Некро-Тур - Ольга Рубан

- Не глупи, - Макс поправил лямки рюкзака и с опаской двинулся вверх по улице, к хлеву, - Тот парень точно не отсюда свое письмо отправил.

- А что тот парень видел? – Анка, пружиня шаг, чтобы не топать по бревенчатому настилу, шла чуть позади, - Несколько пустых могил! Смысла было его… удерживать?

- Да уж… Мы повидали гораздо больше… Ходячие мертвяки! Может… нам все приснилось?

- Ничего мы не повидали! Мертвецы не ходят и не говорят. Мертвецы лежат в своих гробах и гниют. Это все, на что они способны, - угрюмо ответила она, и Макс от неожиданности затормозил, удивленно уставившись на подругу.

Она, не отвечая на его взгляд, прошла мимо.

- Аня, постой, - Макс догнал ее и осторожно взял за локоть, - Ты же сама видела…

- Видимо, дело в воде, - она раздраженно стряхнула его руку, - Скорее всего, вода здесь отравлена круглый год, Поэтому они постоянно под кайфом, вот им и мерещится, что нет вокруг ничего, кроме этого села. А в период этих седмиц концентрация токсичных веществ становится критической… Воду они не пьют, но ведь лето, жара, испарения. Надышатся за неделю, а потом откапывают трупы и смотрят «мультики».

- Мы с тобой тоже видели…

- Массовый психоз, коллективные глюки, - резко ответила Анка, и изо рта ее брызнули капельки слюны. Она отерла рукавом губы, затравленно огляделась, а потом резко села на корточки и, скинув рюкзак, принялась выливать из бутылок воду.

- Что ты творишь?! – зашипел он, пытаясь выхватить у нее остатки воды, - Без воды мы…

- В машине осталась еще. Если не хватит, отъедем, как можно дальше от этой дыры и наберем. А если нет машины, значит. пойдем без воды. За двое суток не пересохнем!

Макс понял, что девушка в стадии отрицания. В поиске простых, рациональных объяснений, которые ему лично показались, наоборот, фантастическими. Он скорее поверил бы в Дэвида Копперфильда. Но зачем устраивать такое трудное в исполнении и, без сомнения, дорогостоящее представление для горсточки дремучих деревенщин? А когда деревенщины ушли, представление продолжилось для одной единственной девочки…

«…На синем море бел-горюч камень Алатырь, на белом камне Алатыре Богиня Джива сидит…» - вспомнилось ему напевное и жуткое из гроба вместо более уместного «Стоп! Снято!»

Улица слегка повернула вправо, и на пригорке показался край хлева. Макс одернул Анку за рюкзак и оттащил за угол ближайшей избы. Они присели под окном, прислушиваясь, пытаясь уловить приглушенные голоса, какие-то сигналы, разговоры. Но вокруг стояло тихое летнее утро. Даже скотина, кричащая спозаранку, умолкла, то ли получив необходимую ей порцию заботы, то ли временно смирившись с её отсутствием.

В кронах деревьев гулял ленивый августовский ветерок. Вот и все звуки.

Они опасливо выглянули из-за угла, готовые увидеть местных здоровяков с вилами, но путь был… совершенно свободен.

- Может, успели отогнать машину? Или замок навесили? – пробормотала Анка, не желающая верить, что их просто… отпустят.

Ни засады, ни амбарного замка… Макс снял с петель служащую засовом грубо обработанную доску и распахнул ворота. Анка шумно задышала, всхлипнула и кинулась к мирно стоящей в полумраке машине, потом притормозила и с подозрением велела: «Открой капот. Может, они аккумулятор сняли или свечи выкрутили…».

Макс послушно выполнил ее поручение. Все было на местах. Тогда девушка забралась в машину и счастливо затихла, откинувшись на спинку. Макс проверил багажник – и канистры с бензином, и остатки бутилированной воды на месте. Он с удовольствием приложился к одной, машинально пытаясь припомнить, пили ли они местную воду? Пили, конечно…

- Ты уснул там что ли? – послышался нетерпеливый шепот. Он достал еще одну бутылочку, аккуратно захлопнул багажник и уселся за руль.

- Я не смогу тут развернуться, - сказал он, протягивая ей воду, - Тебе придется выйти и направлять меня, чтобы я не слетел с пандуса.

Анка нехотя вышла. Пока Макс прогревал двигатель, она оглядела хлев. Вчера в темноте она толком не разглядела животных, да и не шибко они ее интересовали. Сейчас же пробивающееся в щелястую крышу солнце высветило четвероногих обитателей. Она поежилась. Большинство животных было вполне нормальным, хоть и выглядело вялым и болезненным, но попадались и явные уродства. Совершенно лысая овца, коза с деформированным черепом, пара телят с безобразными наростами вместо рогов, напоминающими ореховую скорлупу. У одного при этом был только один глаз. На месте второго кудрявилась грязно-белая шкура. Разве что черное пятнышко по центру словно подсказывало, что при иных обстоятельствах тут был бы глаз.

Она тихонько стукнула костяшками пальцев по стеклу, привлекая внимание Макса, и указала на животных. Тот на несколько секунд замер, потом включил заднюю.

Через несколько секунд они были внизу. Ворота Анка не закрыла, но Макс не хотел задерживаться - побоялся, что машина встанет. Почва хоть и подсохла, но все еще была топкой, вязкой, как замазка. Животные в загонах, не должны разбежаться… А если разбегутся, то и хрен с ними…

- Видел? – спросила Анка, когда он тронул машину и на малой скорости, чтобы не шуметь, двинулся в обход деревни, - Это вода! Может, тут захоронены радиоактивные отходы?

- Но люди вполне здоровы…, - ответил он, отчаянно выкручивая руль, когда машина начинала буксовать.

- Ну… может, человеческие уроды не выживают, в отличие от животных… Ты ведь не будешь спорить, что деревня вырождается…

- Не буду.

Некоторое время спустя ехать стало намного легче. Они начали взбираться на спасительный холм. Анка без конца оглядывалась, пытаясь засечь запоздалую погоню, но деревня стояла на удивление тихая и мирная в лучах желтенького утреннего солнца. Длительный пологий подъем встречал их оставленными их же автомобилем колеями. Придавленная мокрая трава уже начала отряхиваться, приподниматься. Вскоре совсем сровняется, словно и не было тут никакого авто…

Макс вдруг резко затормозил и, скрипнув ручником, достал с заднего сидения камеру. Анка непонимающе уставилась на него.

- Мы – идиоты! – воскликнул он, - Ведь я постоянно снимал! Если это все лишь радиоактивный морок, то…

Он включил перемотку, и пока изображение беспорядочно мельтешило на маленьком экранчике, тяжело сглотнул… Что если