Станция - Плешь Ведьмы - Андрей Сергеевич Минин

Я кивнул и кинулся к раковине. Закончил, вытер руки и встал рядом со своим, «оккупированным» столом, ожидая, когда профессор обратит на меня внимание.

— Подпиши это, — передал он мне официальный бланк. Я стал читать.

Кай Левший. Рабочий контракт. Продление. Срок новой службы — 20 лет, начиная со дня подписания контракта.

Мне сразу прибавили 10 лет к моей службе! Мудак!

Я посмотрел на Яка Кость и не решился спорить с ним, как советовал знакомый лейтенант и все подписал.

— Хорошо, — только и сказал он, убирая подписанный документ в свой саквояж. — Теперь поговорим о твоем развитии как мага. И сядь уже. Не стой у меня перед глазами.

Подтащив к столу кухонный стул, я прилежно сел.

— Что ты из себя представляешь, я знаю лучше, чем ты сам, — заявил он и поморщился, посмотрев на мой нос и дыру вместо уха. — Сколько рун знаешь?

— Одиннадцать, — четко ответил я, и он заново сморщился, словно в рот ему попала горечь.

— Нормальный неофит должен знать пятьдесят рун. Ученик сто, а ты…

Я начал оправдываться.

— Я знаю все, что нам дали в школе.

— Не дерзи мне! — Предостерег он меня, хрустнув пальцами на руках и я, покрывшись липким потом, замолчал.

— Работы предстоит больше, чем я думал. Ладно. Держи эти книги, — передал он мне несколько томов в черной обложке без названий. — У тебя есть эти десять дней, чтобы прочитать их и запомнить. Потом я книги заберу. Что усвоишь, то усвоишь. Так… — Он задумался. — Руны я тебе передам. Буду записывать их в твой паспорт, — кивнул он на мой помятый медальон, висевший на шее. Я весь похолодел, осознав, что он сказал. У меня ведь там нет места! — А пока я желаю побыть один. Прочь!

Намек я понял. Быстро, как, никогда одевшись, я подхватил рабочие бумаги станционного смотрителя со списком жителей деревни и их адресами и вышел на улицу, где дышалось намного легче. Перевел дух и направился в растревоженную приездом Яка Кость — Плешь.

На улицах было тихо. Вся деревня затаилась, и я направился прямиком к старосте, что должен быть дома. Так и оказалось.

— Чего тебе? — Недобро встретила меня его жена, когда я постучал и мне открыли.

Сурово она.

— С Зурадом поговорить. Он же дома?

Она раздула ноздри, выплеснув на меня запах гнева и все же посторонилась, пропуская меня за дверь. С чем связана такая агрессивность, гадать не пришлось. Зурад сам спустился ко мне со второго этажа в сопровождении костоправа, наложившего ему на руку свежий гипс. Он еще и прихрамывал.

— Вижу, ты повстречался с нашим аудитором и палачом, направленным к нам из Прибрежного?

Усмешку я спрятал. Но признаюсь, мне принесло удовольствие знание, что ни я один пострадал.

— Пойдем, — хмуро кивнул мне Зурад и повел меня в свой кабинет.

Со знакомым костоправом, что помог мне с лопаткой, мы пожали руки. У него ко мне претензий или вопросов не было.

— Уютненько, — вынес я вердикт, усаживаясь в удобное кожаное кресло.

Разговор у нас вышел тяжелый. Он понимал, что я, как и он в безвыходном положении. Мы много спорили. Я спрашивал. Он отвечал и как итог, мы вместе стали ходить по деревне, стучать людям в двери.

Я проводил всеобщую опись жителей Плеши, обновляя данные. Вынюхивал волшебные травы, и если нет разрешения на их сбор — велел срочно передать их тому, у кого это разрешение есть, а староста шептал им на ухо, чтобы впредь все эти дела они проворачивали в лесу, на делянках (где моя власть заканчивается), ведь отныне проверки станут постоянными и больше поблажек от нас ждать не стоит. Или пусть выправляют разрешение и тащат из леса что хотят (уплачивая положенный налог). Выбор за ними.

Этим все не заканчивалось. По запаху пороха я находил оружие и изымал, если номер сточен или если на ружья нет лицензии. Проверял паспорта и отметки, в них. Всячески раздражал жителей.

Слухи о творящемся в деревне быстро расползлись во все стороны и люди стали прятать и травы и оружие… Но мой нос они обмануть не смогли и я все находил.

