Химера - Александр Варго

– Так тебе Абрамян и расскажет, – возразил Леонидыч. – Зачем ему тебя о рейдах информировать?

– Так ведь спрашивали не до, а после. Короче, я без понятия, че тут творится.

– А может, эта штука виновата, которая в кустах бормочет? – предположил Живчик. Дон Бывалый устало закатил глаза. – А что, я серьезно! Мне Женька Москалев рассказывал. Ездил как-то на лодке на другой берег к родственнику. Вдруг слышит в кустах – словно разговаривает кто-то. Думал, парень девку на интим уламывает. Правда, место странное, почти у воды, кусты сплошные. Женька поддатый был, крикнул чего-то в шутку. А там ка-а-ак зашевелится, а потом ка-а-ак ухнет в воду! Брызги столбом.

– Где это было?

– Неподалеку от «Восхода», бывшей базы отдыха.

Леонидыч кивнул.

– Зло завелось в этих водах, – вдруг произнес до этого молчавший Угрюмый. – Я верю в то, что дед Матвей рассказывает.

– Матвей алкаш, – отрезал дон Бывалый. – Свою белую горячку пересказывает.

– А народ верит, – уперся парень. Он повернулся к Леонидычу. – Вот вы ехали сейчас по Чернушке – много людей купается? В такую жару, а? Много?

Митя действительно обратил внимание на пустые пляжи.

– Никто не купается и детей в воду не пускают, – продолжал Угрюмый. – Потому что люди знают. Зло поселилось на Истре. И Матвей его видел.

Повисло молчание. Только лягушки квакали у берега.

– В каком доме живет Матвей? – спросил Леонидыч.

Ответил Живчик:

– Там, в Пятнице, любого спроси. У него изба старая, черная, покосилась вся. Говорят, за участок денег предлагали миллион. Не продал. Говорит, здесь родился, здесь и помру. Во как!

– Никто ему миллион не предлагал, – возразил дон Бывалый.

– Да как не предлагал. Он сам говорил.

– Ладно, мужики, – Леонидыч хлопнул ладонью по борту. – Спасибо за беседу. Поедем мы. Удачной рыбалки!

– Только с пустыми руками к Матвею не ходи, – напоследок предупредил Сергеев. – Он когда трезвый, страсть подозрительный.

– Понял, – кивнул инспектор.

Он завел мотор, и заросший камышами залив быстро остался позади.

* * *

Они долго ехали молча. Потом Леонидыч сказал:

– Смотри, что у нас получается. Рыба пропала в начале лета. Потом стали пропадать кошки с собаками. Потом – девчонки. Чуешь, к чему клоню? – Леонидыч чиркнул спичкой, закурил. – Что на это скажешь, биология?

Митя потряс головой.

– Если вы намекаете на хищника, то я таких в средней полосе России не знаю. С такими размерами и повадками.

– Пораскинь мозгами.

– Да нечего раскидывать! – разозлился Савичев, отмахиваясь от дыма. – Самый крупный хищник в здешних водах – сом. И я еще не слышал, чтобы сом утащил козу. Все, что происходит, это необъяснимо с научной точки зрения.

Леонидыч задумчиво затянулся сигаретой.

– Предложение, – сказал он, выдыхая дым. – Давай считать наше бу-бу-бу обычной тварью – крокодилом там или акулой. Мне так легче. Допустим, случайно попала в водохранилище. Всякое бывает: акулы заплывали в реки, в Темзу однажды заплыл кашалот, в Мариуполе крокодил сбежал от фотографа и плавал у городского пляжа. Пусть у нас будет объяснимая ситуация. Имеешь возражения?

Митя пожал плечами. Предложение показалось ему разумным.

– Тогда скажи мне как биолог: сначала рыба, потом домашние животные, потом люди… Что это за тварь?

Митя запустил пальцы в шевелюру, размышляя.

– Если говорить о крокодилах, то на ум приходит гребнистый, – сказал он. – Одна из самых крупных рептилий. Обитает на побережье Северной Австралии, на островах Индонезии, в Восточной Индии. Молодняк гребнистого крокодила питается насекомыми, лягушками и рыбой. Однако, подрастая, переходит на более крупную пищу: крабов, варанов, черепах, антилоп. Домашний скот таскает. Бывает, нападает на буйволов. Отмечены случаи нападения на человека.

– Значит, – заключил Леонидыч, – если наш бубубу напал на человека, то прежней пищи ему мало. Он растет, его рацион увеличивается. Так?

– Я придерживаюсь мнения, что хищники редко нападают на людей.

– Но нападают же?

– Обычно случайно. Часто – по вине человека.

– Но если это произошло, то хищник становится людоедом.

Митя нехотя кивнул.

– Это так. Попробовав человечины, зверь понимает, что эта добыча богаче той, которую он добывал прежде, а усилий для охоты расходуется меньше. Тогда он начинает охотиться на людей целенаправленно.

– Именно! – Леонидыч ткнул пальцем в грудь Мити. – Все как у нас: рыба, лягушки, домашний скот… люди.

Они вышли из устья Чернушки, и перед ними распахнулся простор водохранилища.

– Куда мы сейчас?

– К Пугачевой в гости, – хохотнул Леонидыч, вытягивая из окурка последние остатки. – Но на виллу к примадонне нас все равно не пустят, так что пойдем к деду Матвею. Надо выяснить, чего он там видел. Торопишься?

– Нет, – ответил Митя. – Не тороплюсь.

Ему некуда было торопиться.

Однако на сердце почему-то было неспокойно. Он подумал о том, как нехорошо закончился телефонный разговор с супругой.