Дочь дыма и костей - Лэйни Тейлор

Что делать дальше, Кэроу не знала. От талого снега, пропитавшего насквозь одежду, ее знобило. До дома идти десять минут, а ступни уже обжигало холодом. Она уставилась на портал с черным отпечатком и решила, что дверь наверняка откроется. Или Исса хотя бы вынесет ей пальто и сапоги.

Наверняка.

Однако дверь не открывалась.

В конце квартала с грохотом пронесся автомобиль, тут и там из окон слышались то смех, то ругань, а поблизости — никого. У Кэроу лязгали зубы. Обняв себя руками, она ждала, не веря, что Бримстоун просто возьмет и оставит ее здесь. Шли минуты. Наконец от бессилия на глаза навернулись слезы, и Кэроу на окоченевших ногах побрела домой. Встречные смотрели на нее с изумлением, некоторые предлагали помощь, но она шла, не обращая на них внимания, и только у двери дома, дрожа как в лихорадке, потянулась к карману пальто — а кармана не оказалось. У нее не было ни пальто, ни ключей, ни даже шингов, с помощью которых можно пожелать, чтобы дверь открылась.

— Черт, черт, черт!

Ледяные слезы щипали щеки. Оставалось попробовать намотанные на запястье скаппи. Она зажала один между пальцами, но ничего не произошло. В скаппи недостаточно силы.

Вдруг послышался шорох, и на плечо легла чья-то рука. Не раздумывая, Кэроу ухватилась за нее и резко дернула. Сзади донесся перепуганный возглас: «Господи, Кэроу, что с тобой?» Слишком поздно — она уже перебросила его через плечо и метнула в стеклянную дверь.

Стекло разбилось, Каз рухнул на пол, громко ругаясь. На этот раз он даже не пытался ее напугать — и кончил тем, что лежал поперек порога в осколках. Наверное, ей полагалось испытать какие-то чувства (может, раскаяние?), но она ничего не ощущала.

По крайней мере, проблема с закрытой дверью решена.

— Больно? — осведомилась она безучастным голосом.

Ошарашенный Каз лишь моргал. Беглым взглядом Кэроу оглядела все вокруг. Крови нет. Стекло разлетелось на прямоугольные кусочки. Каз невредим. Переступив через него, она направилась к лифту. После броска у нее совсем не осталось сил на преодоление шести лестничных пролетов. Войдя в кабину, она обернулась к Казу, который все еще не сводил с нее изумленного взгляда.

— Что ты? — выговорил он.

Не кто, а что.

Она не ответила. Двери лифта закрылись, и, увидев свое отражение, она поняла, что так огорошило Каза. На ней не было ничего, кроме промокших джинсов и тонкой белой блузки, прозрачной в тех местах, где она прилипла к телу. Волосы, как Иссины змеи, обвивали шею синими кольцами, растрепанные повязки с бурыми потеками свешивались с плеч. На фоне крови кожа казалась почти голубой. Съежившись и обняв себя руками, Кэроу тряслась, как наркоманка. Всего этого уже вполне достаточно, чтобы испугаться, но самым жутким было лицо. Щека опухла после удара о стул, голова тяжело клонилась набок, а глаза скрывались в тени. Таких люди предпочитают обходить стороной. Она выглядела… не совсем человеком.

Двери лифта открылись. Чтобы попасть в квартиру, пришлось лезть через окно к себе на балкон и выдавливать стекло в балконной двери. Собравшись с силами, она проделала это, пока озноб окончательно не лишил ее возможности управлять своим телом.

Стянув мокрую одежду, она забралась под одеяло, свернулась клубочком и зарыдала.

«Кто ты?» — спрашивала она себя, вспоминая ангела и волка.

Но именно вопрос Каза настойчиво звучал в ушах, отдаваясь нескончаемым эхом.

Что ты?

Что?