Без обмана - Seva Soth

Тодороки Каэда: Спасибо! Спасибо! Спасибо! Ты лучший!

Тодороки Каэда: Еще одна просьба, семпай! семпайЯ рассказал про тебя Натори-тян и она тоже хочет твой автограф. Ты ведь подпишешь постер еще и для нее?

Ниида Макото: Нет ничего проще, Тодороки-кун. Увидимся завтра.

Проблема моего приятеля на самом деле не такая и великая, как он думает. Несмотря на все меры противодействия разного рода спекулянтам, которые предпринимаются устроителями мероприятий, перекупщики билетов продолжают процветать. Так что решается все банально – деньгами. Другое дело, что переплачивать за то, на что изначально установлена цена в два, а то и в десять раз мне совершенно не хочется. Доплачивать-то разницу придется из своих. Или по крайней мере из денег, лежащих в тайнике, что тоже не очень хорошо. Потратить ворованное на подарок другу вроде бы правильный поступок. Но кормить тем самым негодяев, выкупающих билеты, которые лично им совершенно ни к чему и создающих искусственный ажиотаж? Вся моя натура честного человека восстает при подобной мысли. За неделю мы с Хидео-саном придумаем, как поступить в данной ситуации.

Ночь прошла спокойно. Без новых странных сновидений. Оно и хорошо. Перед рабочей неделей мне требуется как следует выспаться.

Утром понедельника я и правда пересекся в холле небоскреба Окане Групп с Тодороки, подписав для его пассии обещанный плакатик.

– Семпай, а можешь написать тут еще и признание в любви от меня. Романтично же получится, – попросил работник службы безопасности. Не стал ему отказывать и написал как он и просил:

“Натори-тян, будь стойкой и мужественной. Каэда-кун тебя очень любит. Ниида Макото“

– Ого! Потрясающе! Ты мой лучший друг, семпай! – парень не уловил иронии в написанном. Он слегка простоватый, если не недалекий. Но зато добродушный и искренний, чем и заслужил мою симпатию.

Поднявшись на лифте к себе на этаж, я чуть было не ошибся офисом. В нашем опен-спейсе, рассчитанном на два с половиной десятка человек, произошли разительные изменения. Рабочие места изолировали друг от друга временными перегородками согласно моему проекту номер два и теперь мы имеем дело с небольшими квази-кабинетами по двое-трое, в зависимости от того, какие сложились в коллективе компашки. И я в отдельном закутке, вдали от ледяного дыхания кондиционера, который будет теперь дуть прямо в проход. Идеально!

Я почему-то думал, что выполнять перестановки нам придется своими силами, задержавшись в какой-нибудь день после работы. Именно такие порядки были заведены в компании Кабушики. Но святой человек Тамура-сан рассудил иначе и привлек к обустройству офиса профессионалов из хозяйственного департамента, которые под его бдительным присмотром и передвинули столы, добавив дополнительные стены. Вот прямо физически почувствовал, как моя карма улучшается после настолько правильного поступка. Всем теперь работать комфортнее станет. Мне самому в первую очередь, конечно.

А вот коллеги отнеслись к нововведениям не так однозначно положительно, как я рассчитывал.

– Это что, мне теперь заново запоминать, где кто сидит? – громко возмущалась Нишимура Ран, одна из немногих женщин в отделе. Ей немного за пятьдесят и она стоит опасно близко к тому обхвату талии, за который увольняют. Вот как меня. Как будто Нишимуре-сан нужно часто обращаться за помощью к другим сотрудникам за исключением двоих ее помощников, которые оказались с ней в одном закутке.

– А где факс? Раньше факс находился в двух шагах от меня, а теперь придется через половину офиса по этому лабиринту до него добираться! – поделился своей претензией Такахаши-кун. Я не видел, чтобы он хоть раз пользовался факсом. Не видел, чтобы хотя бы кто-нибудь его использовал.

– Где у нас теперь лежат дискеты? Я раньше брал дискету из ящика стола Симадзу-сана, а теперь мне даже непонятно, где Симадзу-сан! – Симадзу Гинта сидел через стол от вопрошающего, но тот предпочитал возмущаться, а не нашарить искомого заместителя начальника.

И еще много болтовни в таком духе. Не то, чтобы я ожидал, будто мои труды оценят по достоинству. Всегда будут недовольные самим фактом наличия изменений, несмотря на то, насколько позитивными они собираются быть.

Забрался в свой закуток и тихо-мирно, без посторонних взглядов, переделал свои традиционные для понедельника задачи. Как же хорошо! И шарфик больше не нужен. Он у меня уже прочно обосновался на столе, а теперь я сложил шарф в портфель, чтобы унести его домой и повесить в шкаф.

Телефонный звонок на мобильный. Номер абонента неизвестный. По наитию нажал на сенсорную клавишу, отвечающую за запись разговора на смартфоне.

– Hola! – поздоровался я.

– Вы что, не японец? – спросил женский голос со стервозными нотками

– Самый японский японец, как только возможно. Ниида Макото, отдел финансовой статистики. Слушаю вас.

– Вы мне и нужны, Ниида-сан. С вами сейчас будет говорить начальник отдела статистики Миязоно Мидори. Ждите на линии, – сообщила женщина и в трубке заиграла ненавязчивая тихая музыка.

Что? Какой такой новый начальник? Что за Миязоно Мидори? Я, продолжая держать трубку у уха, выглянул в проход между кабинками и нашарил взглядом отдельный кабинет Тамуры-сана. Вон он, у себя на месте, за толстым, не пропускающим звуки стеклом. Все такой же высокий и лысеющий. В женщину не превратился. Кашляет в носовой платок, но его не слышно.

В чем дело, я начал догадываться, уже когда музыкальная замена гудкам оборвалась. Мог бы и сразу понять, думал ведь о чем-то подобном не так давно.

– Ниида-сан? Вы обязаны немедленно выполнить свою работу, за которую вам были заплачены немалые деньги. Когда вы сможете приехать? Даю вам час, чтобы прибыть на рабочее место и все исправить.

– Я так понимаю, вы звоните мне из Кабушики, Миязоно-сан? – озвучил я свою догадку. – А как же Кагами-сан?

– Его уволили в пятницу, когда отдел не сдал по вашей вине необходимый отчет. Теперь я начальник отдела статистики и я требую от вас, Ниида-сан, чтобы вы все исправили.

– Позвольте, а как же Хикари-сан и Мемия-сан? – назвал я имена двух опытных коллег, которые отлично, не хуже меня, разбирались