Оборотень - Игорь Григорьевич Гребенчиков

— Поводок в комплект не входит, — мрачно добавила Вика.

Витя разжег огонь в печи. Посмотрел на пока маленькие языки пламени. Они пока были слишком разрозненны и хаотичны. Но вскоре должны были стать единым порывом достаточной силы, чтобы начать греть дом.

— Даже если и так, то первое время он будет слаб. И его нужно будет учить. Бездумная машина смерти даже Омеге не нужна.

— Будто он сам не бездумная машина смерти, — нахмурился Сережа.

— Опять же, исходя из моего сна — у него есть подобие извращенной философии. Его действия лишь кажутся безумными, но в них есть связь. Все эти люди были виновны в его воспаленном подсознании. Его мать. Тот алкаш. Пацан, который мучал животных. И так далее.

— Прям борец за социальную справедливость, — сказала Вика.

— Он псих. Но псих разумный. И если он укусил Ермака, то будет его учить. Но до полнолуния он не успеет натренировать его в достаточной мере. И если предстоит сразиться еще и с ним, то он не станет помехой.

— Почему до полнолуния? — спросила Света. — Луна ведь никак не влияет ни на что.

— Не влияет. Но только не в моем случае. У меня есть время только до полнолуния. Я должен с ним разобраться. Только так у меня появится шанс хоть как-то повлиять на дядю, чтобы он закрыл глаза на правила Охотников. А если выяснится, что та отцовская сказочка правдива, то… Я смогу снова стать человеком.

— Нет! — внезапно вырвалось у Светы. Все присутствующие одарили ее заинтересованным взглядом.

— Ты разве не будешь рада? — спросил Витя.

— Ты только потеряешь от этого, — быстро заговорила она, будто оправдываясь. — Ты научился себя контролировать, тебе нечего бояться.

— Если вопрос будет касаться моих родителей, их репутации или здоровья, то для меня выбор очевиден — я откажусь от силы ликана, — уверенно заявил Витя.

— Откажешься, значит, — злобно прошипела Света. — Хорошо. Я тебя поняла. А мне что делать?

— Тебе? — не понял Витя. — При чем здесь ты вообще? Какое отношение имеет к тебе буду я ликаном или нет?

— Какое? Да вот такое! — Света вскочила и уставилась на Витю во всю широту своих глаз. Алого цвета.

— Бляха! — Сережа отпрянул к стене, держась за сердце. Вика так и села на ближайшую кровать. А Витя замер, будто громом пораженный. Света — тот самый альбинос?

— Я давно уже пыталась тебе сказать, — Светины глаза вновь приобрели знакомый голубой оттенок. Ее голос дрожал. — Но все никак не получалось. То одно, то другое. Ты представляешь, что со мной будет, если я останусь одна? Без тебя? У тебя хоть этот, Макс был, а у меня никого! Мне оставалось лишь брать пример с тебя. С твоих рассказов. Признаться, у меня весьма неплохо получалось. Но я не хочу быть одна, пойми!

— Как… Как… — мямлил побледневший Витя. Сейчас Светино изливание души казалось ему совершенно не к месту. Как, черт возьми?!

— Как я стала ликаном? — закончила за него Света. — Ну, как оказалось, правила безопасного секса не включают в себя оборотней.

— Стоп… ЧЕГО? — теперь уже Витя сел на кровать. Ноги задрожали и отказались слушаться.

— Вы спали? — подняла бровь Вика. Очень своевременный вопрос.

Витя не слушал. То есть он теперь…

«Как же так? — вертелось в голове. — Это бред какой-то. Ира ведь не… А вдруг… Да нет, она бы сказала. Она точно не стала бы молчать. Боже, я заразил Свету. Испортил ей жизнь. Из-за меня…»

— Прости, — сглотнул Витя, изо всех сил стараясь сдерживаться. Он не хотел. Он правда не хотел…

— Так, стоп, — заметив бледность друга, Света тут же подсела к нему и взяла за руку. — Ты тут не при чем. Ну, как, причем, конечно, но я сама виновата. Видимо, когда я тебя куснула, то… В общем, твоя кровь сказалась не самым ожидаемым образом на моем организме.

— Мне-то что с этого? — монотонно продолжил Витя, отчаянно стараясь не смотреть на нее. — Свет, не надо пытаться меня выгородить. Это целиком и полностью моя вина.

— Слушай, это была даже не твоя инициатива…

— Да если бы я знал! — взорвался Витя. Теперь уже его глаза горели. — Если бы мне хоть на секунду подобное пришло в голову, то…

— Сереж, пойдем прогуляемся, — Вика схватила одноклассника за шиворот и через мгновение они уже были на улице, оставив Витю со Светой вдвоем. Беспомощно проводивший их взглядом Витя был готов вскрыться прямо здесь и сейчас.

— Отчасти поэтому я и молчала, — в голосе Светы была даже какая-то обида. — Потому что прекрасно понимала, что у тебя будет такая реакция.

— Какой же я мудак, — Витя схватился обоими руками за голову и уставился в пол.

— Соколов, хватит себя корить, — серьезно сказала Света. — Да, получилось, мягко говоря, не очень… Я очень была напугана. И даже на какой-то момент я тебя возненавидела… Но сейчас я готова сказать, что это самое крутое, что со мной происходило! Я сейчас про то, что я стала ликаном, а не про наш с тобой секс, если что, хотя тоже было очень даже неплохо…

Витя предельно глупым взглядом посмотрел на Свету. Та улыбалась во весь рот.

— Все шутки шутишь? — спросил он с отчаянием в голосе.

— Ну а как еще тебя взбодрить? — хмыкнула она.

— Что я должен для тебя сделать? — подался вперед Витя, смотря ей прямо в глаза. Теперь у него не было иного выхода. — Проси, что хочешь. Ты заслуживаешь требовать этого от меня…

— Соколов, твою мать, — вздохнула Света. — Ничего мне от тебя не надо. Просто я хочу, чтобы мой лучший друг не бросал меня на этом нелегком поприще.

Светины слова ни капли не успокаивали. У Вити и так голова болела ото всего происходящего. А ту еще теперь на него свалилось такое чувство вины. Он обратил человека. Пусть даже и не намеренно, но он обратил человека… Такое просто так не выветрится из головы.

— Хотя все же есть одна просьба, — лукаво улыбнулась Света. — Когда у вас с Анькой до этого дойдет, то не давай ей себя кусать. Не бери уж лишний грех на душу.

— Свет, мои родители Охотники, ты же знаешь, — проигнорировал ее едкий комментарий Витя. — У них есть правила. Они обязаны были убить меня, как только узнали, что меня укусили, понимаешь? Отец и так оттягивает это все до