Мертвое море - Тим Каррэн

Сначала Джордж подумал, что они с Гослингом остались совершенно одни.

Затем его охватила паника.

Вместе эти ощущения пробудили желание кричать и барахтаться, как ребенок, тонущий в ванне. Но медленно, очень медленно, он взял себя в руки: с ним был Гослинг, опытный моряк, если кто-то и мог помочь ему выжить и выбраться на сушу, так это старший помощник, что вселяло некоторое чувство уверенности. Правда, последнее мало помогало в открытом море, но это все равно было лучше, чем ничего.

Время от времени они слышали вдали голоса, но, когда пытались до кого-нибудь докричаться, не получали ответа. То и дело появлялись светящиеся точки, которые оказывались дрейфующими горящими обломками, но постепенно они исчезли. Остался один туман, густой и клубящийся. Он по-прежнему испускал странное свечение, словно подсвечивался лучом далекого маяка. По крайней мере, он давал хоть какой-то свет, благодаря которому, как показалось Джорджу, все выглядело странным и сюрреалистичным. А еще жутким — другое слово было не подобрать.

Конечно же, Джордж изо всех сил старался не паниковать, но итог был такой: они черт знает где, без шлюпки или плота, ночью, а к рассвету их спасательные жилеты отяжелеют и они пойдут ко дну, если раньше до них не доберутся акулы. Его разум уже рисовал в деталях эту жуткую картину. Джордж помнил кадры из фильма, где огромная акула поедает людей. Он гадал, что чувствуешь, когда акульи зубы вонзаются в тело. Будет ли это огромная тварь, которая проглотит его целиком, или чудовище поменьше, которое просто откусит ему ногу? Однажды он видел передачу, где нечто подобное случилось с жертвой кораблекрушения. Акула просто кружила вокруг, отхватывая от бедняги кусок за куском.

О господи.

«Этого не может быть, — в отчаянии подумал он. — Такое происходит только с парнями из кино, которое крутят по ночам. Подобное дерьмо не случается с обычными парнями вроде меня, которые зарабатывают на жизнь, трудясь бульдозеристами, или просто пытаются расплатиться с кредиторами».

— На помощь! — закричал он. — Есть там кто-нибудь?! Проклятье! Ответьте мне, наконец!

Ответом ему была лишь тишина и странное гудение, которое накатывало время от времени.

— Ну что, полегчало? — спросил Гослинг. — Отлично. А теперь заткнись, ради бога. Мы еще живы.

Джордж продолжал барахтаться в воде, словно не доверял спасательному жилету.

— Ага, ты же само спокойствие, — задыхаясь, выпалил он.

— Прекрати плескаться. Просто ложись на спину, как я. Жилет удержит, а шум привлечет внимание.

— Акул?

— Нет, про акул я думаю меньше всего.

Джордж не нашел в себе смелости расспрашивать дальше. Если не акулы, то что тогда?

— Не паникуй. Все будет в порядке. Нет смысла тратить энергию, барахтаясь в воде, если на то нет причины.

Джордж сглотнул и лег на воду. Оказалось, что это не так плохо. Легкое покачивание даже немного успокаивало.

— А здесь правда есть акулы? — спросил он.

— Кто его знает? Это океан, Джордж, тут много кто живет. Как и везде, здесь своя пищевая цепочка.

Черт.

— Они доберутся до нас?

— Нет, если я постараюсь. — Похоже, он заметил панику в глазах Джорджа. — Ладно, слушай, и слушай внимательно. Привлечь акул могут две вещи. Первая — то, что ты только что делал, — плескался. Тем самым привлекал к себе внимание, вел себя как напуганная рыба, посылал такие же сигналы. Вторая вещь, которая привлекает акул, — это кровь. Они чуют ее в воде. Я слышал, они могут почуять ее за многие мили, поэтому не барахтайся и не допускай кровотечений. Все просто.

Джордж стал прислушиваться к малейшей боли в теле, стараясь определить ее источник. Видимо, обошлось без порезов

— А твоя нога?

— Просто подвернул, расслабься. Подождем рассвета, и все будет хорошо.

«Легко ему говорить, — мрачно подумал Джордж. — Этому здоровенному, суровому моряку».

Джордж моряком не был. Он решил, что после этой развеселой вечеринки поедет к себе в Канзас и больше ни за что не сунется в открытое море. Его даже купаться никто не заставит, разве что в водоеме не будет никого больше головастиков.

В памяти стали всплывать картины: паника, огонь, крики и суматоха, корабль, идущий ко дну. Воспоминания ненадолго притупили тревогу и мрачные мысли о жутком тумане и ходивших о нем историях, всех этих милых, забавных россказнях о Треугольнике Дьявола и прочей чуши.

Но теперь эти мысли вернулись, зубастыми тварями выбрались из глубин его подсознания.

«А что, если все это безумное колдовское дерьмо не вымысел? — размышлял Джордж. — Потерпеть кораблекрушение — уже плохо, но потерпеть кораблекрушение в какой-то гребаной сумеречной зоне, пожирающей корабли и людей, глотающей их живьем…»

Боже, неужели все так плохо?

Дело было даже не столько в тумане, сколько в самом море, слишком спокойном и неестественно теплом, и плотность воды казалась какой-то странной, словно и не вода это была вовсе, а что-то маслянистое и вязкое, будто в ней была какая-то взвесь. Она больше напоминала желатин, оставляла на коже липкий осадок, и от нее исходил гнилостный запах.

Джордж резко втянул в себя воздух, пытаясь побороть страх и неуверенность, пытаясь держать себя в руках, что было нелегко. Он чувствовал себя так, словно его мужество и решимость слетели как бусины с нитки и рассыпались.

Но самым важным было выжить — остальное не имело значения. Он должен был помнить об этом.

— Как думаешь, скоро нас подберут? — спросил Джордж и по тону своего голоса — писклявому, напряженному — понял, что походит на маленького ребенка, желающего удостовериться, что ни в шкафу, ни под кроватью нет никаких монстров.

— Это зависит от… — Гослинг говорил практически шепотом, в котором было что-то настораживающее.

— От чего?

— От многого. Если течение отнесет нас в сторону от морских путей, это займет какое-то время. Если нет, мы можем в любое время наткнуться на корабль, возможно утром или днем. Я надеюсь. В любом случае, о задержке узнают в Кайенне уже завтра вечером, точнее уже сегодня.