Последний вампир - Уитли Страйбер

Но... приходилось быть дьявольски конкретным, чтобы раздобыть полезные сведения. Какие слова могла употреблять эта путешественница, разговаривая по телефону, – особые, редкие слова? Пол не знал, кому она могла звонить, куда отправиться, у него также не было сведений, являлся ли Париж конечным пунктом ее вояжа.

В базе данных ЦРУ кроме всего прочего имелось огромное количество карт, несравнимо лучше тех, что продаются в магазинах. Среди них были и карты Парижа, составленные немецкими военными во время Второй мировой войны. Первоначально предполагалось, что оккупантам предстоят бои за каждый дом, поэтому существовали детальные поэтажные планы любого здания, а также план системы канализации, вплоть до указания, в каких трубах и тоннелях мог пройти человек. Немцы составили такие карты почти для всех больших европейских городов. Многие из карт, конечно, устарели; так, например, бомбежка китайского посольства во время косовского конфликта 1999 года была вызвана тем, что при разработке операции полагались на именно такой план улиц Белграда, составленный вермахтом Теперь на всех картах в базе данных ЦРУ стоит четкая отметка последнего года проверки.

Уорд заметил, что план Девятого района не трогали с 1944 года. Названия улиц и все обозначения были сделаны на немецком, что не внушало особых надежд. А вот план Тринадцатого района был пересмотрен французами в 1998 году, и в аннотации указывалось, что с тех пор карта обновлялась ежегодно.

Пол приготовился долго изучать изображение на экране: ему предстояло запомнить каждую улицу, каждую канализационную трубу, этаж любого здания.

Вампир знает свой мир до последнего закоулка. Для него не существует преград в виде замков, он может вскарабкаться по любой стене и пересечь любую крышу; канализация – все равно что железная дорога. Он сумеет рассчитать путь по трубопроводу, оконным карнизам и свесам крыш.

Сначала Пол не верил в силу и ум вампиров. Когда он впервые уставился в неподвижные темные глаза одного из них, на вид такого маленького и беспомощного, на лице этого ничтожества блуждала легкая улыбка, словно оно находило забавным все происходящее. Джек Додж окликнул его: «Эй», шагнул вперед – и тут же в воздухе мелькнул нож и отсек голову Джека, как цветок от стебля. До сих пор у него в ушах раздаются эти страшные звуки: трещат кости и с легким шипением кровь выливается из обрубка, он слышал их в завывании самолетных моторов во время ночных перелетов, в шепоте ветра, заблудившегося среди городских зданий.

Выползая из всех щелей и закоулков своего мира, твари вовлекали его в бесконечную гонку, появляясь то тут, то там, разыгрывая бесконечную шахматную партию, в которой они всегда опережали его на несколько ходов. Его самым действенным оружием были неожиданность и технические новшества, в то время как они при всей своей дьявольской изобретательности и скорости техникой они вообще не владели.

Смерть вампира была отвратительна, и, если приходилось видеть их борьбу со смертью, наступали мгновения, когда ты почти сочувствовал этим монстрам. Вампиры умирали тяжело.

– Действительно тяжело, – произнес Уорд вслух.

Он сидел уставившись на карту канализации Тринадцатого района. Совсем недавно, примерно год назад, в системе были произведены изменения: так, например, один из туннелей заблокировали. Когда-то в этом районе находились дубильные и красильные мастерские, возможно до сих пор это сказывается на качестве воды.

Затрещал телефон у изголовья постели. Пол рванул трубку.

– Сегодня утром в шесть тридцать твоих людей поймали в архивном отделе префектуры полиции. – Это был голос Сэма Мазура из посольства.

– О Господи!..

– Французы засняли их на видео, начиная с той секунды, как они спустились с крыши внутрь помещения! Приезжай, Пол, у нас крупные неприятности!

– Где они?..

– Лягушатники собираются отвезти их прямо в аэропорт и отправить ближайшим рейсом в Вашингтон. Ребят отпускают благодаря дипломатической неприкосновенности, но Франция теперь окончательно и бесповоротно закрыта для них. И вот еще что: причина, по которой им позволили так долго находиться на тщательно охраняемом объекте, в том, что «Сюрте» хотела записать каждый удар по клавише клавиатуры, пока они прорывались в базу данных. Французам известно, и как они это сделали, и что обнаружили – в общем, все.

– Сейчас буду.

Уорд не очень хорошо ориентировался в метро, но он знал, что в середине дня это самый быстрый транспорт в Париже. Тем не менее поезд ехал, как ему показалось, умопомрачительно долго, предоставляя ему возможность методично просчитать не одну возможность спасти Бекки, Чарли и всю операцию.

Спустя пятнадцать минут он уже взбегал по ступеням выхода на площадь Согласия. А вот и здание американского посольства. Дипломатический паспорт позволил Уорду беспрепятственно миновать и французскую охрану, и американскую морскую пехоту.

Кабинет Сэма находился в середине широкого коридора.

– Я Пол Уорд, – представился он секретарю, который, к его удивлению, оказался французом. Он допущен к секретным документам, владеет соответствующей информацией? Да, времена изменились...

Сэм сидел за металлическим письменным столом. Жалюзи на окне были плотно закрыты; стены, казалось, сотрясались от гула кондиционера.

– Пол, ты старый засранец, я думал, тебя арестовали по дороге сюда.

– Что с моими людьми?

– Бизнес-класс в самолете «Эр-Франс». Не так уж плохо.

Разумеется, ни для кого из них это еще не конец. Ребята допустили огромный промах, и пройдет немало времени, прежде чем ситуация стабилизируется, если такое вообще возможно.

– Они что, уже в полете?

– Нет, по дороге в аэропорт, французы не любят, когда кто-то проникает на их секретные объекты, особенноесли это американцы.

– Сэм, знаю, ты меня возненавидишь, но тебе придется найти способ, как оставить мою команду здесь. Они мне срочно нужны.

Мазур покачал головой.

– Все кончено.

– Потребуй ответной услуги, используй шантаж... Сделай что-нибудь!

– Я ничего не могу сделать. Твои агенты провалились.

– В таком случае мне нужно срочно увидеть посла.

Сэм вскочил из-за стола.

– Ты шутишь. Сам заварил кашу, а теперь хочешь, чтобы политики ее расхлебывали? Как-то не верится, что у тебя в Конгрессе есть богатый покровитель.

Пол попытался разыграть последнюю карту, которая, как он надеялся, могла оказаться козырной.

– Тут замешан терроризм, Сэм. Мы проводим серьезнейшую операцию, и Франция здесь оказалась вовлечена только потому, что на ее территории находится международная террористка. Если мы ее упустим, могут пострадать невинные люди.

Сэм потянулся к телефону.

– Тебе не нужен никакой посол.