Третьи врата - Линкольн Чайлд

Распорядок дня Логана вплоть до следующего утра был свободным, поэтому он провел остаток времени, гуляя по станции и пытаясь обрести «палубную устойчивость», то есть почувствовать место и его обитателей. Поскольку он уже осмотрел офисы, резиденцию и рабочий сектор ныряльщиков, то теперь решил посетить научные лаборатории Красного крыла. Хотя сами они были маленькие, его поразило их разнообразие: не только археологические, но и геологические, палеоботанические, органохимические, палеозоологические и другие. Сконструированные в виде модулей, все они представляли собой боксы из нержавеющей стали, площадью около восемнадцати квадратных футов. Некоторые были заняты, другие — законсервированы. Очевидно, Стоун выбирал их по наитию, полагая, что они могут понадобиться для экспедиции, а затем запускал их по мере необходимости.

Потом Джереми посетил Белый сектор, который, как ему сказали, являлся и командным пунктом. Несмотря на обязательные зоны безопасности и запертые двери, сектор казался на удивление свободным: Логан заметил всего нескольких охранников, которые оказались очень дружелюбными и откровенными. Конечно, он не распространялся о проклятии или причинах своего участия в проекте; судя по любопытствующим взглядам, которые Джереми ощущал постоянно, было ясно, что о нем осведомлены лишь несколько человек.

Нервный центр Белого сектора располагался в большой комнате, в дальнем углу которой за терминалом сидел лишь один молодой оператор. Он находился спиной к Логану и был окружен множеством мониторов, делающих его похожим на пилота, зажатого в тесном кокпите.

— Ловите магазинных воров? — пошутил Логан, входя в комнату.

Оператор крутанулся вместе с креслом и удивленно уставился на потревожившего его незнакомца. Покоившаяся у него на коленях книжка отлетела в ближайший угол, да так и осталась там.

— Святый «Джудас Прист»![13]— испуганно воскликнул парень, хватаясь рукой за ворот лабораторного халата. — Вы хотели, чтобы у меня случился сердечный приступ?

— О нет! Это испортило бы день доктору Рашу. — Ученый подошел к молодому оператору и с улыбкой протянул ему руку. — Джереми Логан.

— Кори Ландау.

По нечесаной шевелюре черных волос и манере разваливаться в кресле Логан уже из дверного проема с удивлением понял, что оператор очень молод. Но когда увидел его в лицо, удивился еще больше. Парню не больше двадцати двух — двадцати трех лет. Блестящие черные глаза, свежий персиковый цвет лица, делающий его похожим на херувима, с одним лишь парадоксальным дополнением — узкими усами. На столе стояла банка «Джолт-колы» с виноградным вкусом, рядом лежала упаковка жевательной резинки.

— Итак, — произнес Логан, — чем вы тут занимаетесь?

— А вы как думаете? — нагловато ответил юноша, откидываясь в кресле. Удивление на его лице сменилось наигранной беспечностью. — Я управляю этим узлом. — Он сделал глоток. — А что вы имели в виду, когда сказали о ловле магазинных воров?

Джереми кивнул на скопище экранов, окружавших Ландау.

— У вас тут достаточно экранов для обеспечения безопасности «Белладжио»[14].

— Безопасности «Белладжио»? Звезди, звезди, приятно слушать… Все начинается и заканчивается здесь. — Неожиданно его брови нахмурились в подозрении: — А кто вы такой? И почему здесь?

— Не беспокойтесь. Я один из хороших парней, — и Логан показал свой ID.

— В таком случае проверьте вот это. — Ландау кивнул в сторону батареи стеклянных панелей и полудюжины клавиатур под ними. — Отсюда вводятся данные, все числа обрабатываются автономными программами.

— Я думал, что это делается у «чрева».

Ландау отрицательно махнул рукой.

— Вы шутите? Там только дайверы и разнорабочие. Они настраивают пианино. Я же — исполнитель, который играет на инструменте. Смотрите.

Быстро пройдясь по клавиатуре, Кори вызвал изображение на один из мониторов.

— Видите, мы считываем сенсорную, сонарную и визуальную информацию о выполняемом в настоящее время погружении. Здесь вся она загружается в программу, которая составляет карту подводной поверхности. Это является основной задачей программы. А вот результат.

Джереми взглянул на указанное изображение на экране. Оно и в самом деле выглядело удивительно: фантастически сложный каркасный рисунок, волнистый, почти лунный ландшафт, пронизанный частыми отверстиями и туннелями.

— Вот так выглядит дно под нами на глубине сорока футов, — самодовольно пояснил Ландау. — С каждым погружением изображение дна и каверн в нем уточняется и расширяется. — Он продемонстрировал, как можно манипулировать изображением, повернув его по осям. — Вы что-то говорили о «чреве»? Вы сами-то его видели?

Джереми утвердительно кивнул.

— Вы имели возможность проверить «сетку»?

— В смысле, штуку, которая выглядит как бинго-карта на стероидах?

— Точно так. Понимаете, то, что у меня здесь есть, является другой половиной уравнения. «Сетка» представляет собой двухмерное изображение площади, которая исследована. И она отображает точную топологию. — Ландау погладил дисплей с почти отеческой гордостью.

— Это ваша первая работа с Портером Стоуном?

Юноша отрицательно помотал головой.

— Вторая.

Логан обвел рукой вокруг себя.

— Все это не кажется вам необычным? Оборудование, приборы и дорогостоящие установки. Не слишком ли для одной экспедиции?

— А это не для одной экспедиции. У Стоуна есть хранилище где-то на юге Англии. Может быть, даже более одного.

— Вы имеете в виду весь транспорт и электронику? Передвижные лаборатории?

— Во всяком случае, так говорят. Он надежно хранит все, что может понадобиться для конкретного случая.

Джереми кивнул. Это благоразумно: законсервированные лаборатории, оборудование и приборы. Такой подход позволяет быстро и без потерь применить весь этот богатый арсенал в любом укромном месте, невзирая на климат и характер местности.

Ему нравилось говорить с кем-то, кто раньше не слышал о нем и не задавал сотни глупых вопросов. Логан с благодарностью улыбнулся.

— Было приятно побеседовать с вами.

— Взаимно. Не будете ли вы так добры передать мне книгу на пути отсюда?