Шок-рок - Стивен Кинг

— Выключи запись, Дуг. — Я потянулась к рубильнику, но оншлепнул меня по руке. А после второй попытки так двинул, что я растянулась наземле.

— Дуг, пожалуйста, выключи аппаратуру, ты их убиваешь. — Мнеудалось подняться на колени.

— Убиваю? — Он расхохотался. — Да они давно мертвы.

— Мертвы только тела, но не души. А музыку творит душа, а нетело. Музыка — это все, что у них осталось. Ты же хочешь ее украсть. Украстьпоследнее. Ты выпиваешь их кровь.

Дуг покачал головой, закатил глаза, но когда я метнулась крубильнику, его лицо превратилось в злобную маску. Остановил меня ударом ребраладони. По глазу. Который тут же заплыл.

Я подбежала к одному из микрофонов, установленному наметаллической стойке и нацеленному на амфитеатр. Сорвала микрофон, бросила наземлю, схватилась за стойку, как за дубину.

И пошла в атаку на магнитофон. Дуг заступил мне дорогу скамнем в руке. По его глазам я видела, что он готов остановить меня любойценой. Но я не могла допустить, чтобы они погибли второй раз. Мелочнаяжадность, спор из-за роялти, уже привела к тому, что они стали жертвамиавиакатастрофы. И под ветвями вековых деревьев мы схлестнулись, как два зверя,спорящие за право стать вожаком стаи.

Я взмахнула "дубинкой", Дуг бросил камень.Наверное, со стороны это выглядело забавно. Камень угодил мне в лоб замгновение до того, как микрофонная стойка соприкоснулась с его виском. На землюмы повалились одновременно.

А пленка продолжала крутиться.

Я стонала, перекатываясь с боку на бок, беспомощная, какполумертвый младенец. В голове гудело, один глаз ослеп. Но второй все видел, исо слухом все было в порядке.

Во время концерта меня не покидала мысль: "Смогу яприкоснуться к ним? Или это призраки?"

Насчет музыкантов ответа я так и не получила. А вот варвары…В ту ночь они были из плоти и крови.

Они выросли среди деревьев, подхватили Дуга и унесли его камфитеатру. Я наблюдала за ними одним здоровым глазом. Ни руки, ни ноги меня неслушались.

И пленка продолжала крутиться.

В ту ночь акустическая часть концерта завершилась быстро.Может, оно и к лучшему. А во время короткого перерыва мне показалось, что я увиделаДилана Прайса, который стоял надо мной, улыбаясь, вытирая лицо краснымполотенцем. Он больше не потел кровью.

Потом он ушел.

Я балансировала на грани обморока, когда вдруг услышалакрики. Наверное, армия Влада расправлялась с очередной группой пленников.

И тут же загремела музыка.

Над горами взошла заря, холодная и яркая. Я пришла в себя,дрожа всем телом, на левой щеке запеклась кровь. Встала, покачнулась, мирмедленно пошел кругом. К счастью, одним глазом я быстрее приспособилась к еговращению.

Воздух застыл. Там, где гремели гитары и барабаны,посвистывал ветер и пели птицы.

Меня ждали несколько сюрпризов. Магнитофон и микрофонырасплющили о скалы. Провода изорвали. Я поплелась к амфитеатру. Сцена исчезла.Вместе с горящей деревней, инструментами и музыкантами. И рядами колов снасаженными на них жертвами.

Один кол, правда, остался. Дуг всегда предпочиталдействовать за кулисами. А вот теперь вышел на авансцену.

С перекошенным лицом, гротескно изогнутыми конечностями, онзастыл в восьми футах над землей. Огромный кол на два фута уходил в его тело. Яне испытывала радости от того, что он умер, не чувствовала и угрызений совести.Должно быть, потому, что смерть так же естественна, как и жизнь. И еепоследствия казались совсем уж нереальными.

А может, причина заключалась в том, что Дуг выглядел больноуж нереальным. Едва узнаваемым. Съежившийся мешок обвисшей плоти и костей.Неужели в человеческом теле так много жидкости? Из Дуга большая ее часть точновытекла.

Взгляд мой соскользнул со скукожившегося обезвоженного телак подножию кола.

Увидела бобины с пленкой, в целости и сохранности. Ожидающиеменя. Подарок? Я восприняла их именно так. Подарок, предназначенный для того,чтобы получать наслаждение, а не прибыль.

И… белый листок, запятнанный красным. Несомненно, кровью Дуга.Просто пятна крови и несколько слов, написанных твердым, решительным почерком.

Роялти: выплачены полностью.