Неведомые дороги - Дин Кунц

Две стены кабинета занимали стеллажи с книгами. Джой провел рукой по глянцевым корешкам.

– Этим вечером я, наконец, понял... когда Пи-Джи добился моего молчания... убедил не выдавать его... он украл мое будущее.

– Ты про что? – спросила Селеста, открыв стеклянную дверцу оружейного шкафа.

– Я хотел стать писателем. Это все, о чем я мечтал. Но писатель всегда старается... если он – хороший писатель... всегда старается сказать правду. Как я мог говорить правду, как я мог стать писателем, если отгораживался даже от правды о собственном брате? Он не оставил мне выхода из тупика, в который загнал, не оставил мне будущего. А писателем стал сам.

Селеста взяла со стойки ружье, положила на стол.

– "Ремингтон". Двадцатого калибра. Помповик. Отличное оружие. Но скажи мне, как он может быть писателем, если, как ты говоришь, для писателя главное – это правда? Он же лжец и обманщик. И при этом хороший писатель?

– Все говорят, что да.

Она достала из шкафа второе ружье, положила рядом с первым.

– Тоже "ремингтон". Нравится отцу эта марка. Двенадцатый калибр. Приклад из орехового дерева. Я не спрашиваю тебя, что все говорят. Что думаешь ты? Он – хороший писатель... в твоем будущем?

– Он добился успеха.

– И что? Последнее не свидетельствует о том, что он – хороший писатель.

– Он – лауреат множества премий, и я всегда притворялся, что считаю его хорошим писателем. Но... на самом деле я так никогда не считал.

Присев на корточки, она выдвинула ящик в нижней части оружейного шкафа, начала в нем шарить.

– Значит, сегодня ты заберешь свое будущее назад... и станешь хорошим писателем.

В углу стоял серый металлический ящик размером с брифкейс. В нем что-то тикало.

– Что это за штука в углу? – спросил Джой.

– Датчик окиси углерода и других токсичных газов, просачивающихся из горящих выработок. Еще один стоит в подвале. Эта комната расположена не над подвалом, поэтому оборудована собственным датчиком.

– Со встроенной сигнализацией?

– Да, если содержание токсичных газов превысит норму, она поднимет тревогу. – Селеста достала две коробки с патронами. Поставила на стол. – В Коул-Вэлью такими датчиками давно уже оборудован каждый дом.

– Вы живете, как на пороховой бочке.

– Да, но подведенный к ней бикфордов шнур тлеет очень медленно.

– Почему вы до сих пор не переехали?

– Бюрократы. Бумаги. Задержки. Если бы мы выехали до того, как государство подготовило все документы, они бы заявили, что дом брошен, и заплатили бы за него гораздо меньше. Так что приходится жить здесь, рисковать, подстраиваться под них, если хочешь, чтобы тебе выплатили более-менее приличную компенсацию.

Открыв одну коробку с патронами, Селеста взялась за вторую.

– Ты знаешь, как управляться с этими ружьями? – спросил Джой.

– Я стреляю по тарелочкам и охочусь с отцом с тринадцати лет.

– На охотницу ты не похожа. – Он начал заряжать "ремингтон" двадцатого калибра.

– Никогда никого не убивала. Всегда целюсь мимо.

– Твой отец этого не замечал?

– Дело в том, что когда бы мы ни охотились, с карабинами или ружьями, на мелкую дичь или на оленя, он тоже всегда нарочно промахивается. Только не знает, что я в курсе.

– Какой же смысл в такой охоте?

Заряжая второй "ремингтон", она тепло улыбнулась, подумав об отце.

– Ему нравится гулять по лесу, особенно по утрам, вдыхая аромат сосен... и проводить время со мной. Он этого не говорил, но я всегда чувствовала, что ему хотелось сына. Когда мама рожала меня, у нее возникли осложнения, она больше не могла иметь детей. Вот я и старалась, как могла, заменить отцу сына. Он думает, что я – настоящий сорванец.

– Ты удивительная.

Селеста торопливо рассовала запасные патроны по карманам черного дождевика.

Джой встретился с ней взглядом, окунулся в таинственные глубины и едва выплыл. Столь необычная девушка встретилась ему впервые, и он надеялся, что она найдет в его глазах что-нибудь притягательное.

– Ты думаешь, Беверли первая? – спросила Селеста после того, как Джой рассовал запасные патроны по карманам джинсовой куртки.

– Первая?

– Кого убил Пи-Джи.

– Я на это надеюсь... но не знаю.

– Я думаю, были и другие, – очень серьезно сказала она.

– После этой ночи, после Беверли, когда я позволил ему выйти сухим из воды, я знаю, что были и другие. Вот почему он ведет цыганский образ жизни. "Поэт автострад", чтоб я сдох. Ему нравится переезжать с места на место, потому что таким образом он перемещается по территориям, которые контролируют разные полицейские управления. Я не осознавал этого раньше, не хотел осознавать, но это классический социопатический профиль: одинокий странник, чужак, незнакомец везде и всюду, практически невидимка. Маньяка-убийцу поймать куда проще, если он совершает свои чудовищные преступления в одном и том же регионе. Тут надо отдать должное блестящей задумке Пи-Джи. Он выбрал себе профессию перекати-поля, преуспел в ней, стал богатым и знаменитым и при этом получил идеальное прикрытие, возможность убивать кого угодно и где угодно, практически оставаясь вне подозрений: ему же необходимо переезжать с места на место, чтобы собирать материал для своих прекрасных книг, наполненных любовью, мужеством и состраданием.

– Но все это, насколько я понимаю, в будущем, – заметила Селеста. – Может, в моем будущем, может, в нашем. А может, есть только одно возможное будущее. Я не знаю, как оно устроено... не хочу даже думать об этом.

Джой почувствовал горечь во рту, словно слово правды могло быть таким же горьким, как лекарство.

– Я не знаю, какое это было будущее, одно из возможных или единственное, на мне все равно лежит часть вины за убийства, совершенные им после того, как он сделал это с Беверли, потому что в тот вечер я мог положить этому конец.

– Вот почему ты сейчас здесь со мной. Чтобы исправить допущенную тобой ошибку. Чтобы спасти не только меня, но и всех, кого он убил бы потом... и чтобы спасти себя, – она подняла со стола ружье, дослала патрон в казенник. – Но я говорила про другое. По-моему, Пи-Джи убивал и до Беверли. Слишком уж хладнокровно он говорил с тобой, Джой, слишком гладкой получилась сказочка о том, что она выбежала на дорогу перед его машиной в Пайн-Ридж. Если бы она была его первой жертвой, он мог бы и запаниковать. Особенно в тот момент, когда ты открыл багажник и обнаружил тело. Если учесть, с какой легкостью он обвел тебя вокруг пальца, получается, что он привык возить в багажнике трупы женщин в поисках укромного места, где можно их бросить. Он досконально продумал свое поведение на случай, что кто-то обнаружит тело до того, как он успеет от него избавиться.