Прах (сборник) - Михаил Киоса

– Ты умеешь управлять катером?

Борис непонимающе глянул на него.

– Нужно прокатиться. Я не доделал кое-какие дела в Деминске, – устало пояснил Илья. – Может, тогда я вспомню все.

* * *

– Вот так мы и стали жить, – после короткой паузы продолжила Наталья. – Я боялась кому-то сказать о том, что случилось. Для всех, кто знал нашу семью, существовала совершенно безумная и вместе с тем официальная версия. Мол, мои дети и родители просто куда-то уехали. А момент их схода с колеса я проглядела, так как плохо себя чувствовала. Я не стала спорить. Более того, мне пришлось подать заявление о пропаже своих близких, иначе меня бы не поняли люди. Вот и приходилось мне охать и ахать на лавочке с соседями, выслушивая бесконечные утешительные слова, а потом бежать к вам.

С этими словами старуха посмотрела на сына.

– Я купила в детском магазине домик для кукол. Вытащив всю начинку, я сделала крошечную мебель своими руками, чтобы вам было удобно. Через какое-то время я заметила странную деталь. Невзирая на время, вы продолжали оставаться такими же, как в тот день. Понимаешь, Рома?

Молодой человек ничего не ответил, продолжая мерно посапывать.

Наталья легонько ткнула дремавшего кота носком калоши:

– Понимаешь, Дын? Это облако словно заморозило их. Даже спустя четыре года мои дети выглядели, как тогда – Роме можно было дать шесть лет, а Аяне – двенадцать. Вы вели себя совершенно естественно, не удивляясь, почему вокруг так все изменилось. Как будто… вы знали, что станете крошечными.

Она перевела дух и снова заговорила:

– Однажды вечером я задержалась в церкви. Когда я выходила, ко мне подошел Паша. Это наш юродивый, я даже не знаю, сколько ему лет – сорок или все шестьдесят. Он сказал мне, что знает о моей беде, что я осталась без семьи. Паша спросил меня, не было ли чего-то необычного в тот день, и я, набравшись смелости, рассказала про странное облако. Он кивнул и рассказал, что издревле в здешних краях ходила детская сказка о тумане с моря. Мол, тысячу лет назад на этом полуострове жили крошечные лилипуты… На их землю, богатую живностью, лесами и продородной землей, часто совершали набеги более сильные противники. Тогда местные жрецы взмолились богам, залив алтарь жертвенной кровью. И боги услышали их. С тех пор как только к берегу направлялся вражеский корабль с захватчиками, небеса посылали туман, и все мужчины полуострова поднимались на высокую гору, превращаясь в высоких сильных воинов. Следующий наплыв тумана делал их снова крошечными…

Время шло. Со временем в здешних краях начались беспорядки. Часть воинов не пожелала возвращаться в первоначальное состояние, и, построив корабль, они сами уехали грабить и убивать. Началась неразбериха, и со временем город вымер и опустел.

В углу комнаты послышался тонкий писк, и Наталья, переменившись в лице, сняла с правой ноги калошу, резко швырнув ее на звук. Мимо, торопливо шурша, скользнула неясная тень.

– Чертовы крысы, – проворчала старуха. – Дын, если ты не начнешь ловить этих тварей, я не пущу тебя в дом.

Кот лишь дернул драным ухом, продолжая дремать.

– О чем это я? – рассеянно произнесла Наталья, обхватив морщинистыми руками виски. – Ага. Паша сказал, что туман не появлялся долгое время. Якобы он возобновился после звездного дождя, который был как раз накануне той истории с «чертовым» колесом. И с тех пор туман с моря появляется здесь. Он не опускается вниз, а плывет над полуостровом, совершая нечто вроде круга. Маяк – его первая цель, затем он идет дальше. Через несколько часов туман растворяется. Все живые существа, которых он накрывал, уменьшались. Человек превращался в законсервированную игрушку. Он больше не рос и таким образом мог жить вечно. Я спросила, зачем он рассказывает мне все это. И знаете что? Паша наклонился ко мне ближе и прошептал на ухо, что туман, как в сказке, приходит разный. И если в одном случае все живое уменьшается до размера мизинца, то в следующий раз…

Наталья запнулась, будто наткнувшись на невидимое препятствие.

– В следующий раз, – с огромным усилием вымолвила она, – все можно вернуть. Как в той сказке. Это не означает, что обычный человек станет великаном. Тот поток тумана, что будет следующим, может лишь уменьшить. И вернуть обратно. И тогда человек снова будет расти. Я… я решила проверить это на Роме. Каждый день я ходила на море. По словам юродивого, туману предшествовало яркое солнце, которое тут же сменял ледяной дождик. Точно так было там, в парке аттракционов… С того самого дня прошло шестнадцать лет, когда на рассвете я увидела туман. Я стремглав кинулась домой и взяла Рому. Я понимала, что рисковала, но и сидеть сложа руки я не могла. Я хотела вернуть своих детей.

Старуха снова окинула сына преисполненным любви взглядом.

– Я очень хочу верить, что ты не осуждаешь меня за это решение, – произнесла она. – По крайней мере, в свои тридцать восемь ты действительно выглядишь на двадцать два. Потом прошло еще шестнадцать лет. И именно сегодня к нам должна вернуться Аяна.

* * *

Они молча разглядывали друг друга. Сверлящий взгляд Бориса, казалось, даже искрился в воздухе от непримиримого бешенства, Илья же смотрел на связанного мужчину с выражением безмерной усталости и брезгливости.

– Ты мне вышиб зуб, урод, – процедил Борис.

– Ну, скажи спасибо, что не мозги, – заметил Илья. – У меня очень мало времени. Точнее, его просто нет. Или ты помогаешь мне, или мне придется тебя пристрелить.

– Если ты меня убьешь, то сам не доберешься до места.

– Это, пожалуй, для тебя будет хорошим утешением перед смертью, – саркастически засмеялся Илья. – Ты готов на этот размен?

– О`кей. Допустим, я довезу тебя до Деминска, а там ты меня грохнешь, – бросил злобно Борис. – Зачем тебе свидетель?!

– Ты мне не нужен. Зачем мне брать на себя еще один грех? Высадишь меня на берегу и уматывай.

– Мне нужны гарантии.

– Может, тебе расписку еще написать? И заверить ее у нотариуса? – усмехнулся Илья.

– Послушай…

В лоб Бориса уперся холодный ствол пистолета.

– Понюхай, от него все еще пахнет гарью, – проговорил Илья. – Я уже воспользовался им и сделаю это еще раз. Мое терпение не безгранично. Считаю до трех.

– Я согласен, – пробурчал Борис, не дожидаясь начала отсчета.

Илья развязал ему руки, морщась от боли в покалеченных пальцах. Обрывком простыни он кое-как замотал себе кисть.

– Не шути со мной, – сказал он, видя, как Борис быстро освобождается от узлов.

– Что с твоим носом? – не глядя на него, спросил он.

– Твой босс Петр Алексеевич решил попробовать его на вкус. Вероятно, плотного ужина ему не хватило, – грустно улыбнулся Илья.

– Что ты сделал с Королевым? – последовал очередной вопрос.

– Его больше нет. После этой ночи тебе придется найти новую работу. На, держи.