Меня открыто проклинали и смотрели злыми, колючими взглядами, с обещанием расправы в них. Хорошо хоть Зурад стоял рядом и брал на себя часть вины. Его тоже кляли всеми словами.

Изымаемое, я свозил на станцию. Профессор же наблюдал за мной, сквозь прищуренные глаза. Он сидел в самом темном углу дома и медитировал.

У меня ушел весь день, чтобы обойти, обыскать и изъять все запрещенное. Я, как и Зурад был взвинчен, ведь по улицам ходили уже обобранные нами люди, и у некоторых в руках было оружие, то, что они купили официально. С разрешениями у них тоже было все в порядке.

Они картинно целились в нас, смеялись и издавали ртами звук — пых. Намекая, что нас ждет, как только бакалавр исчезнет с горизонта. Староста еще меня успокаивал, уверяя, что завтра жители остынут. Выглядел он при этом нервным.

Добрались у меня руки и до хозяина дорогущих вездеходов, но тот с усмешкой представил мне все документы, чем только еще больше меня насторожил, но придраться было не к чему, и я его отпустил.

Так и закончился этот день. Я вернулся на станцию, приготовил нам с профессором ужин (запеченная курочка, пюре, соус, икра из кабачков и чай из разных трав с шиповником). Мы поели, и он лег спать, резкими словами велев мне потушить лампу, так что я сделал, как он приказал, и лег на пол, рядом с печью и постеленными там шкурами, в которые я и завернулся.

Только вот спать у меня времени не было. Всю ночь я потратил на то чтобы изучить руны, украденные мной у пленников змеиного дерева и книги. Их было две. Оказалось, мне в руки попали мемуары мага исследователя и учебник «Простейшие Ритуалы». Очень интересное чтиво, жаль у меня руки не дошли до него раньше.

Утро.

Когда Як Кость заворочался на кровати, я стер все с медальона и закрыл глаза, давая разуму отдых. Я очень устал. Никогда я еще так быстро не учил руны. Разум словно сжали в тисках. Бесконечное пространство внешнего моря двоилось в глазах. Из скал, что окружают мой Атолл, выросли новые кусты — причиняя боль моему духу и телу, не готовому к этому. Вода бурлила… Мне было очень хреново, но показывать это нельзя и я взял себя в руки, сжав зубы и встав со шкур, словно только проснулся. Завтрак готовить тоже мне. Да и другие у меня обязанности имеются. Об этом мне вчера напомнили.

Як Кость замер около моей кровати, в которой он сегодня спал и начал разминку, выполняя какие-то неизвестные мне комплексы плавных движений руками и ногами.

Завтрак был готов, и я позвал профессора кушать.

— Неплохо, — похвалил меня бакалавр, вытирая губы салфеткой. — Я даже рад, что не убил тебя вчера и все же решил дать тебе пару уроков.

Я промолчал.

— Медальон, — велел он, протянув руку к моей шее, и я снял его. — Хм, — нахмурился он, сосредотачиваясь на нем. — Держи, — кинул он его мне обратно через минуту. — Там десять рун. У тебя есть эти сутки, чтобы их выучить. Завтра я их стеру, чтобы освободить место в медальоне и запишу новые.

— Нельзя учить столько рун без перерыва. Можно повредиться разумом, — осмелился я возразить, а потом, через запинку, добавил, — господин.

— Я тебя не заставляю. И передать я тебе должен не сто рун, а только двадцать обязательных. Все что сверх этого — моя инициатива. Я не считаю за мага человека, у которого такой скудный набор языка. Решать тебе. Я все сказал.

Голова у меня болела, но соображал я быстро. Этот безумец щедр. Никто со мной знаниями не поделится. Зря я вообще поднял этот вопрос. Пришлось сглаживать впечатление.

— Благодарю вас, господин Як. Я с радостью принимаю вашу помощь.

— Помощь? Ты думаешь, я помогаю тебе безвозмездно? — Удивился он и засмеялся, от чего шрамы на его лице стали двигаться словно змеи. — Отныне ты мне должен, Кай Левший. Я найду для тебя дело по плечу, когда ты мне понадобишься.

Ну, да… Как я и думал.

— А теперь пойдем. Покажешь мне все ваши заклятые дома, а там и посмотрим, что с ними делать.

Завидев нас на улице, прохожие разбежались и только дети выглядывали из-за заборов с любопытством. В их компании я заметил и Розу.

Я привел профессора прямиком к первому же дому, рядом с усадьбой деда Панкрата, который заметил меня, махнул рукой, приветствуя, но звать поболтать не стал. Видел, что я не один. Он испуганным