраться.

– Саш!

Громкий голос Вани отвлек ее, она обернулась и махнула ему рукой. Ваня кивнул, возможно, тоже разглядел призрак и принялся торопливо спускаться по лестнице вниз.

Казалось, она отвернулась всего на секунду, однако когда снова посмотрела на призрак, тот был уже в нескольких метрах от нее. Он стоял неподвижно, словно ждал, когда она последует за ним.

Саша глубоко вдохнула и быстро пошла вперед. Гриша тут же двинулся, явно куда-то ведя ее. Краем глаза она заметила движение в стороне от себя, разглядела две фигуры – Нева и Лилю – и тоже махнула им рукой, призывая идти следом.

– Саша, куда ты? – позвала ее Лиля.

– Идите за мной, я вижу его!

Призрак привел ее на берег озера и повел вдоль воды. Здесь стало заметно холоднее, от ровной глади озера тянуло сыростью, и Саше пришлось обхватить себя руками, чтобы унять дрожь в теле. Идти почему-то стало тяжело, как будто ноги утопали в грязи, хотя земля под ней была ровной и твердой. А Гриша все звал и звал ее за собой, и Саша торопилась, боясь упустить его из виду. С каждым шагом переставлять ноги становилось все труднее, сильно похолодало, она уже никак не могла согреться и дрожала, как осиновый лист на ветру.

– Саша! – Голос Войтеха внезапно показался чужеродным, как будто выбивался из общего набора звуков, тормозил ее, поэтому она дернулась сильнее, но в тот же момент что-то произошло: ноги словно приросли к земле, она замерла, не в силах сделать больше ни шагу. В груди зажегся огонь, а свинцовая тяжесть быстро поднималась от лодыжек вверх, к коленям, бедрам, не остановилась на талии, пошла выше. Каждая мышца превращалась в твердый металл, не было никакой возможности пошевелиться. В тот момент, когда она с ужасом подумала, что сердце – это тоже мышца, оно встрепенулось последний раз и замерло. Свинцовым стало все тело, по нему не могла пробежать даже паника.

– Саша, стойте!

Она уже не знала, кто это сказал, не понимала даже, как смогла услышать, но в следующее мгновение на нее словно набросили невидимую веревку и с силой дернули назад. Огонь в груди разгорелся сильнее, причиняя боль. В ту же секунду фигура Гриши впереди начала вытягиваться вверх, все быстрее и быстрее. Мгновение спустя он превратился в то самое существо, которое она видела на празднике. Мышцы из металла превратились обратно в ткани, забилось сердце, Саша открыла рот, чтобы глубоко вдохнуть, но вместо воздуха в него полилась вода. Холодная, пахнущая тиной и скользкой рыбой. Только сейчас Саша осознала, что стоит в озере, так глубоко, что вода доходит ей до носа.

Сзади снова кто-то позвал ее, она обернулась и, не удержав равновесия, с головой ушла под воду. Паника, до этого не имевшая возможности пробиться к ней, захватила целиком. Саша принялась барахтаться в воде, отплевываться, пытаться встать на ноги, но понимала, что уже не знает, с какой стороны поверхность. Кулон выплыл из-под одежды, и где-то на окраине сознания возникла мысль, что нужно замереть, посмотреть, в какую сторону он опустится, там будет дно, и ей нужно плыть в обратную сторону, но паника заглушала здравый смысл. Вокруг нее словно исчезло все твердое, остались только вода, тина и рыба.

Когда Саша уже готова была сделать смертельный вдох, чьи-то руки подхватили ее и стремительно выдернули на поверхность.

– Тихо, я вытащу тебя!

Войтех! Он держал ее крепко, даже грубо. Саша понимала, что так и нужно, иначе она утопит их обоих, но заставить себя прекратить трепыхаться, расслабиться, позволить ему вытащить себя из воды оказалось не так-то просто.

Ближе к берегу ее подхватил и Ваня, и только тогда Саша увидела, что все ее друзья здесь. Нев стоял у самой воды, все еще держа соединенными кончики пальцев, Лиля чуть дальше, ближе к пирсу. Теперь, когда под ее ногами оказалось твердое дно, хоть еще и залитое водой, Саша наконец почувствовала страх, но вместе с этим перестала вырываться из объятий держащих ее друзей.

– Какого черта, Айболит?! – вместо Войтеха заорал Ваня, когда они все выбрались на берег. Обычно это была прерогатива первого.

– Я видела Гришу, – клацая зубами от холода и ужаса, пояснила Саша. – Он звал меня куда-то.

– На дно озера?

Саша замотала головой, не в силах сразу облечь мысли в слова.

– Мне казалось, я иду по берегу. Только было холодно, и ноги двигались с трудом. Лишь в самом конце я вдруг поняла, что в воде.

Войтех наконец отпустил ее, как будто поверив, что теперь с ней уже точно ничего не случится.

– Вы видели кого-нибудь рядом с Сашей? – спросил он у Нева, и Саша поняла, что тот успел к ней первым. Скорее всего, ее внезапный паралич – его рук дело, не зря он что-то колдовал.

– Она была одна, – уверенно заявил он. – Я никого не видел. Может быть, Лиля? – Он обернулся, но там, где минуту назад стояла Ванина сестра, было пусто. – Лиля?

7 июля 2014 года, 23.59

– Белые ночи – это так странно.

Замечание Лили нарушило уютную тишину, в которой они прогуливались по берегу до того, как столкнулись с Сашей. Возможно, Лиле тишина не казалась такой уютной, как Неву. Тот просто наслаждался ее компанией прохладным летним вечером, но ей это могло казаться скучным. Хотя именно она выступила инициатором прогулки.

– Мне кажется, я бы не смогла к этому привыкнуть.

Она не смотрела на него, когда говорила, предпочитая вглядываться в горизонт. Туда, где светлое небо соединялось со спокойной водой. Нев проследил за ее взглядом, засовывая руки в карманы брюк, чтобы не потянуться к очкам. Лиля порой посмеивалась над его привычкой протирать их стекла в моменты неуверенности и смущения. То есть практически всегда. Поэтому он решил, что ему стоит избавиться от этой привычки.

– Как можно спать, когда за окном так светло почти всю ночь?

Лиля наконец повернулась к нему, вопросительно вздернув брови, как будто ее действительно волновал ответ.

– Зашторивать окна, – пожав плечами, с улыбкой отозвался Нев.

Когда она посмотрела на него, он, наоборот, отвернулся. В последнее время ему стало проще выдерживать визуальный контакт с другими людьми, но смотреть в глаза Лиле он все еще избегал. Не хотел, чтобы она прочла в его взгляде что-нибудь лишнее. И сам боялся увидеть то, чего ему не хотелось бы.

– На самом деле это гораздо проще, чем весь остальной год просыпаться сумрачным утром без солнца, – добавил он.

Лиля хмыкнула.

– Непростой город. Ты никогда не хотел уехать отсюда?

Этот вопрос так удивил его, что он снова повернулся к ней.

– Уехать? Куда?

Теперь она пожала плечами.

– Да куда-нибудь, где нормальный климат. Хотя бы в Москву.