Станция похищенных душ - Наталья Калинина

– Я рад, – ответил Иван банальностью и, сунув руки в карманы джинсов, качнулся с пяток на носки и обратно. Конечно, он не ожидал от Евы радушия, но и такая отстраненная холодность тоже была непонятна. Ему невольно вспомнился случай, когда он однажды после сессии заговорил с Евой о чем-то незначительном, не связанном с играми, может, спросил, какая музыка ей нравится. Нормальный вопрос приятеля приятельнице, с которой уже не один вечер «сражаешься» плечо к плечу с драконами, орками и прочими тварями. А она тогда тоже вот так взглянула на него глазами-озерами, в северных водах которых плавали льдины, и ответила бреющей фразой, которая сразу срезала его инициативу. Он еще пришел в недоумение, чем мог ее обидеть. Может, случайно ляпнул какую-то глупость в ее присутствии? Но так как ничего подобного припомнить не смог, решил, что Ева просто такая и есть: холодная и с легкой чудинкой, как другая девочка в их компании.

– Давай поговорим? – предпринял еще одну попытку Иван разговорить ее сейчас. – Кое-какая мысль в голову пришла. Может, окажется полезной в поисках твоей сестры.

– Что-то стало известно про Тину? – быстро проговорила Ева, невольно подаваясь к нему всем корпусом. Но Иван качнул головой:

– Нет. Просто думал вчера по дороге домой над тем, что ты мне рассказала.

– Две недели. Сегодня – ровно две недели с того дня, как Тина пропала, – громким шепотом перебила Ева, словно ей стоило великих усилий держать себя в руках и не сорваться на плач.

– Сочувствую. Я очень надеюсь, что ее скоро найдут.

– Что ты хотел рассказать?

– Может, выпьем чая или кофе? – предложил Иван, видя, что Ева не предлагает ему даже зайти. – Я тебя приглашаю. Помнится, тут рядом была кондитерская, где мы брали пирожные. Там же были столики. Она еще существует?

– Да. Только это уже не кондитерская, а кафе.

– Тем лучше. Идем?

Видно было, что она колеблется, словно принимает какое-то важное для нее решение. Хотя, что такого пугающего в совместном завтраке со старым приятелем может быть, Иван не понимал. Но Ева будто опомнилась и даже расщедрилась на улыбку:

– Спасибо за приглашение. На этот раз угощаю я. Ты платил за такси.

Слава богу, хоть не «выкает» ему. И то прогресс.

– Как хочешь. Хотя мне привычней, когда девушку угощаю в кафе я. А ты когда-нибудь угостишь меня чаем у себя дома, идет? – он постарался, чтобы его фраза выглядела шутливой и ни к чему ее не обязывала, но щеки Евы вдруг вспыхнули румянцем.

– Идет, – ответила она после заминки. – Иван, у меня всего сорок минут. Мне назначил встречу следователь. Должна же я рассказать ему о ночных приключениях!

В ее голосе прозвучала легкая ирония, и Иван с облегчением выдохнул: кажется, лед тронулся.

– Сорока минут достаточно. Это даже хорошо, что у тебя потом встреча со следователем.

Она вышла на площадку и направилась к лифту, но Иван остановил девушку:

– Ева, давай пешком. Как тогда. В старые времена. Когда лифт не работал. Если тебя не затруднит.

Она поняла его и с улыбкой произнесла:

– Лифт и сейчас ломается. Но тогда он постоянно находился в нерабочем состоянии. Моей маме приходилось очень тяжело.

– А сейчас где она? – спросил Иван из вежливости.

– В Америке, – погрустнела Ева. – Вышла замуж и там живет.

Она словно погасла, даже опустила плечи, будто желала стать ниже и незаметней. Иван понял, что невольно задел тему, которой касаться не стоит.

Ева первой спустилась на четвертый этаж и чуть задержалась возле бывшей квартиры Долговязого.

– Семен Васильевич продал квартиру и куда-то уехал. Вскоре после случившегося. Сейчас тут живет одна семья с ребенком. А баба Поля умерла в позапрошлом году. И в ее квартире поселился уже ее внук, студент. Учится на информатика. Он, кстати, помог мне вскрыть страничку Тины.

Ева сделала паузу и, вновь начав спускаться по лестнице, призналась:

– Знаешь, я до сих пор скучаю по Борису. Или Долговязому, как вы его звали. Это ты ему такую кличку придумал?

– Было дело, – усмехнулся Иван. – Случайно вышло. И я тоже, Ева, по нему скучаю. Оказывается, очень. Оказывается, так же, как и по Вовке. Хотя между их уходами разница в целых пятнадцать лет.

– Вовка? – Ева остановилась и вскинула испуганно на Ивана глаза. – Твой близкий друг? Он что, тоже?.. Володя?!

– Да, Ева. Погиб. Три месяца назад.

– Ох… Не знала. Соболезную! Но как же?..

– Так бывает, Ева. Не все доживают до старости.

– Я ничего не слышала.

– У него в этом поселке никого не осталось. Мать умерла раньше. А отец – когда Вовка был маленьким. Володя в последнее время часто сюда возвращался. Я не понимал, зачем, ведь никого тут у него не было. Но он говорил, что родные места тянут и рыбалка здесь неплохая, – задумчиво проговорил Иван, а потом резко, словно отсекая тему ножом, закончил:

– Но похоронили мы его в столице.

– Как все это печально. И несправедливо, – погрустнела Ева.

Сумасшедшей во дворе, когда они вышли из подъезда, уже не оказалось. Только возле лавочки серел тонкий слой пепла, оставшийся от сожженной палочки. Да еще в воздухе витал легкий запах дыма. Или это в воздухе были разлиты горькие ноты осенних духов, как предвестник ее скорого наступления?

В кафе Ева заказала себе только чай. Иван попросил черный кофе и сдобную плюшку: он так торопился, что не успел позавтракать.

– Ты хорошо себя чувствуешь? – спросил он, видя, что Ева слишком бледна. Удар по голове спокойно мог спровоцировать сотрясение.

– Хорошо, Иван. Насколько это может быть в моем положении, – с грустной улыбкой ответила девушка и налила из белого фаянсового чайничка чаю в чашку. – Что ты хотел мне рассказать?

– Не знаю, насколько это может быть связано с пропажей твоей сестры. Но эти кубики на твоем коврике, которые мы обнаружили вчера… Не думала ли ты, что они могут быть намеком на игру?

– Не понимаю, – заволновалась девушка и даже поставила обратно на столик поднесенную к губам чашку.

– Ну же, Ева, все просто. Связь игральные кости – игра. Мы использовали кубики в «настолках». К тому же, кто их бросил на твой коврик, специально выложил единицами. Не просто так! Яснее не скажешь. Собираются ли сейчас подростки, как мы тогда, за ролевыми играми? Может, и играют, но, к примеру, через Интернет? Не рассматривалась ли как одна из версий исчезновения твоей сестры игра?

– Хочешь сказать, что пропажа моей Тины – это всего лишь игра?

– Не так буквально. Но что если твою сестру направили для преодоления какого-то препятствия, но в какой-то момент все вышло из-под контроля?

– Как у нас тогда?