Алуим - Виталий Иконников

Вся эта назойливость мешала мне нормально вести беседы. Я был готов уйти хоть в запой, хоть в астрал, лишь бы прекратить мучения. Первый вариант оказался проще, но под ним и искушению поддаёшься легче. Устав бороться с самим собой, я решил позвонить Мальвине и договориться о встрече. Аргумент у меня был весомый — заткнуть своего «сиамского близнеца», вновь обрести тишину (кому я вру, дело не только в этом). Но желание так и осталось желанием — раздобыть номер её телефона мы не смогли.

Вечером четверга я вернулся в дом бабы Лены. Похоже, понимание того, что Мальвина сейчас недосягаема, заставило голос успокоиться. А я попросту устал бояться. «Гости», звуки — всё едино. Мне хотелось нормально выспаться. Ночь прошла на удивление спокойно, а в пятницу утром я вышел на работу с мыслью, что пора уже унять свой гонор и поговорить с Татьяной.

— Давно ждёшь?

— Двадцать минут.

— Какой ты пунктуальный. Привет.

— Привет. Ты почему опаздываешь?

— Я же девушка, мне по закону положено.

— Не знаю таких законов.

— Не рад меня видеть?

— Рад.

— Я тоже рада тебя видеть. Осталось только намокнуть.

— Что?

— А о чём ты подумал?

— Вариантов несколько.

— Как обычно. Только не обольщайся раньше времени. Очень душно сегодня, пойдём, намокнем вместе.

— Куда?

— На пляж, конечно же.

Мальвина хватает меня за руку и тянет, заставляя подняться со скамейки. Я не тороплюсь вставать, с улыбкой наблюдаю, как она старается. На Мальвине красная строгая рубашка с коротким рукавом и двумя карманами на груди, чёрная юбка до колена с вырезом посередине и красные туфли.

— Ну, не вредничай. Я же каблук могу сломать. Такого кабана таскать…

— Ничего страшного. Уже стемнело, никто не увидит, что ты босиком.

В семь вечера мы с Максимом Сергеевичем возвращались на склад после доставки последнего заказа. Мой напарник был не в настроении. Он весь день ворчал на клиентов, матерился на пешеходов и проклинал жару, которая отняла его последние силы. Я не спрашивал, что с ним такое, намеренно игнорировал реплики и старался при любом удобном случае сделать звук магнитолы громче. Во-первых, голос в моей голове заткнулся, сегодня он не произнёс ни слова. Невероятное облегчение. После долгой психологической атаки болезнь решила меня пощадить, и бубнящий напарник казался сейчас назойливой мухой в покоях царской опочивальни. Во-вторых, я пытался придумать, как помириться с Татьяной. Да, я с ней не ссорился, и ни капли не соврал в своём мистическом рассказе. Но какое это имеет значение? Она мне не поверила. Да ещё обиделась на слова, которые адресовались не ей.

В кармане рабочего комбинезона завибрировал телефон. На экране высветилось имя Матвея — моего знакомого из Орешковки. Честно сказать, этот звонок меня удивил, ведь Матвей из той категории знакомых, с кем ты обмениваешься номерами телефонов, но потом никогда не звонишь. Но ещё больше удивило другое — в трубке я услышал голос Мальвины. Мягкий, немного робкий. Очаровательный. Мальвина извинилась за свой быстрый и эгоистичный уход в прошлое воскресенье и попросила о встрече. Сегодня. В десять вечера. В центральном парке.

Порой мы настраиваем себя на одно, а потом делаем совершенно другое. Внезапно. Что-то осознав. Или наоборот, подвергшись чужому влиянию и сбившись с верного пути. Такое бывает со всеми. Ничего страшного. Даже если объекты выбора — люди. Даже если правильно выбора не существует в принципе. Гораздо хуже, когда это не единичный случай, а синусоида, по которой ты, как змея, ползёшь то вверх, то вниз. Ползёшь и пытаешься понять: каждый новый поворот — это естественный ход событий или многократное предательство? Я был готов любить Татьяну, но уже через два часа целовал Мальвину. А ещё через сутки целовал Татьяну. Затем хотел ещё одной встречи с Мальвиной. Потом настраивался на встречу с Татьяной. Но всё-таки сейчас я с Мальвиной. Почему? Дело ведь не в драке и не в Руслане, не в ночных «гостях» и не в шизофреническом голосе. Правда такова: я в любом случае приехал бы на встречу с Мальвиной. Даже если бы голос ничего мне не говорил. Даже если бы я придумал, как объясниться с Татьяной. Даже если бы Татьяна тоже мне позвонила и предложила встретиться. А всё потому, что я не знаю, чего ждать от Мальвины. И я хочу узнать. Но вот чего она хочет от меня? Уверен, прямым вопросом ответа не получить. Наше знакомство началось с игры. Что ж, «шоу маст го он».

— Кстати, хорошая идея, — Мальвина снимает туфли. — Нужно хоть иногда позволять себе быть свободнее. Вот только, будь добр, положи мой мобильный себе в карман. Сегодня я без сумочки.

Жаркий летний пятничный вечер, и народу у Днепра как никогда много. Люди бродят по парку, сидят на парапете, поют караоке в недавно открывшемся кафе или лежат на покрывалах у воды. Самые отчаянные кружатся на «центрифуге» — сумасшедшем аттракционе без ремней безопасности, единственная радость от которого — не вылететь из кабины метров на тридцать в сторону. Оставив речной вокзал далеко за спиной, мы спускаемся вниз по металлической лестнице и ступаем на песчаный берег.

— Такой тёплый, — произносит Мальвина. — Снимай кроссовки. Почувствуй, как классно.

Она вскидывает руки вверх и с детской улыбкой кружится на месте. Затем останавливается и зарывается пальцами ног поглубже в песок. Смотрит на меня с неподдельной радостью. Не могу удержаться и тоже разуваюсь, заодно подворачиваю низ джинсов.

— Пойдём к воде, — предлагает Мальвина и снова берёт меня за руку. — Сегодня я устрою тебе романтический вечер.

«Был у меня недавно романтический вечер. С пледом, чаем и бутербродами…»

У самого берега вода почти горячая. Даже если смочить лицо, не особо и освежишься. Не разнимая рук, мы движемся вправо, по течению реки, подальше от всех.

— Хорошо всё-таки, что есть люди, с кем можно побыть собой. Ни о чём не думать, наслаждаться маленькими радостями жизни.

— Ты обо мне? — спрашиваю я.

— Да, — улыбается в ответ. — Давно ты вот так гулял с девушкой по пляжу после заката?

— Никогда.

— Значит, я у тебя первая.

Песок постепенно уступает место растительности. На траве, у самой кромки воды, лежат два