Ведьмин коготь - Елена Арсеньева

– Я не знаю, – уныло покачала головой Женя. – Да нет, какой там юмор?! Михаил вчера меня чуть ли не до истерики довел с этими своими сокровищами, да и сам в истерику впал. Я никак не могла понять, придуривается он или в самом деле видит золото. Тихо надеялась, что очухается к утру, позвонит… Но вот не позвонил. А ведь ему этим вонючим «золотом» за дом в деревне заплатили!

Женя не стала уточнять, что на самом деле дом была не продан, а подарен какому-то аферисту. Стало стыдно перед Аликом Фрунзевичем, ужасно стыдно. И без того плохо, что она пришла сюда… как-то не по-товарищески это по отношению к Михаилу…

– Честно говоря, у меня было большое желание полицию вызвать, когда Михаил на меня с кулаками полез, – сказал антиквар. – Но у него был совершенно безумный взгляд! Не вызвал, конечно, я никакую полицию. Не пойму, то ли страшно стало, то ли его пожалел.

– Вот и я не пойму, – вздохнула Женя. – То ли мне страшно, то ли жалко его, дурака.

Внезапно зазвонил ее телефон. Достала его из сумки – да так и ахнула:

– Это он! Это Михаил звонит!

– Надеюсь, он образумился, – сказал Алик Фрунзевич.

Женя кивнула и выбежала из салона на крыльцо Дома культуры: разговаривать с Михаилом под проницательным взглядом антиквара она не хотела.

Спряталась за колонну, чтобы ее не было видно из окна салона, выходившего на крыльцо, и нетерпеливо скользнула пальцем по экрану:

– Слушаю! Михаил, слушаю тебя!

– Ты где ходишь? – мрачно бросил бывший муж. – Я тебя в салоне жду.

– Через полчаса или минут через сорок вернусь, – настороженно ответила Женя. – А что?

– Сможешь мне массаж сделать? – спросил Михаил.

Что?!

Женя даже онемела на несколько секунд! Мелькнула бредовая мысль: неужели Михаил все-таки втюхал кому-то свое «золото» и решил похвастаться перед ней, найдя как бы приличный предлог?! Впрочем, если бы втюхал, обошелся бы без предлога, как на крыльях прилетел бы!

– А с чего вдруг тебе массаж понадобился?

– У меня проблемы, – угрюмо сообщил Михаил.

Женя подавила желание съехидничать: «А ты только сейчас это заметил?»

Впрочем, она бы все равно не успела ничего сказать, потому что Михаил заговорил первым:

– У меня плечо болит, буквально разламывается. Наверное, на нервной почве защемило.

– А по какому поводу ты так разнервничался? – осторожно полюбопытствовала Женя.

– Приходи – расскажу, – буркнул Михаил и отключился.

Женя медленно убрала телефон в сумку и вышла из-за колонны.

– Ну как? – спросил Алик Фрунзевич, выглядывая из своего окошка. – Полегчало ему?

– Да вроде бы, – пробормотала Женя.

– Ну, спаси Аллах, – добродушно пожелал Алик Фрунзевич, видимо, поняв, что она не расположена вдаваться в подробности, и скрылся за окном.

А Женя почти побежала, как могла сокращая путь, в салон, нервничая оттого, что Михаил может ее не дождаться.

Сырьжакенже, наши дни

Верный джип встал между Арзамасом и Сырьжакенже, и сдвинуть его с места оказалось невозможно, сколько Трапезников ни бился. Приборы показывали, что с горючкой все нормально.

Бензонасос засорился, что ли?

Начал проверять. С бензонасосом тоже все было нормально, а вот с бензином… Бак оказался пуст, и это было тем более странно, что заправлялся Трапезников именно в Арзамасе, на выезде из города, не более чем час тому назад.

Посмотрел на индикатор уровня топлива. Тот по-прежнему уверял, что у джипа почти полный бак.

Что за ерунда?! Ну ладно, предположим, заправщик в Арзамасе смухлевал (то-то физиономия его показалась какой-то жуликоватой!), а Трапезников этого не заметил, но приборы-то должны были заметить!

Или они сговорились?! Ага, заправщик и приборы сговорились, что ли?

Ладно, предположим, бензобак потек, но датчики показали бы, что уровень топлива уменьшается.

Не показали. Тем паче, что бензобак не потек.

Чертовщина какая-то…

Трапезников еще раз, причем куда с большим пылом, помянул нечистую силу, когда открыл запасную канистру, которая стояла в багажнике, и обнаружил, что там не бензин, а вода. Н₂О в чистом виде. Ну не совсем в чистом, конечно, потому что по ней расплывались радужные круги (все-таки раньше в этой канистре находился бензин!), но все равно – вода.

Канистру Трапезников наполнил на той же самой заправке на выезде из Арзамаса!

Руки так и чесались вернуться и набить морду столь отъявленному наглецу, но сейчас это было проблематично: далеко!

Ладно, потом набьет, на обратном пути, когда до заправки доберется, а сейчас ему надо спешно ехать в Сырьжакенже. Но как это сделать?! Бензин где взять? Останавливать первую же попутку и слезно просить поделиться горючкой? За деньги, само собой?

Трапезников вышел на обочину с канистрой… и проторчал там не меньше часа, прислушиваясь к каждому, без преувеличения сказать, дуновению ветра, но ничего, кроме этих дуновений, так и не услышал. За это время ни один автомобиль не проехал ни в сторону Сырьжакенже, ни в обратном направлении. А впрочем, ни одной машины Трапезников в деревне во время своего прошлого пребывания там не видел, кроме новехонького белого джипа «Чероки Спорт» Верьгиза. Так что ехать было особо некому.

На повестке дня стоял вечный вопрос: что делать?

Автобус, который шел из Арзамаса в Дивеево, поворачивал туда гораздо раньше. Там движение было вполне даже бойкое! И что? Тащиться туда километров восемь с канистрой, ждать у моря, в смысле, у того поворота, погоды, потом волочь горючку сюда? Это же сколько времени пропадет! А вдруг не повезет?

Главное, время уходит, уходит безвозвратно! Трапезников помнил, Верьгиз настаивал: следует приехать рано утром. Именно поэтому он практически ночь провел в пути. И тут – зараза, ну вот же зараза!

С другой стороны, может быть, попуток не наблюдается именно потому, что еще очень рано?..

Еще подождать? Или не ждать, а пойти в Сырьжакенже пешком? Сколько же там километров? Трапезников не мог вспомнить. Десять – точно, никак не меньше, а то и больше. Но если двинуть напрямик, через лес, можно здорово сократить путь. Еще в прошлый раз Трапезников краем уха слышал, что от того поворота, откуда автобус шел уже на Дивеево, всего три километра до Сырьжакенже по проселочной дороге. А отсюда, наверное, еще ближе, если проселок найти!

Решено. Он пойдет через лес, ну, немного опоздает, что же делать, встретится с Валентиной, а потом, расплатившись с Верьгизом, попросит его подвезти их с женой до брошенного джипа и отлить бензинчику, чтобы можно было добраться до Арзамаса, где Трапезников и разберется с жуликоватым заправщиком, а заодно обратится в сервис, чтобы спецы занялись индикаторами горючки.